Аркадий Пекаревский – Духовка. Бизнес как духовный путь. История SELA и не только (страница 9)

В этой главе я намеренно переплетаю понятия «учитель», «ментор» или «наставник», хотя, конечно, они отличаются друг от друга, но в данном контексте это очень похожие функции, а различия давайте оставим для более серьезных специалистов в этом вопросе. А еще есть неявные Учителя, которые учат нас духовно расти, как правило, без нашего согласия на это, через напряжения и даже страдания, но именно они взращивают наш дух и помогают действительно стать той самой лучшей версией себя, но не в материальном, а в духовном плане, и это наши самые близкие люди. Не зря же говорят, что самые лучшие учителя – это наши дети, родители и весь близкий круг как в семье, так и в бизнесе. Но об этом мы тоже еще поговорим.

А в завершении этой части нашей беседы я бы хотел сказать, что без наличия каких-либо базовых бизнес-знаний, не имея никаких дипломов, но имея страстное желание создать что-то значительное, имея желание реализовать свою безграничную энергию и предпринимательскую жилку, а также имея огромную мотивацию изменить свою жизнь к лучшему, мы с начала 90-х начали строить и в итоге к середине нулевых построили одну из первых крупнейших одежных империй на рынке современной России. Но этому предшествовала целая история создания и участия в разных бизнесах в России, которая с начала 80-х годов стала медленно поворачиваться в сторону рыночной экономики, и к 1985 году забрезжила реальная возможность открывать первые частные компании. Об этом я вам сейчас немного и расскажу.

Часть 2. Бизнес и духовность

В этой части я буду в основном рассказывать историю о том, как мы выросли в большую федеральную сеть, как все получилось, и попробую объяснить причины нашего успеха. А также расскажу о неудачах и попытаюсь проанализировать, почему они произошли. Но иногда я буду делать лирические отступления от чисто материальной составляющей нашего бизнеса, чтобы попытаться нащупать связь между видимыми результатами и тем, что лежит за их пределами…

Глава 3. На заре

Елки-палки

Свою трудовую деятельность я начал примерно в 14 лет, в самом начале 80-х, когда на школьных каникулах Борис меня пристроил в команду своих знакомых, которые возводили деревянные срубы в садоводствах Ленинградской области. Там я освоил Урок, что трудиться – это тяжело. Меня научили ошкуривать бревна, потом вырубать края в «косую лапу», чтобы их можно было ставить друг на друга, скреплять и так постепенно растить дом (или, как мы его называли, – сруб). Именно тогда я заработал свои первые небольшие деньги. Куда потратил, уже не помню, но помню это чувство хоть и небольшой, но финансовой свободы. Это было первое мое реальное знакомство с деньгами.

Следующий, достаточно большой для того времени заработок у меня случился через год на продаже елок перед Новым годом. Тогда мы организовали этот предновогодний недельный бизнес. Схема была достаточно простая: надо было поехать в леспромхоз, договориться с местным лесником, чтобы купить и привезти машину с елками на свою торговую точку, которую мы арендовали на неделю у одного магазина. Прекрасно помню те далекие поездки в леспромхозы, посиделки за столом с лесником, привоз и разгрузку фуры с елками, их продажу и «регулирование отношений с очередью», которая мгновенно собиралась. Вроде бизнес-схема была простая и понятная, но эффективность бизнеса, как и многого другого, зависит от нюансов и мелочей. Например, какое место под продажу найти, какие елки привезти, по какой цене договориться, какую рекламу дать и т. д. и т. п. И тогда я понял смысл того, что гораздо позже стало называться «дьявол кроется в мелочах».

Помню, что самой некомфортной частью работы было сторожить елки ночью, чтобы их не украли. И мы с товарищем по ночам лежали в теплых тулупах в нашем огороженном елочном загончике, прямо на елках. Кругом снег, холод постепенно начинает проникать в тело. Когда становилось совсем невмоготу, мы бегали в соседнюю парадную и, борясь со сном, сидели у окна на подоконнике рядом с батареей, грелись и наблюдали в окно, чтобы никто не залезал на нашу елочную территорию. Тогда я уже окончательно понял, что деньги легко не зарабатываются. Как говорится в народной пословице, «Без труда не выловишь и рыбку из пруда».

Деньги легко не даются. Чтобы их заработать, а не просто жить на получаемую зарплату, надо очень сильно напрягаться. Халявы в жизни нет, ну, во всяком случае, у меня ее не было.

Но особенно халявы нет в начале трудового пути, пока ты не доберешься до определенного уровня в бизнесе, когда уже сам можешь управлять командой, которая работает на тебя (или с тобой), а значит, и до определенной финансовой независимости, когда уже можно немного «перевести дух» от постоянной гонки за выживание. Но еще раз хочу отметить, что это – мой путь, у вас он может быть совсем другой, без тяжелой «пахоты». Ну и, конечно же, мы говорим про случаи, когда ты создаешь что-то сам, а не являешься наследником бизнеса. Там другие законы действуют.

