Аркадий Пекаревский – Духовка. Бизнес как духовный путь. История SELA и не только (страница 10)
Одним из клиентов был наш питерский футбольный клуб «Зенит». Я помню как мы приезжали на их тренировочную базу в Коломягах. Ребята выходили и выбирали себе арбузы. Нам доводилось видеть и легендарного тренера Павла Федоровича Садырина, и Юру Желудкова, и Славу Мельникова, и многих-многих других зенитовских «легенд». И это уже история.
Бизнес-схема, как и многое в нашей жизни, опять была простая: мы всем продавали крупные арбузы «с доставкой на дом» примерно по 3–4 рубля в зависимости от размера. 1 кг тогда стоил 30 коп., а ближе к концу сезона около 20 коп. Так что арбуз весом от 7–8 кг в магазине, соответственно, стоил от двух до трех рублей. А мы каждый продавали примерно на рубль дороже, типа сервис. Так как мы привозили товар туда, где люди имели деньги, то для них переплатить рубль сверху, тем более, если «с доставкой на дом», не вызывало вообще никаких проблем. Поэтому получалось, что мы с каждого арбуза зарабатывали примерно рубль. Много позже я узнал, что в маркетинге это называется придумать правильную бизнес-стратегию и попасть в свою целевую аудиторию.
Опять же, представители старшего поколения, читая эти строчки (если, конечно, эта книга попадет им в руки), могут в сердцах сказать: «Во торгаши!» Ну а что делать, у каждого свой путь. Это уже давно называется «делать бизнес».
Надо понимать, что в тот период 80–100 рублей – это была почти месячная зарплата начинающего инженера, а мы эти деньги зарабатывали практически каждый день, что мне, сначала школьнику 10-го класса, а потом студенту Ленинградского горного института, хватало в принципе на целый год. А если сюда еще добавить и стипендию в 40 рублей в месяц (на повышенную я не тянул), то можно представить, что с деньгами в студенчестве у меня особых проблем не было.
Поскольку бахчевники почти все знали друг друга, так как встречались на базах, гонялись за одними и теми же вагонами с арбузами, машинами и разрешениями на отгрузку товара, и со многими мы начинали дружить, то постепенно мы влились в тусовку, которую все между собой называли «Профсоюз бахчевников». Оказалось, что в этой среде всегда была такая традиция, что в конце каждого сезона его надо было ярко и запоминающе закрыть. И вот однажды мы попали на такое закрытие. Все завалились в очень крутой ресторан в гостинице «Астория» и шумно и весело там гуляли, чтобы это самое окончание достойно отметить.
Удивительное время было! Я рассказываю про это сейчас так свободно, поскольку прошло уже более 40 лет и наверняка все бизнес-модели сезонного заработка давно изменились, поэтому я уже никого не «спалю».
Кстати, устроившись тогда в магазин и работая на бахче, мы еще один опыт приобрели. Я бы его назвал так: «Как бороться с пищевыми зависимостями».
Дело в том, что мы с братом очень любили бананы, а во дворе-колодце, куда выходили окна нашей комнаты, как я уже говорил, был черный ход нескольких продуктовых магазинов. И приходя каждый день из школы, я сначала бежал к окну и смотрел, нет ли очереди. Видя ее и понимая, что дают какой-то дефицит, я сообщал об этом соседям, у которых окна выходили на другую сторону, а потом бежал вниз занимать очередь на всех. Каждый раз давали что-то вкусное и дефицитное, и очень часто там продавали бананы. Обычно их продавали зелеными, и мы их убирали на несколько дней в темное место, например, в одежный шкаф, где они дозревали и становились желтыми. Их больше, чем 2 кг в руки, не давали, так что много такого дефицита у нас никогда не было. И каждый раз, когда Боря со своей мамой приходили к нам в гости, а у нас в шкафу хранилось такое сокровище, мы чуть ли не дрались за каждый банан, так как оба их очень любили.
И когда мы устроились на работу в магазин, то, конечно же, у нас появилась возможность покупать любой дефицит. В первый же день мы купили коробку бананов, бросили на заднее сиденье Бориной машины и ездили по Питеру, поедая их. Надо сказать, что первую ветвь мы съели достаточно быстро и с невероятным удовольствием. Потом начало приходить чувство насыщения, но мы упорно продолжали их есть, так как не могли поверить, что такого чуда у нас много и оно практически бесконечно. Но затем чувство насыщения стало сменяться на отвращение. Каких-нибудь 2–3 кг хватило каждому из нас, чтобы проработать гештальт под названием «бананы». После этого я стал абсолютно спокойно на них смотреть. Да и сейчас, по истечении уже более 40 лет, от былой страсти не осталось и следа.
