Артем Каменистый – Не триумфатор (Альфа-13) (страница 12)

Гуинплену эти «поляны» ни к чему. После битвы Трёх королей в его мешке оказалась такая коллекция навыков, что на её освоение уйдут годы и годы. Причём некоторые его умения в Пятиугольнике добыть невозможно.

Ну или я просто не знаю нужные «поляны».

И да, он единственный сержант, который никогда не расстаётся с арбалетом. Поговаривают, даже спит с ним, используя вместо подушки. Может и привирают, но похоже на правду. Так-то им оружие положено, а вот стрелять необязательно, их дело на поле боя — командовать теми, кто стреляет. Но Гуинплен — это Гуинплен, с ним почему-то даже Шайм Аккос не спорит. А он, между прочим, главный у стрелков. Сбежавший в Пятиугольник из-за долгов семьи уроженец какого-то мелкого свободного города, сумевший сделать в моём войске карьеру. От простого дружинника до тысячника арбалетчиков поднялся.

— Гуинплен, ко мне! — скомандовал я.

Тот покинул своё место перед строем, приблизился, замер.

Я протянул руку:

— Дай мне свой арбалет.

Тот нервно сглотнул, из-за чего исковерканный рот скривился ещё больше, медленно стащил оружие с плеча, протянул с явной неохотой.

Взяв арбалет, я поморщился. Видно, что владелец следит за ним тщательно, все детали идеально отшлифованы и где возможно даже отлакированы. Но всё равно редкостное уродство. А ведь я сам его, можно сказать, изобрёл. До меня никто не догадался до такой печальной посредственности. В этом оружии плохо абсолютно всё, кроме мощности, и на тот момент меня это устраивало. Игнорируя множество недостатков, я вооружил этим убожеством девять тысяч человек, спешно набранных по закоулкам города и лагерям беженцев. Мусор человеческий, а не солдаты. Именно так подумали враги. И хотя были полностью правы, это им не помогло.

Даже мусор способен на многое, если его правильно использовать. И пренебрежение врагов сыграло против них. Они попросту не принимали в расчёт эти девять тысяч. Считали их обычным крестьянским ополчением, а их оружие — корявыми поделками криворуких шабашников.

То-то они удивились, когда оказалось, что на коротких дистанциях даже альфам из этих уродливых арбалетов прилетает очень больно.

Подозреваю, по итогам битвы Трёх королей пойдёт волна, так и сям начнут создавать похожие образцы, пытаясь копировать мою тактику. Вон, мастера Пробра уже вовсю их клепают. Но так как даже с болтами, усиленными рунами и артефактными плетениями это оружие весьма нишевое, мало где применимое, мода на уродливое барахло быстро схлынет. Не удивлюсь, если историки быстро позабудут, что какие-то заурядные простолюдины выкосили несколько тысяч прекрасных воинов и заставили улепётывать южных альф. Малость подсократят описание боя, просто напишут, что на первой фазе сражения доминировали лучники Львёнка.

И я их понимаю.

Описывать толпу каких-то убогих бродяг с убогим оружием никому не интересно.

И хотя корявый арбалет весил без малого пуд, я, размахнувшись, легко швырнул его с такой силой, что он, врезавшись в стену башни, разлетелся на куски.

Обернувшись назад, на Гуинплена, я собирался с пафосом выдать заготовленную красивую речь, но осёкся. Изуродованный боец смотрел на стену так, будто возле неё только что казнили всю его семью, всех друзей, соседей и знакомых. Разнесли вдребезги абсолютно всё, что ему дорого. Со всего маху всё святое уничтожили, как этот убогий самострел. Его челюсть мелко-мелко, едва заметно подрагивала, будто он сдерживает не просто рыдания, а истошный крик, рвущийся из глубин души.

Понятия не имело, чем его так задела гибель неказистого оружия. Как по мне, это всё равно, что плакать из-за треснувшего унитаза. Я даже на поломку Крушителя не особо расстраивался, ведь это просто вещь.

Но всё же мне стало стыдно за те слова, что я собирался сказать.

Нет, не надо сейчас никакого пафоса. Не знаю, что тут происходит, но это следует прекращать.

— Бяка, бегом! — скомандовал я.

Несколько секунд, и приятель кое-что мне передал.

Я протянул переданное Гуинплену:

— Держи.

Тот смотрел и видел, но не понимал.

— Бери-бери, — ободряюще добавил я. — Это твой.

— М-мой?.. — непонимающе протянул Гуинплен.

Вот же Хаос... Кто бы мог подумать, что сломанная хреновина так сильно выбьет его из колеи.

Хороший солдат, но да, странный.

Очень странный.

Ладно, придётся самому.

Протянув руку назад, я скомандовал:

— Бяка, болт номер два!

Приятель протянул короткую стрелу с тонким чёрным древком и длинным четырёхгранным наконечником с жёлтым остриём. Стабилизаторы не те, что раньше, а настоящие, полноценные, из гусиных перьев, и подозреваю, ради этих перьев половина имперских гусей пострадала. Очень уж хорошую цену давали за них мои торговые агенты. Рынок этого сырья не столь уж велик, а мы его выгребли подчистую, и нам требовалось ещё и ещё.

Причём побыстрее.

При этом я так и не понял, почему перья так прекрасно работают. На максимальных скоростях болты чуть ли не добела раскаляются, уподобляясь трассирующим снарядам малокалиберной артиллерии. По идее их оперение должно сгорать на первых сотнях метров с пагубными последствиями для стабилизации, однако наблюдения показывают, что это не происходит.

Или я что-то не понимаю в физике явления, или местные гуси какие-то особенные.

