Артём Аэр – Альтер 2. Песочница безумцев (страница 19)
— Курт Воннегут, «Бойня номер пять»
Путь к узлу лежал через то, что Годвин мрачно назвал «Краем». Это была полоса реальности, где Песочница заканчивалась, а Неизведанное ещё не начиналось. Здесь не было ни глюков, ни стабильности. Был только серый, безликий туман, из которого иногда проступали очертания предметов, но стоило к ним приблизиться, как они рассыпались в пыль. Земля под ногами то была твёрдой, то проваливалась в ничто, заставляя нас двигаться осторожной цепью, держась за верёвку, которую раздал Дедал.
— Не отставать! — командовал Годвин, шедший впереди с молотом наготове. Его массивная фигура была нашим главным ориентиром в этой беспросветной мгле. — И не смотреть в туман слишком долго. Бывало, люди терялись, глядя в него. Находили потом… но не совсем самих себя.
Мы шли молча, прислушиваясь к скрипу верёвки и собственному дыханию. Сайrus шёл с закрытыми глазами, полностью полагаясь на слух и на меня, потому что его шёпот здесь был искажён до неузнаваемости — сплошной белый шум с редкими, пугающе чёткими обрывками: «ошибка доступа… файл не найден… сегмент памяти повреждён…»
Лео цеплялся за верёвку так, что у него белели костяшки пальцев. Ирина шла спокойно, её зеркальные доспехи отражали тусклый, серый свет, и в них ничего не было видно, кроме такой же серой пустоты.
Зара шла рядом со мной, её рука время от времени находила мою. Она не боялась тумана, но её лицо было серьёзным, сосредоточенным. Она, как и я, чувствовала огромное, спящее давление, висевшее в этом месте. Давление самой системы, её фундаментальных законов, которые здесь были тоньше, чем где бы то ни было.
— Скоро, — наконец сказал Годвин, останавливаясь.
Туман перед нами вдруг рассеялся, открывая вид на… структуру.
Слово «узел» было слишком примитивным для этого. Это была геометрическая абстракция, воплощённая в реальность. Представьте себе кристалл размером с небольшой холм, но состоящий не из граней, а из бесконечно переплетающихся, вращающихся друг вокруг друга светящихся линий. Они пульсировали медленным, мощным ритмом, и с каждым пульсом по линиям пробегала волна холодного, синего света. От структуры исходил низкий, басовитый гул — звук работы гигантского, идеального механизма. И вокруг, на почтительном расстоянии, стояли Стражи.
Их было много. Десятки. Они напоминали усовершенствованных Санитаров — такие же безликие, но более массивные, с блестящими хромированными корпусами, на которых горели зелёные индикаторы. Они не двигались, но их «головы» были повёрнуты к нам. Ждали.
— Сорок восемь, — выдохнул Дедал. — И они явно покрепче тех, что в Зоне Тишины были.
— План? — спросил Годвин, сжимая молот.
План был, но он состоял из множества «если». Я достал книгу протоколов. Страницы сами раскрылись на схеме узла, показывая точки входа — слабые места в его защите, временные «окна» в цикле его пульсации.
— Смотрите, — я показал на схему. — Каждые тринадцать секунд происходит микроскачок в энергоснабжении охранного контура. На долю секунды их связь с узлом ослабевает. Если в этот момент создать мощную помеху на их частоте…
— Я могу, — сказал Сайрус, открывая глаза. Они были воспалены от напряжения. — Но мне нужен фокус. И много… шума. Живого шума.
Все посмотрели на Зару.
— Ты же можешь генерировать не просто хаос, а направленный информационный шум? — спросил я её.
— Могу попробовать, — сказала она, и в её голосе слышалась неуверенность. — Но чтобы заглушить сорок восемь стражей… мне нужен усилитель.
Все взгляды переместились на кубик у меня в руке.
— Десять метров радиуса, — напомнил я. — Тебе нужно будет подойти к ним почти вплотную.
— Тогда я пойду с ней, — сказал Годвин. — Прикрою молотом. В буквальном смысле.
— А мы, — я кивнул на Дедала, Ирину и остальных, — пойдём с другой стороны. Как только стражи отвлекутся на шум, мы прорываемся к узлу по указанному в книге пути. Там должен быть физический интерфейс. Я попытаюсь подключиться и инициировать протокол переподчинения.
— А я? — спросил Лео.
— Ты остаёшься здесь, с книгой, — сказал я. — И с этим. — Я протянул ему кристалл, подаренный Логомом. — Если что-то пойдёт совсем не так… разбей его. Это наш сигнал бедствия.
Лео взял кристалл дрожащими руками и кивнул, стараясь выглядеть храбро.
Мы разошлись. Годвин и Зара пошли налево, скрываясь за выступами серой земли. Мы с основной группой — направо, используя редкие укрытия, чтобы приблизиться к узлу с фланга.