«Профсоюз бахчевников» и откаты

А следующий «боевой удар» у нас был под кодовым названием «Бахча». Тогда, в начале 80-х, в нашей стране было еще очень много дефицита, хотя правильнее сказать – дефицитом было все, в том числе и арбузы, которые еще назывались «бахчой». Сезон их продажи длился полтора-два месяца, начинаясь с августа и заканчиваясь в конце сентября. Сначала были только арбузы, чуть позже появлялись и дыни.

Бизнес-схема тоже была достаточно простой. Рано утром надо было приехать на базу, договориться в торговом отделе, чтобы выписали накладную, потом найти машину, договориться с водителем, который отвезет полученные арбузы к нам в ларь. Постепенно у нас появились и свои водители, и свои люди в разных отделах торговых баз, а с некоторыми даже выстраивались теплые и дружеские отношения. Но ключевым звеном во всем этом процессе являлось то, что надо было рано приехать, а это значит, рано встать и пораньше выехать из дома, что давалось мне тогда очень нелегко. В воспитательных целях меня предупреждали, что машина ждать не будет, и если я опоздаю, то меня с собой не возьмут. А это означало, что в этот день я мог потерять сумму почти месячного заработка советского госслужащего, и это меня очень мотивировало не опаздывать. Если бы вы знали, сколько раз я бежал за машиной и на ходу в нее запрыгивал, чтобы в этот день быть в деле и заработать свою долю прибыли… Ведь у меня была мощнейшая мотивация – выбраться из коммуналки!

А дальше, после успешного выполнения всех этих утренних операций, оставалось только загрузить арбузы из вагона товарного поезда в машину и привезти к себе «на точку». За каждую тонну мы платили водителю по пять рублей, плюс надо было что-то заплатить в торговом отделе, чтобы выписали накладную, плюс надо было что-то заплатить дежурной на вагоне, чтобы нам дали возможность выбрать побольше крупных арбузов, что для нас и являлось основой заработка. Так что непосредственно к началу торговли мы должны были вложить своих денег рублей 25–30, или, как это называется, проинвестировать в бизнес. И получалось, что сначала надо было отбить вложенное, а уже потом начать зарабатывать свою прибыль. Но эта схема, как выясняется, работает во всех бизнесах.

И дальше начиналась сама продажа арбузов населению.

Зарабатывали все команды бахчевников по-разному. У нас в ларе было как минимум три отдельных помещения, в которых работали три разные бригады продавцов. И у каждого имелась своя технология. Помню, одни ребята, два Володи, работавшие рядом с нами, без «ста грамм» не начинали торговать. Мы поняли, что это их расслабляло, делало смелее и усыпляло совесть. Когда мы спрашивали, почему они после разгрузки долго не начинают продавать и «маринуют» очередь, они отвечали, что «народные артисты должны появиться внезапно!» Когда они наконец-то открывались, измученная ожиданием толпа покупателей не особо следила за правильностью расчетов, всем хотелось поскорее получить долгожданный арбуз и бежать с добычей домой. Если кто-то и начинал высказывать недовольство, связанное с некорректностью расчетов, то задние ряды буквально волной цунами накрывали борца за справедливость и выносили его от прилавка. Еще эти ребята умели виртуозно работать с весами и гирями, искусно нажимали пальцем на сам арбуз или на весы, где он лежит, чтобы получился больший вес. Другие умели как-то хитро выпиливать гири, с помощью которых взвешивали арбузы, заливали туда, по-моему, свинец, чтобы гири были более тяжелыми, и зарабатывали на этом. Опасные это были технологии. Чего только ни придумывали, чтобы обмануть народ…

Многие пенсионеры, если вдруг прочитают эти истории, наверняка обрушатся на меня со шквалом упреков и гнева. А что делать, такая уж тогда была реальность. Но это был не наш путь. Мы избрали для себя другой способ заработка, который был нам более по душе и лучше соответствовал нашей системе жизненных ценностей. Мы зарабатывали на так называемых откатах. Мало кто знает, что слово «откат» существует еще со времен бахчевников конца прошлого века. (Звучит это утверждение, по-моему, очень солидно и исторически!)

«Откатом» назывались крупные арбузы весом больше 8 кг, которые в момент разгрузки машины откатывали в сторону и не выпускали в общую продажу. Вернее, выпускали, но лишь небольшое их количество, чтобы не создавать «напряжение масс», потому что многие хотели крупные арбузы, но таких в партии обычно было немного, и совсем их не продавать было нельзя. А когда мы распродавали всю продукцию, то в итоге у нас оставалось до ста крупных арбузов, и мы их штук по 20–30 грузили в багажник Бориной «копейки», прямо на пол и на задние сиденья и развозили по ресторанам, таксопаркам, барам и парикмахерским. Иногда я просто выходил на улицу, ловил такси и предлагал большие арбузы таксистам. Они очень часто их покупали.