Артем Оноприенко – Заметки на полях твоей жизни (страница 3)
Я вошла внутрь тихо, стараясь не привлекать внимания дежурной у входа. Та женщина за столом ничего не сказала, лишь кивнула в сторону рядов. Я прошла мимо неё, вниз по лестнице, туда, где стояли энциклопедии по архитектуре.
Там всё было на своих местах. Стеллажи, книги, тишина. Но когда я подошла к нужной полке, моё сердце пропустило удар.
Тетрадь лежала там. На том же месте, между двумя толстыми книгами «Архитектура XX века». Как будто её ждали.
Я достала её медленно, как будто касалась чего-то священного. Пальцы дрожали, когда я проводила ими по обложке. Она была потёртой, с помятыми углами, но внутри – чистой. Открыв обложку, я увидела – на первой странице, прямо под моими словами, появилась новая надпись. Чистая, аккуратная, выполненная тем же карандашом, что оставил запись на обложке.
«Спасибо. Давно не чувствовал, что меня кто-то понимает».
Сердце заколотилось сильнее. Кто-то прочитал. Кто-то ответил. Кто-то был здесь, рядом со мной, но не знал меня. И всё равно – он написал эти слова. Для меня.
Я села на ближайшую скамейку, развернула тетрадь и провела пальцами по строчкам. Мой голос звучал громче в голове: «Иногда хочется, чтобы кто-то понял». Это было не просто фразой – это была боль, которую я сама написала. И теперь кто-то другой отвечал ей, не зная моего имени, не зная моего лица.
– Ты снова тут?
Голос заставил меня резко обернуться. Девушка лет двадцати стояла у края ряда, держала в руках стопку книг. Короткие светлые волосы, спокойный взгляд, улыбка, которая не доходила до глаз.
– Да… – прошептала я.
– Маша говорила, ты студентка с первого курса. Филологический факультет.
Я замерла. Маша? Она рассказала этой девушке о мне? Почему?
– Я Даша. С литературного. Мы вчера познакомились в коридоре.
Даша. Я вспомнила – группа девушек, одна из которых представилась именно так. Красивая, уверенная, смотрела на меня чуть свысока.
– Приходи на вечеринку сегодня вечером, – сказала она. – Будем рады.
– Не знаю, – ответила я осторожно.
– Подумай. – Она улыбнулась уже шире, но в её глазах читалось что-то холодное. – И да… береги себя. В библиотеке иногда бывает холодно.
Она ушла, не дожидаясь ответа. Я осталась сидеть на скамейке, держа тетрадь в руках. Её слова крутились в голове: «Береги себя». Что они значили? Предупреждение? Намёк? Или просто вежливость?
Я открыла тетрадь снова и взяла ручку. Мои пальцы дрожали, когда я писала второй ответ:
«Рад, что тебя услышали. А ты кто такой?»
Это был первый вопрос, который я задавала ему вслух, хотя нет – в тетради. Я хотела знать его имя. Хотя бы первое. Хотя бы часть.
Через несколько минут я вернула тетрадь обратно на полку. Туда же, где нашла. Я не стала писать в ней дальше. Просто отправила сообщение в пространство. Надеюсь, кто-то найдёт. Надеюсь, кто-то ответит.
Когда я выходила из библиотеки, я почувствовала странное облегчение. Как будто отпустила груз, который несла долго. Не знаю, откуда он взялся. Знаю только одно: теперь я знаю, что могу оставить след в этом городе. Даже если никто не ответит.
Я не знала тогда, что этот незнакомец – тот самый парень из первого ряда. И что он уже знает, как искать ответы.
Дома я легла на кровать и открыла дневник. Записала всё, что произошло сегодня:
«Он нашёл тетрадь. И написал ответ.»
«Кто он?»
«Боюсь. Но любопытство сильнее страха».
Маша проснулась. Подошла ко мне.
– Ты пишешь в дневник каждый день. Много.
– Я пишу не для себя. Для него. Для тех, кто слышит.
– Кто слышит?
– Тот, кто не видит лица. Только слова.
– Анечка… – она села на край кровати, положила руку на моё плечо. – Когда будешь готова – расскажи мне всё. Я рядом. Всегда.
– Обязательно. Однажды.
Мы молчали минуту. Потом она легла спать. Я тоже закрыла глаза. Но сон не пришёл сразу.
Я думала о нём. Об Алексее. О том, кто он такой. О том, что делает его таким. О том, почему он выбирает архитектуру вместо семьи.
«Все здания живут своей жизнью». Эти слова повторялись в голове снова и снова. Возможно, они были про нас. Про нас двоих. Про историю, которая создаётся из линий. Из решений. Из выбора.
Я уснула только под утро. С мыслью о том, что через три дня будет новая страница. Новая история. Новая реальность.
ГЛАВА 4
Ответ на полях
Я не могла уснуть всю ночь. Мысли крутились вокруг одной точки – вокруг этой тетради. Вокруг тех слов, которые мы писали друг другу без имён, без лиц, без звуков голосов. Только чёрные линии карандаша на белых страницах.
Но теперь всё изменилось. Теперь я знала: тот человек, который писал мне ответы… это Алексей. Тот парень из первого ряда. С тёмными волосами и пронзительным взглядом. Рисующий эскизы во время лекций. Живущий в Москве три года. Отец хотел, чтобы он работал в его фирме. Он выбрал другое.
Всё сходилось. Всё становилось логичным. Но оставался один вопрос – самый важный, самый страшный. Как сказать ему правду? Что это Я была той, кто писал эти слова. Которая говорила о страхе. О семье. О мечтах.
«Если я скажу – он может отстраниться», – думала я, лёжа на кровати в общежитии. Маша уже спала глубоко. Её дыхание было ровным, спокойным. Я боялась даже шелохнуться.
«Но, если я молчу – остаюсь лгать».
Утром я пришла в библиотеку пораньше. Знала: если он придёт – будет искать то же место. Если не придёт… тогда я останусь ждать.
Библиотека пахла старыми книгами и пылью – тем особым ароматом, который невозможно спутать ни с чем другим. Это был запах времени, накопленного годами между страницами тысяч книг. Я любила это ощущение – будто каждая книга хранила в себе чужую историю, и я могла прикоснуться к ней хоть ненадолго.
Я прошла мимо стойки регистрации. Там сидел тот же человек – пожилой мужчина в очках, который никогда ничего не спрашивал. Он просто кивнул и продолжил читать газету.
Я подошла к нужному ряду. Энциклопедии по архитектуре. Та же самая полка. Та же самая пара книг. И та же самая тетрадь.
Сердце заколотилось быстрее. Она была здесь. Ждала меня.
Я села на ближайшую скамейку. Открыла обложку. На этот раз там было написано больше обычного – целых четыре строки:
«Ты знаешь, кто я?»
Это было первое прямое признание. Не метафора. Не намёк. Прямо.
Я взяла ручку и начала писать ответ. Руки дрожали. Но не от страха. От предвкушения.
«Да. Я знаю. Ты – Алексей. Архитектурный факультет. Второй курс».
Его ответ появился быстро:
«Как ты узнала?»
Я написала медленно. Слова были важными. Важнее всего, что могло быть.
«Сегодня после лекции. Подошла к тебе. Спросила о профессоре. Ты ответил правильно».
– Это был твой ход? – спросила я вслух. Тишина библиотеки отвечала только шум страниц.
Его ответ вернулся через несколько минут:
«Было бы легче, если бы ты подошла сама. Вместо вопросов через других».
Я замерла. «Вместо вопросов через других». Это означало: он видел мою проверку. Понимал, что я искала подтверждения.