Арно Штробель – Мёртвый крик (страница 34)

— Ты обманывал меня всё это время, а я тебе верил. Я пошёл на уголовное преступление, прикрывая тебя, — при том что на тебя уже выдан ордер на арест. А теперь выясняется, что я и впрямь помогал убийце. Если я ещё раз тебя увижу — задержу.

— Бургхард! Я только что говорил с Нойманом. Он хочет, чтобы завтра я тебя убил.

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

 

ГЛАВА 22

 

Пальцер ответил не сразу. Говорил он так тихо, что Максу пришлось зажать свободное ухо ладонью.

— Ну? Снова попробуешь? Чтобы спасти сестру?

— Нет, чёрт возьми. Я хочу положить конец делишкам этого мерзавца. Один не справлюсь — нужна твоя помощь. Больше у меня никого нет. Поверь. Клянусь жизнью: Хильгер убил не я.

То, что Пальцер не отрезал сразу, вселило слабую надежду. Макс молчал, давая Бургхарду столько времени, сколько тому требовалось.

— Ну хорошо, — наконец хрипло произнёс Пальцер. — Но у меня условие. Сам не знаю почему, но, вопреки всему, я склонен тебе верить. И всё же…

— И всё же не хочешь рисковать на случай, если я выполню задание Ноймана. Понимаю. Что от меня требуется?

— У тебя есть оружие?

— Да, табельное.

— Я заберу его.

— Мой пистолет?

— Да.

— Не могу. А если я выйду на Ноймана?

— Тогда позвонишь мне или своему напарнику, и мы предпримем всё необходимое. Носить оружие при себе ты всё равно не имеешь права. Тебя разыскивают. Так что?

Долго раздумывать не пришлось.

— Прости, нет. К тому же… если я и впрямь убийца, кто поручится, что это единственный мой ствол?

— Никто. — Снова повисла тишина. — Тогда мы больше не увидимся.

— Значит, ты всерьёз допускаешь, что я попытаюсь тебя убить?

— Я не хочу лишнего риска.

Макс покачал головой.

— Зачем бы я стал предупреждать тебя о замысле Ноймана, если бы и впрямь собирался его исполнить?

— Чтобы войти в доверие.

Макс понял: убедить Пальцера в своей невиновности шансов нет. В сущности, его можно было понять — всё говорило против Макса. На ум пришла поговорка, которую любил повторять профессор Борман.

Если что-то выглядит как банан, пахнет как банан и на вкус как банан, то с очень большой вероятностью это и есть банан.

— Ладно. Стало быть, придётся одному.

— Этого я не говорил. По телефону связь держать можем.

— И ты поможешь мне найти Ноймана? Прошу.

— Помогу. Но если выяснится, что ты невиновен, пообещай, что и ты мне поможешь. Я хочу вернуться в уголовный розыск.

— Даю слово, — заверил Макс.

И сам в это верил, хотя про себя прибавил: если, конечно, я сам ещё буду в розыске.

То, что Пальцер не бросил его окончательно, вернуло ему решимость.

Неужели я и впрямь готов был отступиться от Кирстен?

Уступить Нойману, провести следующие годы за решёткой — за убийство, совершённое этим безумцем? Оставить всех коллег, включая Бёмера, в уверенности, что он убийца? А родителей?

— Можешь раздобыть мне старый адрес Ноймана в Нойсе?

— Зачем?

— Пытаюсь нащупать хоть какой-то кончик нити.

— Хорошо. Свяжусь, — сказал Пальцер. — Пришлю эсэмэску. После этого вытащи сим-карту. Иначе тебя запеленгуют.

И повесил трубку.

Макс сунул телефон в карман и оглядел набережную Рейна. Ещё несколько минут назад это его не заботило, а теперь он жадно искал глазами, не мелькнёт ли где полиция. Если кёльнские коллеги слышали поддельную запись, они не меньше горят желанием его взять — своего же, который хладнокровно казнил сослуживицу выстрелом в голову.

