Арно Штробель – Восхождение без свидетелей (страница 39)

Неподалёку Себастьян с трудом поднялся на ноги. Поймав взгляд Тима, он ткнул в его сторону дрожащим пальцем.

— Сядешь в тюрьму, псих. Гарантирую.

Тим лишь кивнул и отвернулся.

Да, вполне возможно. А если выяснится, что Ральфа зарезал я, — тогда по заслугам.

 

Прошёл почти час, прежде чем им наконец удалось двинуться в путь. Главной проблемой был Фабиан. Сам он идти не мог, и нужно было придумать, как его нести.

Сперва подумали о носилках, но подходящих материалов не нашлось. Одеяло — или даже два — ещё можно было пустить в дело, вот только ни жердей, ни чего-то похожего на раму под рукой не оказалось. Яник предложил уложить Фабиана на одеяло и нести вдвоём, а то и вчетвером, взявшись за углы. Они даже попробовали, но не прошли и пяти метров: спотыкались чуть ли не на каждом шагу.

Когда все уже в отчаянии ломали голову, именно Себастьян — кто бы мог подумать — сказал:

— Тогда понесём его по очереди на спине. Я понесу первым. Добровольно.

Тим уставился на него с таким изумлением, что Себастьян сразу это заметил.

— Чего вылупился, психопат?

— Ничего. Просто удивился. Похоже, где-то очень глубоко в тебе всё-таки осталось что-то человеческое.

Себастьян криво усмехнулся.

— Не обольщайся, Тимми. Мне просто хочется поскорее свалить с этой чёртовой горы и сдать тебя полиции.

Он повернулся к Янику.

— Предлагаю так: вы с Лукасом пойдёте рядом с ним и проследите, чтобы по дороге обратно ему не взбрело в голову ничего дурного.

— Ты, похоже, слишком много дрянных детективов по телику насмотрелся, — заметил Денис.

Но на его реплику никто не отозвался.

 

ГЛАВА 31.

 

Они решили спускаться наискось, срезая склон. Каким-то чудом в памяти ещё держалось направление, откуда они пришли.

Себастьян нёс Фабиана на спине и после двух изматывающих суток делал это с удивительной лёгкостью. Юлия шла рядом и каждые пару минут спрашивала, всё ли в порядке и не пора ли передохнуть.

Лукас и Яник держались по обе стороны от Тима; тот молча шагал между ними. Следом шли Денис и Лена, а Дженни плелась в нескольких метрах позади — одна.

Тим то и дело ловил на себе взгляды. Яник и, особенно, Лукас исподтишка за ним наблюдали. Он старался этого не замечать.

Мысли упрямо возвращались к тому, что он мог натворить. И с каждым пройденным метром всё мучительнее становился страх узнать, что случилось с Ральфом. Страх, что к этому причастен он сам.

— Ты вообще отмороженный, — вдруг сказал Денис после нескольких минут общего молчания.

Тим удивлённо обернулся на ходу.

— В каком смысле?

Денис ответил не сразу, будто подыскивал слова.

— Ну, у тебя этот лунатизм. И с матерью всё это. Тяжёлая история, кто спорит. Но свой крест у каждого.

Тим кивнул, посмотрел вперёд и попытался понять, к чему тот клонит. К чему он вообще ведёт? Лишь спустя ещё несколько минут Денис заговорил снова:

— А тут ещё Ральф пропал… Это вообще жесть.

Тим снова оглянулся. Яник и Лукас молчали.

— Что ты хочешь сказать?

Денис прибавил шагу и протиснулся между Лукасом и Тимом. Лукас неуверенно покосился на Яника, но вмешиваться не стал.

— Я о том, что ты всё выложил, — сказал Денис, глядя на него с недоумением. — Хотя прекрасно понимал, какой цирк устроит тот дебил впереди. И всё равно сказал правду. Просто потому, что боялся опять кому-нибудь навредить. Это, старик, сильно.

И при чём тут «сильно»? Тим знал только одно: признание было его единственным шансом не сойти с ума от неизвестности — от мыслей о том, что он сделал и что ещё способен сделать.

Он посмотрел на Дениса и вдруг понял, что именно в этом тощем, мертвенно-бледном парне ошибался сильнее всего.

 

Минут через тридцать они вышли к тому самому перелеску, через который уже проходили. Себастьян опустил Фабиана — тот едва держался на ногах — и долго пил из фляги, которую, как и остальные, наполнил в одном из ручьёв возле хижины.

Яник вызвался нести Фабиана дальше. После короткого привала они снова тронулись в путь.

Себастьян занял место Яника рядом с Тимом. Юлия брела с другой стороны и, казалось, уже не шла, а только спотыкалась.

Через некоторое время она негромко сказала, обращаясь к Себастьяну:

— Жутко идти рядом с ним, словно ничего не случилось.

Тим резко остановился.

Себастьян среагировал мгновенно: шагнул к нему и встал почти вплотную. Между их лицами оставались считаные сантиметры.

— Только попробуй, — тихо прошипел он. — Хоть одну ошибку сделай. Дай мне повод — и я тебе врежу.

— Эй, полегче, — крикнул со стороны Денис. — Тоже мне, крутой коп.

Себастьян яростно вскинул голову.

— А ты, если хочешь, будешь следующим.

Денис даже не шевельнулся. Только смотрел на него в упор.

— Эй, вы там застряли? — окликнул их Яник, уже успевший уйти с Фабианом на спине довольно далеко вперёд. — Давайте уже!

Себастьян смерил Дениса и Тима тяжёлым взглядом, потом коротко кивнул вперёд.

— Пошли.

 

Ещё через двадцать минут они наконец выбрались на ту самую тропу, по которой поднимались сюда.

Облегчение читалось почти на всех лицах. Лишь Денис и Тим оставались сдержанными: первый — по своей природе, второй — потому что возвращение означало одно: скоро всё выяснится. Болен ли я на самом деле. Настолько, что меня придётся изолировать, чтобы защитить от меня остальных. Или у всего этого всё-таки есть другое объяснение.

Чем ближе подступала разгадка, тем сильнее становились страх и глухое предчувствие: всё началось заново.

Так или иначе, эти два дня он не забудет никогда.

 

После короткого привала Яник снова взвалил Фабиана на спину, и они продолжили спуск. Теперь оставалось только держаться тропы: судя по всему, она огибала скалу со скобами.

Но внезапно тропа оборвалась, и перед ними открылись шрофены — крутой склон, сложенный из тысяч мелких острогранных камней и валунов, прорезанный осыпными руслами. Они подошли к самому краю и заглянули вниз.

Тим и Яник одновременно увидели неподвижную фигуру, лежавшую примерно посреди склона.

И в один голос закричали: