Артем Шапкун – Искатели. Семя холода (страница 3)

Она произнесла это слово не как титул, а как приговор и призвание одновременно. Искатели. Не просто выживающие, бродящие в темноте. Те, кто целенаправленно ищет – знания, слабые места в аномалиях, других людей, ресурсы, смысл в этом новом ледяном аду.

Игорь медленно кивнул. В этом была логика. Железная, как арктический лёд.

– Хорошо. Мы – Искатели. Первые. Наш товар – информация и безопасный проход. Наша валюта – всё, что помогает выжить. Но сначала – нужно выбраться отсюда живыми. Собирай всё, что может работать на нашу поисковую способность. Не только консервы. Датчики, провода, аккумуляторы, любую химию из твоей лаборатории. И лекарства. Особенно стимуляторы и антибиотики. Выживание – это тоже поиск. Поиск способа не умереть сегодня.

Пока Светлана с новым рвением принялась за работу, Игорь подошёл к снегоходу «Бурлак» у дальней стены. Машина выглядела исправной, на бронированном стекле – морозные узоры. Ключи торчали в замке. Удача? Или ловушка? Он уже протянул руку, чтобы проверить зажигание, как снаружи, у главных ворот, раздался звук. Не ветра. Металлический, скребущий звук. Кто-то пытался поддеть ломом или лопатой тяжёлую задвижку.

Игорь погасил фонарь. Ангар погрузился в полумрак, прорезаемый лишь бледными лучами сквозь щитовые щели. Он жестом приказал Светлане: тихо, в укрытие. Та метнулась за корпус вертолёта, стиснув в руках увесистую монтировку.

Скребущий звук повторился. Потом – удар. Не оглушительный, а приглушённый, будто били не по металлу, а по толстой резине. И сдавленный, полный отчаяния шёпот:

– …Есть кто живой? Ради всего святого! Мы свои!

«Свои». Это слово в новом мире звучало как насмешка или как самая изощрённая ловушка. Игорь бесшумно снял с предохранителя «Грач» и прижался к холодной стене у двери. Светлана показала ему два пальца. Двое.

– Эй! В ангаре! Мы с центрального комплекса! Откройте, там снаружи… там что-то есть! – голос сорвался на визгливую ноту паники.

Игорь не ответил. Он резко дёрнул рычаг задвижки изнутри и отступил в тень, наводя пистолет на распахнувшийся проём.

На пороге, осыпанные снегом и, казалось, самой тьмой, стояли двое. Не чудовища. Люди. Парень лет двадцати пяти в очках с треснувшей линзой, в порванной куртке поверх белого халата, сжимающий в трясущихся руках пожарный топор. И девушка, совсем юная, с огромным, не по росту, рюкзаком за спиной. В её руках был карабин «Сайга», но держала она его так, будто это ядовитая змея.

Увидев дуло пистолета, парень ахнул и инстинктивно шагнул вперёд, заслоняя девушку собой.

– Не стреляйте! Мы… мы чистые! Смотрите! – он судорожно растопырил руки, демонстрируя отсутствие ледяных наростов.

– Докажите иначе, – голос Игоря был ровным и холодным, как сталь его ножа.

– Я… Сергей Михеев, лаборант химлаборатории! А это Анна Зимина, радист с ретранслятора! Мы слышали выстрелы, думали… думали, кто-то борется…

Светлана, выглянув из-за укрытия, всмотрелась.

– Я подтверждаю. Михеев из моего отдела. Зимина – дежурный связист. Их лица чистые.

Игорь медленно опустил пистолет, но не убрал палец со спускового крючка.

– Почему вы живы? Термоблок?

Анна, девушка, кивнула, её большие глаза были полы страха, но в них теплился огонёк ясного ума.

– Да. Мы забаррикадировались, когда по громкой связи началась… паника. Потом по внутренней рации слушали… – она сглотнула, – слушали, как они кричали. Как их голоса менялись. Потом тишина. Мы прождали до рассвета. Вышли, когда увидели следы к этому ангару. И… и услышали, как вы завели двигатель.

Их история была стройной. И главное – они выглядели нормально. В их глазах не было молочной пелены пустоты, как у Петрова.

– Заходите, – бросил Игорь, отступая и давая им пройти. – Быстро. И затворите дверь.

Они ввалились внутрь, дрожа от холода и нервного потрясения. Сергей, увидев в углу неестественно скрюченное тело мутанта, издал сдавленный стон и отвернулся. Анна же замерла, вглядываясь в искажённые черты Петрова с болезненным, профессиональным интересом.

– Фибриллярная перестройка эпидермиса… кристаллизация межклеточной жидкости… – пробормотала она.

– Вы медик? – резко спросил Игорь.

– Нет. Но отец – патологоанатом. Я… многое видела, – тихо ответила она.

– Теперь видишь будущее, – мрачно заключила Светлана. – Если нам не повезёт.

– А вам повезло? – вдруг спросил Сергей, его взгляд перебегал с Игоря на Светлану. – Вы… вы не такие. Вы не просто выжили. Мы слышали… перед тишиной был звук. Как хлопок огромной мощности, но без вспышки. Что это было?

Игорь и Светлана обменялись взглядом. Доверие – это ресурс. Его нужно выдавать дозированно.

