Арно Штробель – Чужой (страница 61)
В гостиной темно. Несмотря на сгущающиеся сумерки, я так и не включаю свет.
Спустя некоторое время я снова сажусь рядом с Эриком на диван и обнимаю его. Чувствую, как напрягаются его мышцы. Он качает головой и мягко, но решительно отстраняет меня.
— Не надо.
Я стараюсь не показать, как меня ранит его отказ, — вопреки всякой логике.
— В Мельбурне всё будет лучше, чем ты думаешь, — шепчу я. — Нам вовсе не обязательно жить в семейном поместье, есть и другие варианты. Кроме того…
Меня прерывает звонок мобильного. Номер кажется смутно знакомым. Это не Надин. Это…
— Габор.
Эрик уже взял телефон. Свет экрана падает на его лицо, делая его ещё бледнее.
Я протягиваю руку. После короткого колебания он вкладывает телефон в мою ладонь. И кивает.
— Фрау Берриган! — В голосе Габора звучит такое облегчение, будто он и правда рад меня слышать. — Как вы себя чувствуете?
— Я… мне нехорошо, — запинаясь, отвечаю я и одновременно включаю громкую связь.
— Мне очень жаль это слышать. Значит, вы всё ещё не получили никаких вестей от Эрика?
— Нет.
Наверное, это лучше всего говорит о моём состоянии: стоит мне перестать сознательно сдерживать слёзы — и я тут же начинаю плакать.
— Вам что-нибудь известно? — всхлипываю я. — Вы знаете больше?
— К сожалению, нет. Но надежду терять нельзя.
Он прочищает горло.
— Скажите, фрау Берриган, полиция к вам тоже приходила?
Я быстро переглядываюсь с Эриком. Солгать? Или сказать правду? Если Габор распорядился следить за домом, ему известно, что я здесь и что ко мне сегодня уже дважды приходили.
Эрик едва заметно качает головой.
— Нет, — шепчу я. — Меня ведь и самой нет дома. Но я говорила по телефону с одним полицейским, потому что хотела узнать, не появилось ли новостей.
— Понимаю. — Голос Габора становится задумчивым. — И где же вы сейчас, фрау Берриган? Есть рядом кто-то, кто о вас позаботится?
— Я у друзей, — отвечаю я, возможно, слишком поспешно. Но множественное число — удачный выбор. — Они прекрасно обо мне заботятся. У меня есть всё, что нужно.
— Это утешительно слышать.
Голос Габора становится чуть тише.
— Но вам следует быть готовой к тому, что полиция ещё раз с вами свяжется. Сегодня днём ко мне приходили несколько сотрудников. Кто-то изложил им нелепую теорию, будто моя компания может быть причастна к теракту.
Он коротко смеётся.
— Очень хотел бы знать, как они до этого додумались. Думаю, мне удалось достаточно убедительно объяснить, что это полный абсурд. Поразительно, до чего иногда доходят люди, лишь бы навредить другим.
Я молчу. Собственному голосу я сейчас не доверяю.
— В любом случае вам стоит быть готовой к тому, что и к вам по этому поводу ещё обратятся. Всё-таки Эрик работал у меня… то есть работает у меня.
Он поспешно поправляется, но я замечаю эту оговорку. И это, пожалуй, лучшее во всём разговоре. Для Габора Эрик уже в прошлом. Он считает его мёртвым.
— Да, — говорю я. — Спасибо.
— Если вам что-то понадобится, пожалуйста, звоните мне в любое время. Обещаете? Я и правда охотно вам помогу. Всё-таки Эрик оказался в Мюнхене по моему распоряжению…
Он тяжело вздыхает.
— Поверьте, меня это очень мучает.
Я вижу, как у Эрика напрягаются челюсти.
— Могу себе представить, — отвечаю я. — Ещё раз спасибо. Я ценю ваше предложение.
Едва я заканчиваю разговор, Эрик вскакивает.
— Вот же сволочь. Всё выспрашивает, где ты прячешься.
Он резко поворачивается ко мне.
— Нам нужно быть очень осторожными, Джо. Он как минимум допускает, что это ты навела на него полицию. А значит, должен учитывать и то, что ты знаешь больше, что для него опасно. Может быть, он не поверил, что ты у друзей. Может быть, пошлёт кого-нибудь это проверить.
Я невольно снова задерживаю дыхание. Прислушиваюсь к звукам с улицы, но там тихо.
— Что мне делать?
ГЛАВА 36
Сколько раз за последние дни я задавал себе этот вопрос? Что мне делать? Что я вообще могу сделать?
Прежде все сводилось почти к одному: Джоанна меня не помнит. Теперь речь шла о нашем выживании.
Нашем.
Никогда раньше я по-настоящему не задумывался, сколько всего заключено в этом коротком слове. Только теперь, когда привычное, естественное
— Нам, наверное, стоит где-нибудь в доме спрятаться на ночь. Кто знает, что еще взбредет в голову Габору.
Джоанна убрала со лба прядь волос.
— Ты правда думаешь, что он может кого-то сюда прислать?
— Не знаю, Джо. Я уже совсем не понимаю, на что он способен и чего от него ждать. Ясно одно: нам нужно продержаться до завтрашнего вечера. А до тех пор — избегать любых рисков, где только возможно.
— Но если он и правда готов зайти так далеко, разве он тогда не…
Договорить Джоанне помешал звонок в дверь. Мы переглянулись — так, словно каждый ждал, что другой знает, кто стоит на пороге.
Она уже собиралась отойти, но я положил руку ей на предплечье.
— Подожди, — тихо сказал я. — Не подходи к двери. Я посмотрю сверху, кто это.
Я крадучись пересек холл и направился к лестнице, осторожно, но быстро перескакивая через две ступеньки. Когда я подошел к окну в ванной, звонок раздался снова. Я чуть отодвинул занавеску — ровно настолько, чтобы заглянуть вниз в образовавшуюся щель.
У входной двери стояли двое мужчин в джинсах и коротких куртках. Я их не знал — в этом был уверен.
— Кто там? — тихо спросила Джоанна у меня за спиной.
— Понятия не имею. Может, полицейские? Посмотри.
Она подошла к окну, бросила быстрый взгляд наружу и покачала головой.