Артур Дарра – Земля дождей. История прощения (СИ) (страница 16)

Мужчина молчал, продолжая глядеть в мои глаза. Чай, смешиваясь с кровью, полился по всему столу, стекая на пол. Всё кафе вдруг затихло и посмотрело в нашу сторону.

— Как это?.. — спросил я. — Что значит, «её больше нет»?

— Умерла. Уже почти три года прошло.

У меня затрещала голова. Я не мог отвести глаз от Валерия. А может, это не он? Может, это вообще какой-нибудь незнакомец, к которому я совершенно не имею никакого отношения? Этот мужчина, должно быть, просто ошибся столиком!

— Вы Валерий?.. — проговорил я.

Мужчина тяжело вздохнул. Потянувшись к внутреннему карману пальто, он достал конверт и положил возле меня — на участок стола, которого лужа чая не коснулась.

— Что это? — Я отрешённо посмотрел на неподписанный конверт.

— Это её письмо. Она написала его перед смертью. И попросила меня передать его тебе после того, как… всё случится. Но когда я пришёл к тебе в детский дом, тебя там уже не было. Искал в колледже, в который меня направили, но и там тебя не видели уже очень долго. В общежитии ты тоже не числился. И вот сегодня ты позвонил мне сам…

— Но… но кто вы?..

Мужчина немного отсел, прислонившись к спинке стула.

— Я был с ней в тот день. В тот день, когда она отдала тебя, Роман.

— Вы… мой отец?

— О, нет… — Он тут же замотал головой, опустив взгляд. — Совсем нет. Кто твой отец, она мне так и не рассказала. А я… я был всего лишь её другом. Тем, кто помогал ей во всем и был рядом. И тем, кто… всегда любил её. Помню, как ей было тяжело в тот день. Без поддержки она бы не справилась… Понимаешь, Роман… Она ведь так и не смогла простить себя после того, что сделала. А потому — это твоя задача. — Валерий чуть подался вперёд, с некой тревогой глядя на меня. — Прощение. Ты должен простить её, Роман, понимаешь?

Я сидел мертвецом.

На меня рухнула тонна отчаяния и раздавила тот еле державшийся росточек надежды. Внезапно. Жёстко. Грубо. Намертво.

Перед глазами поплыл странный туман. Бесформенный, бесцветный, но затмевающий всё вокруг. Голос Валерия, будто уносясь за край Вселенной, медленно пропадал. Я сидел на том же месте, но чувствовал всем существом, что происходит нечто престранное. Всё, что меня окружало, стало постепенно отдаляться. Или даже наоборот: я стал от всего отдаляться. Оставляя себя одного. Одного с этой чудовищной новостью.

Валерий протянул мне ещё один конверт. Не отдавая себе отчёта, я взял его.

— …уверен, с деньгами у тебя проблемы. Пускай это будет своеобразной поддержкой от меня, хорошо? Только прошу, не наделай глупостей, Роман…

Я отдаляюсь всё дальше. Валерия уже не вижу. Туман повсюду. В руках — оба конверта. Вдруг, сам того не понимая, я срываюсь с места. Позади с грохотом падает стул. Кто-то кричит в мою сторону. Это Валерий. Но слов не разобрать. Слова вязнут в тяжёлом и невыносимом пространстве-времени. Всё вязнет в нём и однажды умирает. Навечно.

Ты предала меня! Ты оставила меня. Оставила навсегда. Я собирался увидеть тебя, обнять, простить… Но ты… ты просто взяла и умерла? Да как ты посмела умереть?! Как ты только посмела это сделать?! Я тебя ненавижу, тварь! Я уже собирался тебя простить, слышишь? Я был готов это сделать! Всё, всё, что тебе было нужно — это всего лишь жить. Жить! Всё остальное я бы сделал сам. Как ты посмела уйти? Как ты посмела оставить меня?! Я ненавижу тебя! Теперь — по-настоящему! НЕНАВИЖУ!!!

*

Выскакиваю из кафе и врезаюсь в парня с девушкой. В ответ получаю сильный толчок. Падаю на землю, слышу мат. Быстро поднимаюсь, ускоряюсь. Дальше. Подальше отсюда. Толпы людей, говор, бессмыслица! Куда все эти черви ползут?! Уроды! Всюду уроды! Чтоб вы все сдохли, твари!

Мир шатается. Трясётся. Ноги подкашиваются. Земля носится по дуге. И снова я чуть не падаю. Ничего не вижу. В голове только одна мысль. Легенда про Верхнегорский мост. Мне нужно туда. Срочно!

Добегаю до остановки. Нужный мне автобус как раз трогается с места. Я что-то кричу ему изо всех сил. Он останавливается. Вбегаю в его салон. Быстро прохожу в самый дальний конец, где сидит какая-то деваха. Падаю на кресло.

Та городская легенда… Мне нужно туда, к мосту… Скорее!

Из правой ладони хлещет кровь. Но вроде бы никто не обращает внимания. Да и никого нет. Только эта, одна. И всё же пялится на меня. Ну, и пусть. Мне, пожалуйста, к мосту — и побыстрее! Плачу вдвойне! Теперь уже нет смысла экономить. Теперь уже всё иначе. Один диалог с человеком — и такой крутой поворот собы…

Что? что такое?

