Арно Штробель – Деревня (страница 45)

Лицо Анны переменилось. Тёмная вуаль легла на черты — глубокая, безнадёжная печаль.

— Задержусь — они убьют и тебя. Меня послали передать: ты можешь помочь. Приходи сегодня ночью к амбару.

Он лежал всё так же — свернувшись, точно эмбрион. Ни сил, ни воли пошевелиться.

— Зачем?

— Участвовать в ритуале. Так сказал ОН. После этого нас обоих отпустят. Он дал слово. Я верю — сдержит.

— А Сафи?

— Сафи умрёт сегодня ночью.

Бастиан всё-таки пошевелился. Приподнялся на локте.

— Что? Умрёт? Значит, он жив?

— Жив. Но ненадолго. Придёшь?

— Что там будет?

— Не спрашивай. Просто приходи.

— Когда?

— Не знаю. Они скажут.

Анна повернулась и пошла к двери. На пороге обернулась.

— Я не уходила по своей воле. Меня заставили.

И исчезла.

На миг в нём вспыхнул порыв вскочить, кинуться следом. Но он знал: за дверью её уже нет. А Мия с Дреесом — если всё ещё в гостиной — лишь уставятся в немом замешательстве.

К счастью, хотя бы это он понимал: визит Анны — плод тоски. Окончательно убедила последняя фраза. Именно эти слова он жаждал услышать сильнее, чем что бы то ни было на свете.

Сафи умрёт этой ночью. Так сказало видение. Может, это и есть то, чего он боялся на самом деле? Потому искалеченный рассудок и вызвал Анну?

Но зачем? Он же своими глазами видел Сафи мёртвым. Откуда тогда страх? Нет. Хватит. Ещё один виток — и он свихнётся окончательно.

Он думал о том, как прекрасна она была — минуту назад, здесь, в этой комнате. И о её словах: эти люди сами дадут знать, когда приходить.

Вдруг кто-то из них и вправду явится? Тогда Анна была настоящей. А он упустил единственный шанс — поговорить, задать хотя бы несколько вопросов, способных пролить свет на всю эту тьму. Спросить, где их с Сафи держат.

А главное — он не обнял свою Анну. Не ощутил её. Не сказал, как сильно всё ещё любит.

Она сказала: убьют и его, если не вернётся. Одно это — разве не доказательство, что он ей небезразличен? Если, конечно, она действительно стояла перед ним.

Во что он не верил.

Свернулся клубком. Закрыл глаза.

Несколько минут спустя пришли мужчины.

https://nnmclub.to

 

ГЛАВА 37.

 

Эти двое не утруждали себя тишиной. Дверь с грохотом влетела в стену, и Бастиан вскинулся на постели. Значит, всё-таки. Анна не солгала. И она была настоящей. Хотелось взвыть — от злости, от отчаяния, от собственной непроходимой тупости.

Мужчин было двое — темноволосые, среднего роста, ничем не примечательные. Джинсы, свитшоты. На одном поверх — коричневая кожанка, на другом — утеплённая тканевая ветровка.

Бастиан медленно приподнялся и упёрся ладонью в матрас. Бессмысленно. Если они захотят причинить ему вред, он ничего не сможет сделать.

Лиц их он в прошлые разы не видел, одежда тоже была другой, — и всё же сомнений не оставалось. Те самые двое, с которыми он уже дважды пересекался. Только тогда на них были дождевые плащи с капюшонами.

— Мы принесли тебе приглашение, — бросил тот, что в кожанке.

— Приглашение? Куда?

— Анна тебе уже объяснила. Или нет?

— Объяснила. Но я не всё понял. Она упоминала какой-то ритуал.

— Большего тебе знать ни к чему. Остальное узнаешь на месте.

— Что с Сафи? Он жив?

— Увидишь его ночью. Мы придём за тобой незадолго до полуночи. До тех пор сиди в комнате. И никаких вопросов.

Голос принадлежал второму — тому, что в ветровке. До сих пор он молчал.

— Какой смысл торчать здесь до ночи, если вы всё равно явитесь только к полуночи?

Предупреждения не последовало. Тень метнулась — и лицо взорвалось болью. Удар отшвырнул Бастиана на постель, череп загудел, нос прошила раскалённая игла.

— Я сказал: никаких вопросов. — Голос пробивался сквозь вату. — Делай, что велено. Для тебя же лучше.

Бастиан не разобрал, кто говорит. Не понял даже, чей кулак его достал.

Он лежал на спине и осторожно ощупывал переносицу. Кровь шла, но кость, кажется, уцелела. Тот тип, к счастью, бил не в полную силу.

С трудом Бастиан сел — комната была пуста. Внизу хлопнула входная дверь. Он сполз с кровати. Нос ныл, но терпимо.

Сонливость и пустота схлынули разом, будто их и не бывало. Если требовалось доказательство реальности происходящего — вот оно, пульсирует на лице. Галлюцинации не оставляют после себя кровь.

Надо было узнать, что с Мией и Дреесом. Если они мирно сидят в гостиной — значит, в сговоре.

Он кинулся по коридору и рывком распахнул дверь. Дрееса не было. Зато Мию он увидел сразу — на полу, руки стянуты за спиной, рот запечатан клейкой лентой.

В два шага очутился рядом, разрезал путы, осторожно снял ленту. Несколько судорожных вдохов — Мия приподнялась и посмотрела на него расширенными от тревоги глазами.

— Боже, у вас кровь! Вы в порядке?

— Ерунда, съездили по носу. — Он кивнул на скомканную ленту у её ног. — Эти двое?

— Да. — Мия со стоном поднялась и на секунду ухватилась за его плечо, удерживая равновесие. — Постучали. Я открыла — они тут же набросились. Сказали: будешь сидеть тихо — не тронем. Я ужасно за вас испугалась.

— Где доктор Дреес?

— Давно ушёл. А почему вы спрашиваете?

Снова. Значит, вся сцена с пустым блокнотом тоже ему померещилась. Он заподозрил это ещё когда тетрадь обнаружилась за шкафом — на прежнем месте, словно никто к ней не прикасался. С ума сойти. В самом буквальном смысле. Но сейчас не время разбираться с призраками собственного рассудка. На кону — Анна. И Сафи, которого этой ночью намерены убить. Убить снова, — мысленно поправил он себя и едва подавил горький смешок.

— Мне показалось, доктор Дреес только что был здесь… Впрочем, неважно. Вы видели Анну?

— Вашу подругу? Нет. Она тоже приходила?

Как она попала в дом, если Мия не открывала?

— Приходила. Скажите, когда эти люди ворвались к вам?

— Не только что, нет. Точно не скажу, но прошло минут двадцать, а то и тридцать.