Однако ни одного мундира он не заметил и двинулся дальше. Через несколько шагов спохватился: он же забыл спросить у Пальцера, успел ли тот назвать кому-нибудь отель.

Возвращаться в номер было не обязательно, но он ещё не расплатился; если хозяйка вызовет полицию и опишет его, та может насторожиться. Тогда, чего доброго, в их руки попадёт и описание Пальцера, забиравшего его из лобби. Макс отбросил эти опасения. Пальцер не из тех, кто упускает очевидное.

Он рискнёт и вернётся в отель.

С афишной тумбы ему улыбался огромный портрет хорошенькой молодой женщины с белоснежными зубами. Смартфон, нежно прижатый к щеке, окружало прямо-таки неземное сияние.

Это напомнило о другом: пора выключать мобильник. Бёмер наверняка передал новый номер коллегам, и те уже отслеживают, к какой соте подключается аппарат. Что Макс в Кёльне, известно наверняка; нужно лишь скрыть от них поездку в Нойс.

Хотя… если Бёмер пустил номер по инстанциям сразу после их разговора, добрые полчаса им известно не только о его пребывании в Кёльне, но и о районе. А значит, с минуты на минуту сюда нагонят солидный наряд и начнут прочёсывать улицу за улицей.

Этого уже не изменить. Главное — поскорее выключить телефон и вынуть сим-карту, как только Пальцер пришлёт адрес.

Сообщение пришло меньше чем через две минуты. Макс запомнил адрес и отключил аппарат. На секунду замер: пока телефон выключен, и Нойман до него не дозвонится. Что тогда сделает этот безумец?

Делать нечего. Придётся рискнуть.

Он вскрыл крышку, вынул крошечную карту и опустил её в карман брюк. Зашагал дальше.

В желудке было такое ощущение, будто кто-то ковыряется там зазубренным лезвием.

По дороге он размышлял, как Нойману удалось смонтировать тот мнимый разговор. Нужны были лишь обрывки с голосом Макса — собственные реплики Нойман мог записать и подклеить позже.

И, кажется, Макс даже знал, откуда взяты отдельные куски. Нет, не «кажется» — он был уверен. Тот разговор в квартире Хильгер он помнил отчётливо.

«Я хочу, чтобы ты кое-что сделал с оружием», — сказал тогда Нойман, нарочно вынуждая на встречный вопрос. Сначала Макс переспросил коротко: «Что?» Нойман отозвался: «В смысле — что?» И тогда уже прозвучало: «Что мне сделать с её оружием?» Очень ловко всё было обстряпано. Коварная сволочь.

Затем Нойман потребовал бросить пистолет в кусты, а когда Макс заупрямился, пригрозил, что примется за Кирстен. И тот в конце концов сдался: «Ладно. Я сделаю это.»

Нойман был сумасшедшим психопатом. И при этом умным.

Уже почти у самого отеля Макс прошёл мимо магазина одежды. Витрина напомнила: свежая смена не помешает, если в Нойсе предстоит беседовать с людьми, когда-то знавшими Ноймана и, возможно, в последнее время снова с ним общавшимися.

Минут за двадцать он подобрал бельё, носки, пару футболок и джинсы. На стойке у кассы выбрал чёрный рюкзак и, расплатившись, сложил туда обновки.

В отеле сначала осторожно заглянул в крохотное лобби. Убедившись, что там пусто, шагнул внутрь и, проходя мимо, приветливо кивнул пожилой женщине — судя по всему, хозяйке. Та ответила без малейшего намёка на подозрительность. Похоже, его ещё не выследили.

Макс уже добрался до двери на лестницу, когда женщина окликнула его — по тому имени, на которое он зарегистрировался. Он остановился, прикинул, не броситься ли наутёк, но решил, что коллеги вряд ли стали бы привлекать к задержанию пожилую даму.

Он обернулся и встретился с её улыбающимся взглядом.