Арно Штробель – Игра в месть (страница 20)
— Всё ещё бродят, — хмыкнул Торстен. — Поднимемся, осмотримся.
— Когда Ману и Йенс вернутся — нас не застанут.
— Ладно. — Он согласился неожиданно легко. — Жди тут. Я их найду.
— Может, оба пойдём?
— А они вернутся, подождут, полезут нас искать. Будем бегать по кругу. Блестящий план.
Крыть было нечем.
— Жду.
Торстен подошёл к верстаку, окинул взглядом беспорядок и выхватил большой гаечный ключ. Подбросил в ладони, оценивая вес. Удовлетворённо кивнул.
— На всякий случай.
Развернулся, железо в руке, и шагнул в проём коридора. Темнота сомкнулась за ним мгновенно — плотная, почти осязаемая.
Франк включил экран, повёл бледным лучом по мастерской. Подошёл к верстаку, привалился спиной к его краю.
Взгляд скользил между тёмными прямоугольниками проходов.
Беате. Лаура. Опасность, нависшая над обеими, и шансы её отвести.
Он заглянул в себя — глубоко, без пощады.
Двадцать лет. Столько они с Беате знали друг друга. Почти столько же были парой.
Он тогда только выпустился — диплом информатика, голова набита планами. Швейцарская софтверная компания с филиалом в Люксембурге подписала с ним контракт ещё до защиты. В первый рабочий день начальница отдела кадров водила его по подразделениям, и в бухгалтерии он увидел её.
Блондинка с открытой улыбкой. Их взгляды сталкивались снова и снова, пока руководитель отдела произносил дежурные любезности.
Через неделю они столкнулись в коридоре. Ещё через день сидели друг напротив друга в пиццерии.
Он помнил то чувство — мгновенное, необъяснимое, словно они знали друг друга всегда. И безрассудную ясность:
Перед внутренним взором замелькали кадры. Первый совместный отпуск — три недели на машине по Ирландии, вдоль побережья. Они отдались дороге и наслаждались неизвестностью: где найдётся ночлег к вечеру?
В одном пансионе хохотали до слёз. Крошечная мансарда, где всё до последней детали было розовым — даже рюши на цветастом покрывале. Стиранное бельё сушили на задней полке машины, прямо на ходу.
Он не помнил в жизни времени счастливее. Потом было ещё немало таких мгновений, когда он ощущал с пронзительной ясностью: какое чудо —
Наивысшее счастье пришло несколькими годами позже.
Лаура.
Акушерка вложила ему в руки крохотное существо. Он коснулся невообразимо маленьких пальчиков и не смог отвести глаз от самого прекрасного лица на свете. Он плакал и не стыдился.
Торстен во многом оставался неандертальцем. Но в одном был прав. Они заперты, бежать некуда. Этой ночью спастись смогут в лучшем случае двое.
Что случится в ближайшие часы, он не решался додумывать. Торстен ищет союза — очевидно. Иначе зачем предлагать халат?
В следующий миг стыд обжёг затылок. Франк прикрыл глаза.
Быстрые шаги вырвали его из забытья.
Один человек.
Через секунду из правого прохода вынырнул Торстен и двинулся к нему.
Тяжёлого гаечного ключа в его руке больше не было.
ГЛАВА 14
19:40
— Ничего. Понятия не имею, где остальные. Надоело искать. Сделаем иначе.
Торстен остановился рядом с Франком у верстака и принялся одной рукой ворошить хлам, другой поднимая телефон, чтобы хоть что-то разглядеть.
— Вот она. — Он удовлетворённо хмыкнул. — Знал же, что что-то мелькнуло.
Протянул находку на раскрытой ладони. Франк не сразу разобрал — тёмный восковой мелок. Без лишних слов Торстен двинулся к винтовой лестнице, неуклюже нагнулся и вывел на бетоне крупными буквами: «Мы наверху!»
Выпрямился, швырнул мелок на верстак и полез по узким ступеням. Франк двинулся следом.
Наверху спросил:
— Куда дел гаечный ключ?
Торстен покосился на него, словно прикидывая, стоит ли отвечать.
— Бросил где-то. Тяжеленная дура. Да и толку от неё — если бы там внизу за меня взялся кто-то знающий, ключ бы не спас.
Франк кивнул и указал в коридор справа.
— Ладно. Двинули.
Даже коридоры, по которым они уже проходили, выглядели чужими. Без зелёного свечения, к тому времени почти угасшего, пространство словно перекроилось заново. Дверь, за которой Франк запер крыс, они опознали лишь по писку и скрежету за ней.
— Скоро тут будет хоть глаз выколи, — процедил Торстен, обернувшись. — Придётся сидеть на телефонах. Убивать свой аккумулятор ради фонарика я не намерен. Теперь ты первым — включай.
Тусклый луч выхватил коридор. За поворотом потянулись двери с табличками — все начинались со слова «Отдел»: продовольствия, культуры, экономики, юстиции, ещё несколько. Помещения за ними — примерно одинаковые и по большей части пустые. По другую сторону снова спальни, но в каждой лишь одна двухъярусная кровать.
Тупик. Пришлось возвращаться.
В остальных комнатах тоже ничего, что можно было связать с заданием. Попались врачебный кабинет и процедурная — койка да несколько устаревших приборов.
Несколькими метрами дальше узкий проход упёрся в помещение пошире. На дальней стене Франк сразу различил табличку. Буквы ещё слабо фосфоресцировали: «АВАРИЙНЫЙ ВЫХОД».
Сердце дёрнулось. Торстен уже протиснулся мимо.
— Ну вот. Другое дело.
Франк двинулся за ним через помещение к проходу справа, куда указывала табличка. Торстен включил телефон и направил свет в узкий рукав — метров пять, поворот влево, — в конце которого темнела уменьшенная копия входной двери. К ней вдоль стены тянулись толстые чёрные шланги — судя по виду, гидравлика.
Торстен ухватился за массивную металлическую скобу, закреплённую на двери вертикально. Дёрнул. Глухо. Ощупал края, надавил, рванул на себя — ни на миллиметр.
— Чёрт. — Обернулся. — Слишком просто было бы.