Так же произошло и с клубникой, когда мы за несколько лет до «банановой эпопеи» нанялись собирать ее в одном из совхозов Ленинградской области. Там можно было есть сколько хочешь, оплатой была небольшая часть собранного урожая, и вроде даже какие-то копейки давали за работу. Понятно, что мы начали с того, что решили эту клубнику вволю поесть. Первые ягоды нам казались безумно вкусными и сладкими, но через некоторое время, примерно на двадцатой или тридцатой клубничине, вкус вдруг стал приторно сладким и в рот нам они уже не лезли. В итоге, завершив работу и уходя, мы даже не взяли положенный нам урожай. Так я свел счеты и с клубникой, и она тоже перестала меня волновать «до психоза», как это было раньше. Конечно же, я могу с удовольствием съесть и то и другое, но уже без фанатизма, и эти продукты уже точно не управляют моим сознанием, как это было до того. У замечательного писателя-сатирика Семёна Альтова, с которым судьба меня когда-то свела и позволила нам близко дружить долгие годы, есть рассказ про сливочное масло и пуделя, который постоянно это масло втихаря съедал. Он называется «Совесть», почитайте его. Во-первых, вы получите удовольствие от самого рассказа, а во-вторых, более ярко поймете наши чувства от насыщения.
Чтобы справиться с какой-то страстью, надо в какой-то момент снять все ограничения и насладиться ею. Тогда есть шанс, что зависимость уйдет. Это хорошая новость. Но грустная новость состоит в том, что это проверено и, похоже, работает только на еде!
Я помню как-то прочитал книгу Германа Грефа «Слон на танцполе», и мне прямо вгрызлись в сознание его слова про то, что в банке было много проблем, кроме одной – проблемы с деньгами в Сбере никогда не было! Повезло ему. Но и мне на хороший уровень жизни студента денег более чем хватало, хотя машину я смог себе позволить купить только через 5 лет, спустя месяц после окончания института. И я помню это чувство гордости, когда первой на своей машине я прокатил маму. Я вез ее от дома до работы, а она сидела рядом и слезы счастья текли из ее глаз… А меня буквально распирало от огромного чувства гордости. Наверное, слезы счастья в тот момент текли и у меня. И, конечно же, ощущение относительной финансовой свободы, один раз испытав, забыть или спутать с чем-либо очень сложно.
Цветные художественные портреты
Первое знакомство с фотоделом у меня произошло в бизнесе под названием «Цветной художественный портрет», куда меня взяли «старшие товарищи». Суть его заключалась в том, что мы ездили по деревням в Ленинградской области, заходили в частные дома и предлагали всем желающим из разрозненных маленьких фотографий сделать совместный портрет. Эта услуга была очень востребована, потому что люди, жившие не в городах, а в поселках и деревнях, часто не имели возможности посетить фотоателье и сделать красивые совместные фотографии с близкими людьми. А что уж говорить об одиноких людях, у которых близких уже не было в живых, да и совместных фото не было, а иметь для памяти их так бы хотелось…
Напоминаю, что это было начало 80-х, люди в основном жили в обычных деревенских домах. И вот ты стучишься в такой дом, а там живет бабушка. Мужа ее уже нет на свете и нет ни одной совместной фотографии с ним, а желание иметь память о том, как они были вместе, – огромное. Мы брали две их отдельные фотографии (часто это были просто фото из паспорта), потом у нас в лаборатории их переснимали своим фотоаппаратом, увеличивали, распечатывали, соединяли снимки вместе, опять переснимали, дорисовывали необходимые элементы в местах соединения, потом «ретушировали», раскрашивали и в итоге получался большой цветной портрет. Сейчас это называется клиентоориентированный маркетинг.
Когда мы забирали маленькие фотографии (иногда нам выносили снимки в таком виде, что если их неаккуратно возьмешь, то они рассыплются), а потом привозили людям большие красивые цветные портреты, где они видели себя вместе со своими близкими, то у многих на глазах появлялись слезы радости и благодарности. Мы делали действительно хорошо, поскольку у нас работали профессиональные художники и реставраторы. Никогда не забуду то чувство, когда ты что-то делаешь хорошо, от души, и плод этой работы вызывает у людей яркие эмоции.
Тогда же я понял еще один принцип бизнеса услуг.
Если хочешь, чтобы твой бизнес был успешным, нужно делать что-то, что для людей имеет большое значение, за что они будут благодарны тебе, и что пройдет прямо в их сердце. Естественно, здесь мы говорим о бизнесе B2C.
В те времена еще можно было находить идеи того, что еще не было предложено на рынке, но, как выясняется, было востребовано. И люди, узнав о нашем предложении, вдруг неожиданно понимали, что, оказывается, этот сервис был им очень нужен, а они о нем даже и не догадывались. Сейчас это делать становится все тяжелее и тяжелее…