Аркадий Арк – Война философий. Часть I. Предвестники филоистики (страница 4)

Почему же философы активно не борются с дискредитацией философии? Не хотят? Боятся? Скорее второе, чем первое. Философия – самая опасная из наук не только потому, что она влияет на умы людей и управляет их действиями. Ошибки и ложь философов стоят очень дорого, они могут быть разрушительнее самого смертоносного оружия. Например, в средневековье лживая система религиозной философии способствовала распространению чумы, которая унесла около сотни миллионов жизней.

Но философия опасна и для самих философов, особенно для тех философов, которые пытаются говорить правду. Ведь развивалась философия всегда под неусыпным присмотром и гнётом религии. И это в полной мере философы ощутили на себе ещё в античности.

Известно, что Фалеса неоднократно обвиняли в атеизме.

Анаксагор подвергался преследованиям за вольный, нетрадиционный образ мысли и даже какое-то время сидел в тюрьме. От более жестоких санкций Анаксагора спас афинский государственный деятель Перикл. Но и в тюрьме Анаксагор работал, философствовал, чертил квадратуру круга. Анаксагор утверждал, что «Солнце – это огненная глыба, а не бог». Аристотель писал, что «Анаксагор представился словно трезвый по сравнению с пустомелием тех, кто выступал ранее».

Протагор в 411 году до н. э. тоже был обвинён в атеизме, его книга «О богах» была сожжена, а сам он приговорён к смертной казни. Правда, после был помилован, но изгнан из Афин и умер в изгнании. По одной из версий, он якобы утонул на пути в Сицилию.

О судьбе Сократа, думается, знает каждый, кто хоть немного изучал философию. В 399 году до н. э. по доносу одного из сограждан Сократ был обвинён в нарушении гражданских норм жизни и приговорён к смертной казни. В тексте обвинения, среди прочих его «грехов» было указано, что «Сократ обвиняется в том, что он не признаёт богов, которых признаёт город». Страшное обвинение, не правда ли? Вердикт: «Требуемое наказание – смерть».

Но тучи над Сократом сгущались долго, ещё лет за 25 до суда знаменитый комедиограф Аристофан высмеял Сократа в комедийной пьесе «Облака», называя его софистом – мастером «кривых речей», который «отрицает богов, принимая за них облака», и развращает своих учеников, ибо воспитывает их в непочтении к религии и традициям, забивает головы нелепицами и учит в своей «мыслильне» за большие деньги. При этом известно, что Сократ учил бесплатно. Ну, или почти бесплатно. Но если даже знаменитый Аристофан так открыто клеветал на Сократа, то можно себе представить, в какой обстановке приходилось жить философу. Поэтому не удивительно, что к 399 году терпение жрецов было переполнено.

Сократ, выступая перед афинянами, говорил: «… говорят, что есть какой-то Сократ, негоднейший человек, который портит молодежь. А когда их спросят, что же он делает и чему он учит, то они не знают, что сказать, и, чтобы скрыть своё затруднение, говорят о том, что вообще принято говорить обо всех, кто философствует: и что, мол, «ищут в небесах и под землею», и что «богов не признают», и «ложь выдают за правду». А правду им не очень-то хочется сказать, я думаю, потому, что тогда обнаружилось бы, что они только прикидываются, будто что-то знают, а на деле ничего не знают». (Платон, «Апология Сократа»).

Вот такая она, война философий. Когда идёт непримиримая борьба с фиктивной философией, цена может быть равна жизни. Естественно, что после казни учителя, Платон вёл себя уже более осторожно. Он рассуждал о богах и душе в угоду религии и невежественной толпе. В то же время Платон не одобрял религию греков, как и его предшественники философы. Он критикует богов, считает, что они появились из-за бурной фантазии людей и в реальности они существовать не могут. К тому же они являются безнравственными существами, аморальными личностями. Красноречиво говорит о позиции Платона и тот факт, что над входом в свою Академию он поместил надпись: «Не знающий геометрии да не войдёт!», показывая этим, что философия и наука тесно связаны, а тот, кто против наук, не достоин и философии.

А от его знаменитый ученик Аристотель уже не избежал обвинений и притеснений. Он выдвигал теорию самозарождения жизни. Немыслимо для религии! Понимая опасность, Аристотель выдвигал также идею о «перводвижителе», что якобы можно считать богом. Но «перводвижитель» Аристотеля не влиял на людей, поэтому трудно назвать его богом. Хотя Аристотель называл это именно богом, понятно, почему. Но это мало помогло. Аристотеля, как и многих античных философов, тоже обвинили в атеизме. Ему даже пришлось бежать на остров Эвбея, где он и умер.