Я наблюдал за стражами черезВзгляд Кода. Их индикаторы мигали в идеальном, смертельном ритме. Тринадцать секунд. Ждём.
— Сейчас, — прошептал Сайрус.
Откуда-то слева, из-за укрытия, раздался звук. Не крик, не грохот. Что-то среднее между симфонией сломанных синтезаторов, хором сумасшедших и рёвом перегруженного сервера. Это был голос Зары, усиленный и искажённый через кубик, который она, видимо, держала в руках. Волна чистого, нефильтрованного хаоса ударила по стражам.
Их индикаторы дёрнулись, замигали вразнобой. Они повернулись в сторону источника шума. Мгновение нерешительности — и они рванули, скользя по земле с неестественной скоростью.
— Теперь! — крикнул я.
Мы выскочили из-за укрытия и побежали к узлу. Путь был свободен. Светящиеся линии структуры были так близко, что я чувствовал, как по коже бегут мурашки от их энергетики.
Физический интерфейс оказался простой консолью, встроенной в основание кристалла. Экран был тёмным. Я приложил к нему ладонь, как подсказывала книга, и ввел мысленную команду доступа.
Экран вспыхнул. Появился запрос:
Я открыл книгу на нужной странице и начал вводить длинную, сложную последовательность кодов — аварийные ключи, которые, по словам Логома, должны были сработать.
Внезапно с левой стороны донёсся оглушительный рёв Годвина и звук удара молота о что-то металлическое. Потом — испуганный вскрик Зары. Шум, который она создавала, прервался.
— Они прорвались! — закричал кто-то из нашей группы.
Я обернулся. Часть стражей, видимо, оказалась умнее, чем мы думали, и вернулась, отрезав Годвина и Зару от нас. Гигант отчаянно отбивался, но стражи окружали его, а Зара, прижавшись к нему спиной, снова пыталась создать хаос, но её сияние было слабым, прерывистым. Кубик валялся у её ног, его свет потускнел.
— Альтер! — крикнул Дедал. — Консоль!
Я вернулся к экрану. Последовательность была почти введена.
*[...ПРОВЕРКА... ОШИБКА В КЛЮЧЕ 7A-3F...]*
Черт! Опечатка? Или ключ устарел? Я лихорадочно искал нужный сегмент в книге.
В это время один из стражей, проскользнув мимо Годвина, устремился к Заре. Его хромированная рука превратилась в острый стилет из сконцентрированного кода.
— НЕТ! — закричал я, но был слишком далеко.
И тут случилось нечто.
Из тумана, прямо между Зарой и стражем, материализовалась фигура. Невысокая, сгорбленная, закутанная в лохмотья из обрывков интерфейсов. Она не атаковала. Она просто подняла руку.
И страж… остановился. Его зелёные индикаторы погасли. Он замер, как игрушка с севшими батарейками, а потом медленно, почти по-человечески, опустился на колени и рассыпался на груду безжизненных деталей.
Все, включая других стражей, замерли в изумлении.
Фигура обернулась. Под капюшоном не было лица. Только тёмная пустота, в которой мерцали две точки, похожие на звёзды.
Он (или оно) посмотрел на нас, на узел, на книгу у меня в руках. Потом кивнул — едва заметное движение. И растворился в тумане так же внезапно, как и появился.
Этого момента замешательства хватило. Годвин, воспользовавшись паузой, разнёс ещё двух стражей могучим взмахом. Остальные, видимо, получив новый приказ или просто переоценив угрозу, начали отступать, сливаясь с серой мглой.
Тишина, наступившая после боя, была оглушительной. Прерывалась только тяжёлым дыханием Годвина и тихими всхлипываниями Зары.
— Что это было? — выдохнул Дедал.
— Помощь, — сказал Сайрус, бледный как смерть. — Я слышал… в его появлении не было шума. Только… намерение. Очень чёткое. «Не сейчас», — сказало это намерение. «Не этому.»
Я снова повернулся к консоли. Экран снова показывал ошибку, но теперь под ней мигала новая строка:
Бродяга не просто спас нас. Он дал нам доступ.
Дрожащими пальцами я завершил последовательность. Экран залился зелёным светом.
*[ПРОТОКОЛ ПЕРЕПОДЧИНЕНИЯ АКТИВИРОВАН. УЗЕЛ ОМЕГА-7 ПЕРЕХОДИТ ПОД УПРАВЛЕНИЕ КЛАСТЕРА «СВОБОДНЫЕ СБОИ». ИНИЦИИРУЕТСЯ ПЕРЕКОНФИГУРАЦИЯ...]*
Светящийся кристалл узла вздрогнул. Ровный синий свет его линий сменился на переливающийся, живой, похожий на свет в жилах Зары. Гул изменил тональность, стал мягче, сложнее.