Арно Штробель – Мёртвый крик (страница 32)
— Тоже верно.
Официантка принесла пиво. Макс тут же осушил половину бокала.
— Знаешь, что сводит меня с ума? То, что я как подозреваемый в убийстве вынужден прятаться и не могу сделать ровным счётом ничего — только ждать, когда этот ублюдок позвонит и скажет, что мне делать дальше.
Пальцер задумчиво кивнул.
— Я этого, кстати, тоже не понимаю. Похищает твою сестру, мучает её, чтобы заставить тебя плясать под свою дудку, — а сам молчит. Мог бы, к примеру, потребовать, чтобы ты сдался полиции.
— Зачем? В бегах я выгляжу куда подозрительнее.
— И это верно.
Макс поймал себя на мысли, что Пальцер до сих пор не знает истинной причины его приезда в Кёльн. По отношению к человеку, который рисковал карьерой ради беглого подозреваемого в убийстве, это было, мягко говоря, нечестно.
Макс решил приоткрыть правду — но лишь настолько, насколько мог себе позволить, не рискуя тем, что Пальцер окончательно от него отвернётся. Эта игра в прятки была ему не по душе.
— Я хочу сказать тебе ещё кое-что. Не совсем правда, что я приехал в Кёльн по своей воле. Меня заставил Нойман.
Пальцер удивлённо поднял на него глаза.
— И с какой целью?
Макс выдержал его взгляд.
— Выпытать у тебя информацию.
Какое-то время они молча смотрели друг другу в глаза — пока Пальцер наконец не кивнул.
— Спасибо, что сказал. Поздновато — но всё же.
— Он пригрозил, что снова возьмётся за Кирстен, если я проговорюсь. Понимаешь, что выбора у меня не было?
Лицо Пальцера осталось непроницаемым.
— Понимаю. Но пойми и ты: я невольно задаюсь вопросом, что́ ещё ты мне не рассказываешь — из страха за сестру.
Макс знал: вот он, момент истины — самое время выложить всё. Но риск, что Пальцер после этого порвёт с ним, был слишком велик.
— Понимаю. Но это всё. Больше ничего нет.
— Ну хорошо. Так о чём ты должен меня выспросить?
— Он хочет знать, что ты о нём думаешь.
Пальцер коротко, лающе рассмеялся и прокашлялся.
— Извини, но это какой-то нелепый фарс. Он посылает тебя — человека, которого считает главным виновником своей посадки, — выпытывать у меня, единственного, кто хоть немного ему сочувствовал?
— Я уже говорил. По тому, как он отзывается о тебе, благодарности он не испытывает. Скорее считает виноватым наравне со мной.
Зазвонил мобильный. Макс выудил его из кармана и взглянул на номер. Бёмер.
Он указал на телефон и поднялся.
— Извини, это мой напарник.
Уже выходя из зала, он принял вызов.
— Алло. Есть новости?
— Ещё какие. — Тон, которым это было сказано, заставил Макса насторожиться. Что-то случилось.
— Что? Да говори же. Зацепка?
— Хуже.
Макс готов был закричать.
— Хорст, не тяни из себя каждое слово клещами. Что стряслось?
— Нам только что прислали запись. Анонимно — её получили «Кёльнер Рундшау» и «Кёльнер Экспресс».
— Запись?.. — У него возникло ощущение, будто кровь застывает в жилах. В голове замелькали самые безумные предположения. — Что на ней? Неужели… Кирстен?
— Нет. — Этот голос. Таким он напарника никогда не слышал. Таким… ледяным. Машинным. — Послушай сам.
— Хорошо.
Макс напряжённо вслушался. Сначала — шорох, затем щелчок, и наконец прозвучал голос. Нет, не просто голос — то самое глухое бормотание, которым Нойман уже два дня держал его в напряжении.
— Спрашиваю в последний раз — иначе возьмусь за твою сестру. Ты застрелишь Хильгер сейчас или нет?
Возникла пауза, и в ней, на заднем плане, послышался тихий всхлип.
— Хорошо.
Телефон едва не выскользнул у Макса из руки. Это, без всякого сомнения, был его собственный голос.
ГЛАВА 21
— Так что? — переспросил Нойман.
— Я сделаю это.
Макс прижал свободную ладонь ко лбу. К горлу подкатила дурнота, перед глазами поплыло.
— Вот и славно. Тогда приступай. Я жду.
Шорох. Шаги. И жалобный женский голос — голос Верены Хильгер:
— Нет, пожалуйста, не надо…
Выстрел грянул, словно прямо в ухе. Макс пошатнулся, опёрся о фасад здания. Следом — глухой стук падающего тела. Повисла пауза. Долгая, тягучая, и в ней кто-то на заднем плане надсадно, с присвистом, дышал. Макс чувствовал, как нервы потрескивают у него под кожей.
Снова шорох, а в следующий миг — его собственный голос:
— Что мне делать с оружием?
— Молодец. Ты только что спас сестре жизнь. Брось пистолет в кусты у дома напротив. И уходи. Появится Бёмер — тебе лучше быть подальше.
Щёлкнуло. Тишина.
— Хорст, я… — пробормотал Макс, не в силах собрать мысли. Колени подкосились, ноги отказали, и он осел прямо на тротуар. — Это… всё было не так, я не…
— Молчи.
— Хорст, чёрт возьми, это не я, он каким-то образом…