Правда, потом теософы и богословы предпочитали об этом не упоминать, потому что не могли игнорировать заслуг Аристотеля перед философией и наукой. Позднее они даже пытались соединить его логику с богословием, родив очередного гомункула фиктивной философии – схоластику.

Поэтому философов, осмелившихся открыто бороться с религией за честную философию и науку, было не так много. Но и не так мало, чтобы не понять необходимость этой борьбы. А что ещё замечательнее, таких философов можно найти в каждом веке.

Даже теософы и богословы, если пытались мыслить честно и научно, неизбежно приходили к необходимости научной философии. Это читатель увидит ниже на примерах. Многие из философов размышляли о том, почему же философия всегда дискредитируется и никак не может стать наукой. Об одном таком философе хочется рассказать немного подробнее. Но так как он уже не относится к античности, то начну рассказ о нём со следующей главы.

В завершении главы упомяну всего несколько высказываний трёх античных философов, которые показывают непреодолимую тягу философии именно к научности и к науке. Хотя почти у каждого философа есть подобные мысли.

Так Сократ утверждал:

«Истина дороже любого авторитета!»

«Есть только один бог – знание. И только один дьявол – невежество!»

«Следуя мне, меньше думай о Сократе, а больше об истине»

Последнее высказывание напрямую касается проблемы авторитета в философии. Похожую фразу повторял и Аристотель, но уже о Платоне: «Платон мне друг, но истина дороже».

Аристотель и вовсе считал философию не только наукой, но первейшей наукой, наукой об истине. Он ставил философию выше всех наук не потому, что это снобизм, а потому, что все науки – это результат философии, результат осмысления действительности, потому что именно философия охватывает все знания человечества и вырабатывает мировоззрение человека. Каждая наука в отдельности – это специализация философии. Ни одна наука не обходится без философии внутри самой себя. Чтобы открыть что-то новое, учёный вынужден философствовать, осмысливать.

Не менее интересно и его высказывание о том, что ложь не в природе, а в неправильном осмыслении природы. Он это выразил так:

«Ложь и истина не находятся в вещах, а в мыслях. Связь и разделение находятся в мысли, но не в вещах».

Поэтому он считал, что истина – это соответствие наших представлений самому объекту.

Также Аристотель понимал, что философия – не изобретение его времени, а практика мысли, уходящая вглубь веков. Поэтому он утверждал:

«Пословица – сохранившийся обломок древней философии».

И ещё одно важное его изречение:

«Ум заключается не только в знании, но и в умении прилагать знание на деле».

В подтверждение этой важной мысли хочу упомянуть Диогена Синопского, который говорил, что философия должна проявляться не в писаниях, а в делах. Он считал, что мудрость – это понятие сугубо практическое, и философ должен показывать свой ум своим поведением, а не словесами.

Многие знают фразу Маркса о том, что философия должна изменять мир, но, как видим, ещё в античности были философы, которые понимали необходимость не только теоретической, но и практической деятельности философии. Без практики философия мертва! Те, кто утверждают, что у философии нет практики, совершенно не понимают философии.

Анонимная война философий

В глубокое советское время, в далёком 1969 году Институтом философии Академии Наук СССР была выпущена необычная книга «Анонимные атеистические трактаты». В этой книге рассказывается о том, как европейские мыслители боролись против тирании и догматизма религии, религиозной философии – теософии.

Первое же предложение книги вскрывает огромнейшую проблему философии, которая не решена и по сей день. В книге говорится:

«История свободомыслия ещё не написана».

Как точно сказано. История свободомыслия, действительно, ещё не написана. И эта моя книга, посвящённая войне философий, войне научной философии со лжефилософиями, с фикциями философии, – это ещё не история свободомыслия. Это всего лишь скромное слово философа о том, что такую историю должны написать философиоведы, учёные философы.

Авторы книги пишут:

«История свободомыслия ещё не написана. Ещё не собраны, не изданы, не изучены многочисленные памятники потаённой литературы, которая существовала во все времена как реакция на попытки власть имущих заключить разум человека в оковы господствующей идеологии. В течение многих веков духовную жизнь общества сковывали религиозные догмы. Свободная мысль в этих условиях принимала характер скепсиса, богохульства, порой открытого атеизма. Люди знали, на что они шли, чем рисковали, но угроза заточения. Виселицы, плахи или костра не могла заглушить голоса совести, требовавшей от человека быть самим собой, т.е. мыслить самостоятельно, а не просто принимать на веру предрассудки».