– Это был я, – сказал Игорь просто. – Патоген даёт не только уродства. Он даёт… возможности. Если организм достаточно силён, чтобы не сломаться, а… перенаправить энергию.

– Вы управляете им? – в голосе Анны прозвучал не страх, а жадное любопытство.

– Я использую то, что он мне дал. Как инструмент. Пока что – для выживания. Мы все теперь Искатели, хотим мы того или нет, – Игорь твёрдо посмотрел на них. – Ищем способ жить. Выбор у вас простой. Остаться здесь и искать способ выжить в одиночку. Или ехать с нами. И искать вместе. Решайте сейчас.

Сергей и Анна переглянулись. В этом молчаливом диалоге не было сомнений. Одиночество в этом новом мире было равносильно смерти.

– Мы с вами, – сказала Анна за обоих, и в её голосе впервые прозвучала твёрдость.

– Правила, – Игорь встал, и даже согбенный от боли, он излучал авторитет. – Я веду. Светлана – стратег и учёный. Вы – специалисты. Выполняете приказания. Всё, что найдём – в общий котёл. Паника, неподчинение, предательство – оставляем на месте. Мы не благотворительность. Мы – экспедиция. Искатели. Понятно?

Они кивнули. В их глазах читалась решимость цепляться за тех, кто знает, что делать, и кто обладает силой, чтобы это делать.

Началась спешная погрузка. Пока Сергей и Анна, под руководством Светланы, таскали на снегоход канистры, приборы и пайки, Игорь вышел на разведку. Ветер почти стих. Небо было низким, свинцовым, но видимость позволяла видеть на сотни метров. Станция «Полюс-Х» была похожа на исковерканный скелет. Некоторые корпуса горели странным, фиолетовым пламенем, которое почти не давало тепла, но пожирало металл, оставляя после себя причудливые, оплавленные структуры. Это были первые аномалии – места, где патоген не просто мутировал жизнь, а менял саму реальность. Одна такая «горелка» была всего в пятидесяти метрах от ангара, и вокруг неё воздух дрожал, как над раскалённым асфальтом в зной.

– Поиск пути, – подумал Игорь. Уже начинается.

Он вернулся внутрь. Команда была готова. «Бурлак», рассчитанный на двоих, теперь должен был везти четверых. Им предстояло ехать вплотную, спиной к спине, дыша друг другу в затылок.

– Куда ищем путь? – спросила Светлана, усаживаясь позади Игоря и крепко обхватывая его за талию, избегая повреждённых рёбер.

Игорь развернул потрёпанную карту.

– На юг. К узловой станции «Карский Перевал». Там ветка на Обскую губу. Если где и остались люди или связь – там. Держись.

Он повернул ключ. Двигатель «Бурлака» взревел, выплюнув клуб пара и сизого дыма. Звук был вызовом, рёвом броненосца, входящего в тихие, заражённые воды. Анна, сидевшая позади Светланы, вздрогнула. Сергей, прижав к груди свой рюкзак с химикалиями, закрыл глаза.

Игорь дал полный газ. Снегоход рванул вперёд, выскочил из ангара и помчался по накатанной трассе, оставляя за собой вихрь снежной пыли, унося прочь от первой могилы старого мира.

А на крыше главного корпуса, покрытой синим, пульсирующим, словно живым, инеем, за ними с холодным безэмоциональным вниманием следила фигура. Она стояла недвижно, и её очертания почти сливались с ледяными наплывами на металле. Но если бы кто-то мог подойти ближе, он увидел бы – форма полковника Дроздова была лишь оболочкой, пустой скорлупой. Внутри, прорастая сквозь ткань и плоть, пульсировала сложная, кристаллическая структура. А рядом, в совершенном, мёртвом покое, застыли ещё трое таких же ледяных солдат, их молочные глаза были устремлены в одну точку – на удаляющийся огонёк снегохода.

Дроздов был мёртв. Но его воля, его холодная, безжалостная логика выживания сильнейших, обрела новую, коллективную форму. Она уже не искала. Она ждала. И строила. А когда будет готова – начнёт охотиться на всех, кто осмелился искать свой путь в её новом, ледяном царстве.

ГЛАВА 3. ИСКАТЕЛИ

Рёв «Бурлака» разорвал звенящую тишину тундры, как крик новорождённого в морге. Звук был вызовом, объявлением войны всему, что теперь ползало, пряталось и охотилось в этом новом, синевато-сером мире. Игорь чувствовал вибрацию двигателя сквозь всю свою боль, сквозь тугую повязку на рёбрах. Она была якорем, единственной реальной вещью в мире, поплывшем в фиолетовом мареве.

Он резко свернул с центральной дороги станции, уходя в лабиринт служебных проездов между складами ГСМ. В зеркало заднего вида мелькнули искажённые огнём очертания лабораторного корпуса – там пылало то самое фиолетовое пламя, холодное и ненасытное. Воздух над ним колыхался, как над раскалённым асфальтом, только волны шли морозные, вымораживающие всё на своём пути.

– Держись левее! – крикнула Светлана ему прямо в ухо, перекрывая вой ветра. – Там, справа – сейсмочувствительная зона! Вижу колебания грунта!