Артем Оноприенко – Заметки на полях твоей жизни (страница 4)
«Почему ты не пришёл ко мне первым?» – написала я.
Его ответ был коротким:
«Боялся, что ты уйдёшь. Как Елена».
Моя кровь остыла. Елена. Его бывшая девушка. Та, о которой он писал мне неделю назад. Та, которая «сама построила жизнь» и ушла.
«Я не Елена», – написала я честно. «Я не уйду».
Он не ответил сразу. Я ждала. Минута. Две. Три. Библиотека была пуста. Только шёпот страниц, тишина коридоров.
Потом появились новые строки:
«Обещаешь?»
«Не обещаю», – написала я честно. «Обещаю говорить правду. Всегда».
«Хорошо», – написал он. «Для начала этого достаточно».
Я взяла ручку и начала писать новый ответ. Руки дрожали не от страха, а от предвкушения.
«Почему ты выбираешь тишину?»
Его ответ появился быстро:
«Потому что в тишине можно услышать то, что нельзя сказать вслух».
«В тишине есть правда».
Я закрыла тетрадь. Выйдя из библиотеки, увидела его. Высокого. С тёмными волосами. Он держал в руках эскиз какого-то здания. Его профиль был резким, красивым.
Он подошёл. Поднёс руку к лицу. Коротко кивнул.
– Привет, – сказал он.
– Привет, – ответила я.
– Через три дня. В библиотеке.
– Через три дня. В библиотеке.
Мы расстались. Не обнявшись. Не поговорив. Но что-то изменилось. Между нами появилась нить. Невидимая, но прочная.
Я шла домой и чувствовала: мир стал меньше. Ярче. Ближе. Потому что теперь я знала: я не одна. Кто-то пишет ответы. Кто-то слушает. Кто-то понимает.
И через три дня… через три дня будет лицо. Через три дня будет голос. Через три дня будет правда.
Вечером я вернулась в общежитие. Маша ждала меня. Она сидела на кровати и читала книгу.
– Ну как? – спросила она, когда я вошла.
– Сегодня всё изменилось, – ответила я мягко.
– Изменилось? – Маша отложила книгу. – Расскажи.
– Он знает, что я пишу. А я знаю, что это он. Алексей Королёв.
Маша замерла. Потом улыбнулась.
– Я так и знала. Видела, как ты смотришь на него. Часто. Каждый день.
– Но сегодня я проверила. Спросила о профессоре. Он ответил правильно. Это он.
– И что будешь делать дальше?
– Признаться. В тетради. Прямой текст. Без скрытых фраз.
– Страшно.
– Да. Очень.
– Но ты сильная, – сказала Маша, подойдя ближе. – Помнишь? Ты писала в дневнике: «Я пишу, потому что внутри что-то есть, что нужно высказать».
Я кивнула.
– Это то, что внутри, – продолжала Маша. – И я думаю: он заслуживает знать правду.
Мы молчали минуту. Потом она легла спать. Я тоже закрыла глаза. Но сон не пришёл сразу.
Я думала о нём. Об Алексее. О том, кто он такой. О том, что делает его таким. О том, почему он выбирает архитектуру вместо семьи.
«Все здания живут своей жизнью». Эти слова повторялись в голове снова и снова. Возможно, они были про нас. Про нас двоих. Про историю, которая создаётся из линий. Из решений. Из выбора.
Я уснула только под утро. С мыслью о том, что через три дня будет новая страница. Новая история. Новая реальность.
ГЛАВА 5
Первое письмо
Я не могла уснуть всю ночь. Мысли крутились вокруг одной точки – вокруг этой тетради. Вокруг тех слов, которые мы писали друг другу без имён, без лиц, без звуков голосов. Только чёрные линии карандаша на белых страницах.
Но теперь всё изменилось. Теперь я знала: тот человек, который писал мне ответы… это Алексей. Тот парень из первого ряда. С тёмными волосами и холодным взглядом. Рисующий эскизы во время лекций. Живущий в Москве три года. Отец хотел, чтобы он работал в его фирме. Он выбрал другое.
Всё сходилось. Всё становилось логичным. Но оставался один вопрос – самый важный, самый страшный. Как сказать ему правду? Что это Я была той, кто писал эти слова. Которая говорила о страхе. О семье. О мечтах.
«Если я скажу – он может отстраниться», – думала я, лёжа на кровати в общежитии. Маша уже спала глубоко. Её дыхание было ровным, спокойным. Я боялась даже шелохнуться.
«Но, если я молчу – остаюсь лгать».
Утро началось с дождя. Капли барабанили по окнам общежития, создавая ритм, который мешал сосредоточиться. Я проснулась раньше будильника – тревожный звон в голове был громче любых часов. Комната была пустой – Маша ушла раньше, оставив мне время собраться одной.
На столе лежала тетрадь. Та самая. Открытая на странице, где были написаны мои слова. Напротив них – его ответ. Я села на кровать и открыла дневник.
Записала всё, что произошло сегодня:
«Он знает. И я знаю. Кто он».
«Это начало или конец?».
«Боюсь. Но надеюсь. Надеюсь больше, чем боюсь».
Я встала с кровати. Одела простое платье синего цвета, кеды и куртку. Поехала в университет пораньше. Знала: если он придёт – будет искать то же место. Если не придёт… тогда я останусь ждать.
Библиотека пахла тем же, чем и всегда. Старые книги, пыль, время. Я прошла мимо стойки регистрации. Там сидел тот же человек – пожилой мужчина в очках, который никогда ничего не спрашивал. Он просто кивнул и продолжил читать газету.
Я подошла к нужному ряду. Энциклопедии по архитектуре. Та же самая полка. Та же самая пара книг. И та же самая тетрадь.
Сердце заколотилось быстрее. Она была здесь. Ждала меня.
Я села на ближайшую скамейку. Открыла обложку. На этот раз там было написано больше обычного – целых четыре строки:
«Ты знаешь, кто я?»
Это было первое прямое признание. Не метафора. Не намёк. Прямо.
Я взяла ручку и начала писать ответ. Руки дрожали. Но не от страха. От предвкушения.