Впрочем, я в этом мире много чего не понимаю.

Перехватив в левую руку арбалет, что принёс Бяка, я взялся за рычаг «козьей ноги» и легко его потянул.

Но лёгкость обманчивая. Дури в этом изящном красавце гораздо больше, чем в том тяжеленном уродце, что только что развалился при ударе о стену. И это при том, что в старом образчике вес почти в четыре раза больше, и для взведения требовалось подсоединять дополнительную увесистую деталь.

Силы у меня много, но дело не только в ней. Имперские мастера, которые за большую плату взялись выполнять мой заказ, подготовили всё, что необходимо для установки рунной последовательности и артефактного плетения. И то, и то — новые, усовершенствованные. Мне пришлось поломать голову, чтобы совместить в одном изделии несколько функций и при этом не задрать требования к пользователям до небес.

То, что получилось, нельзя даже сравнивать с шедеврами вроде Крушителя и Жнеца. Увы, если в артефакторике я продвинулся прилично, о рунном мастерстве так не скажешь. Несмотря на все усилия до сих пор топчусь на первой ступеньке высоченной лестницы. Однако даже в таком виде этот арбалет за пояс затыкает всех конкурентов. Даже те, что производятся лучшими специалистами Большого юга, уступают ему в некоторых параметрах.

При этом их цена огромна, доступны они лишь для редких богачей. Появление даже десятка таких арбалетов на поле боя на ходе сражения никак не сказывается. Для того чтобы их наличие заметили, требуются сотни.

А у меня в планах тысячи. То есть я делаю то, что до меня здесь никто не делал — перевожу самое эксклюзивное оружие в класс массового.

Зарядив болт, приставил приклад к плечу и, быстро прицелившись, выстрелил в ту же стену, об которую «убил» оружие Гуинплена. Сверкнула вспышка, по ушам приложило отрывистым, звонким звуком разрыва. От блока при этом откололось несколько камешков, и осталась выбоина объёмом почти с мой кулак.

— Болт номер три! — скомандовал я.

Пять секунд и арбалет взведён заново и перезаряжен. Ещё две секунды, и болт с красным остриём попадает в соседний блок. Тоже последовала вспышка, но, как бы это сказать... Более насыщенная, что ли. И хоть и шумная, но без того резкого хлопка. Разлёта «каменной шрапнели» тоже не последовало, зато на стене ярко заполыхал «пятачок» размером с крышку от немаленького армейского котла. Секунд семь, и он начал гаснуть, и ещё через четыре-пять огонь полностью сошёл на нет. Осталось чёрное слегка дымящееся пятно.

— Номер первый! — снова скомандовал я.

Этот болт не взорвался и не вызвал сильное возгорание, он просто устроил в щели между блоками здоровенную пробоину из которой выбивалась тоненькая струйка дыма. Диаметр отверстия раза в два больше, чем у древка, и, представляя качество работы мудавийских строителей, я не сомневался, что наконечник вошёл в окаменевший раствор минимум сантиметров на тридцать пять.

Указав на стену, я начал пояснять:

— Болт с жёлтым наконечником разрывной. Он похож на те снаряды, что катапульты швыряли в битве Трёх королей, но дури в нём, как вы видели, не настолько много. Можно сказать, чуть-чуть хлопает, но вы только посмотрите, что он с камнем сотворил. Мы проверяли их на некоторых кирасах латников чёрной кварты, такие болты их рвут, будто бумагу. Также даже на большой дистанции может ранить и убить врага с амулетом от физических атак или с магическим щитом, аналогичным Щиту ветра. Естественно, амулет должен быть недорогим, а щит нулевым или еле-еле развитым. Если вы вдвоём или втроём сговоритесь и выберете одну цель, как вас учат, то двумя или тремя попаданиями сможете убить и куда более защищённого врага. Вон, Гуинплен в одиночку успокоил альфу-аристократа болтом старой конструкции, выстрелив в упор, когда тот завяз в толпе наших солдат, и его защита выдохлись. Новые болты гораздо лучше, мы их по-всякому сравнивали против разных целей, так что я знаю, о чём говорю. Второй, который с жёлтым наконечником, зажигает цель алхимическим составом. Как вы видели, против камней он ничего не может сделать, но ведь это естественно. Очень удобная вещь против деревянных строений, инженерных машин, повозок, полевых укреплений, шатров и палаток. Также от него мгновенно вспыхивает дублёная кожа и ткань, так что одежда и поддоспешник сразу загорятся. Даже если маленькая капля попадёт на кожу, тоже мало не покажется, ожог оставит сильный. И пока всё зелье не выгорит, потушить сложно, поэтому против живой силы тоже неплохо работают. Вот этот болт, номер один, безо всякой алхимии. Он похож на старые добрые боевые болты, к которым вы привыкли, только легче в четыре раза. Но не подумайте, что у него убойность меньше. Видели дыру, что он проделал в щели между блоками? И слышали звук выстрела? Будто кнутом щёлкнули. Это, можно сказать, особая магия. Дело в том, что болт, выпущенный из такого арбалета, долетает до цели в полной тишине. Ваш враг падает замертво, и лишь в этот момент до него доносится звук. Представляете, какая должна быть скорость? Нет, вряд ли вы можете себе это представить. Просто примите на веру, что такие болты убивают даже лучше, чем старые. Древко из особой... гм... древесины, и при попадании в цель на такой скорости его разносит в труху, причём труха эта жарко тлеет. Даже самая лёгкая рана из-за этого эффекта станет кошмаром для раненого, плюс можно что-нибудь поджечь. Эффект, конечно, не тот, что с алхимией, но легковоспламеняющиеся материалы вспыхивают часто.