— Извините, с вами… всё нормально? У вас кровь…

…Наверняка же по мне видно, что я сейчас не в духе. Наверняка же понятно, что лучше меня сейчас не трогать. Но вот ИМЕННО В ЭТОТ момент ИМЕННО ЭТОЙ дуре приспичило ко мне обратиться!

Бросаю на неё злобный взгляд. Если бы он мог её убить, испепелить, раскромсать на миллиард кусочков, то я был бы этому несказанно рад. Девушка продолжает стоять рядом: даже подошла ко мне. Озабоченное лицо, встревоженные глаза, поправляет выбившуюся тёмную прядь… И чего же тебе не сидится молча, овца темноволосая?!

— Вы куда едете, милочка? — спрашиваю я её хрипло.

— Я?.. — робко отвечает она. — На автовокзал…

— ВОТ И ВАЛИТЕ В ВАШ АВТОВОКЗАЛ! — взрываюсь я.

Она от испуга невольно делает шаг назад, упираясь в боковину соседнего кресла.

— Вон, как раз следующая! — добавляю я.

— Как?.. — бормочет она. — Уже?

— Следующая-следующая! — Я делаю нервный жест в сторону выхода.

Автобус в этот момент как раз тормозит у остановки, и водитель, пользуясь моментом, оборачивается посмотреть на возникший в салоне переполох. Девушка, схватив большую дорожную сумку, направляет на меня смущённый взгляд — и быстро несётся к передним дверям. Там впопыхах расплачивается за проезд.

Когда она выбегает из салона и двери за ней закрываются, я глубоко вздыхаю и вдруг понимаю, что ошибся. Дал ей ложную информацию. Автовокзал будет на следующей, а не на этой остановке. Хотя, скорее всего, выбежала она по другой причине. Из-за моего ответа.

«А! Ну и чёрт с ней. Сама разберётся. Нечего садиться в автобус, если не знаешь остановок и не можешь ехать молча, дура проклятая!» — делаю я молча отмашку кровоточащей рукой и поворачиваюсь лицом к окну.

В следующий миг сердце моё останавливается.

Та самая девушка, растерянно оглядываясь и перебегая дорогу, попадает в эпицентр какого-то странного переполоха. Всеобщее напряжение мгновенно наполняет пространство, и, раздвигая все остальные звуки мира, раздаётся пронзительный визг тормозов, а затем… чёткий звук столкновения.

Синий седан, проехав ещё несколько метров, останавливается. На его лобовом стекле — глубокая вмятина и тёмно-алые разводы.

Кажется, я умер.

Но нет. Не умер.

Продолжаю сидеть в автобусе и ехать дальше. Жизнь продолжает идти своим чередом, и даже лежащее на асфальте тело девушки не может её остановить. Автобус вскоре поворачивает — и место душераздирающего происшествия скрывается из виду.

Я хватаюсь за грудь. Начинаю с болью откашливаться. Всё это время, оказывается, абсолютно не дышал. Теперь же, бешено стараясь компенсировать отсутствие в лёгких воздуха, чуть не задыхаюсь. Боль в груди такая, хоть глотку себе перерезай. И стук под рёбрами становится такой, будто кто-то изо всех сил долбится в дверь, пытаясь выбраться. У нас так в детдоме часто шутили — запирали кого-нибудь в туалете.

Но сейчас всё это были не шутки.

Что же я, чёрт подери, наделал.

10

Под большими валунами обнаруживалась глубокая пещера. Настоящая пропасть. Там, где-то на её дне шумела подземная речка, которая затем силой своего бешеного течения извергалась в широкую Верхнегорскую реку.

По слухам, именно в этой пещере разлагались трупы всех пропавших здесь людей. Я же сомневался, что такое быстрое течение позволило бы хоть чему-то уйти ко дну. Оно бы тут же подхватило и потащило всякого бедолагу через эти тёмные подземные скалистые тоннели, чтобы затем выплюнуть в Верхнегорскую.

Эта быстротечная речка в пещере была похожа на жизнь. Неслась так же стремительно, неуклюже, свирепо, тревожно и опасно. Я, в принципе, понимал теперь, что двигало людьми, решившимися пойти ко дну этого зловещего места…

Оттуда, с глубины, веяло каким-то особым притяжением. Казалось, можно сигануть туда вниз головой — и ничего с тобой не будет. Как будто этот полный энергии поток и должен подхватить тебя, должен унести куда-то подальше отсюда. Куда-то к новой жизни. К жизни, намного отличающейся от твоей нынешней.

Да, эта пещера виделась спасением от всех бед. Эдакая кроличья нора для самых смелых «Алис», не боящихся встретиться с говорящими кроликами, танцующими чайниками и… со смертью.

…За городом всё было иначе. Другие запахи, другие пейзажи. И нет людей. Лишь я. Недалеко от заброшенного моста, что пролегал над Верхнегорской рекой. Словно подбитый какой-то болезнью, он был весь покрыт ржавой сыпью и, казалось, вот-вот не выдержит и рухнет. Дорога, на которой он пролегал, уже давно не использовалась. Построили другую: в объезд. По ней я и приехал сюда. Поблизости от моста как раз находились эти самые огромные камни. Под ними, на глубине метров десяти, нёсся поток безымянной речки.

Эта пещера — особое место. Именно здесь, по легенде, пропало больше сотни людей. Поговаривали, что некие учёные даже изучали данный феномен. А может, это всё — только городские байки, каковых огромное множество, чтобы запугивать ночами детские умы. Особенно — детдомовские, когда объявлен отбой, а спать никому не хочется.