Аристотель – О душе. С комментариями Аверроэса (страница 2)
Эта доктрина порождает ряд следствий, которые впоследствии стали предметом ожесточенных споров. Если интеллект един для всех, то каким образом индивидуальное мышление вообще возможно? Аверроэс отвечает на это с помощью различения двух субъектов мышления: интеллигибельные формы вечны в материальном интеллекте, но индивидуальны и преходящи в образах воображения конкретного человека. Человек инициирует процесс познания своей волей и осознает его результаты через связь со своими уникальными чувственными образами (фантазмами), что и порождает иллюзию индивидуального мышления.
«Большой комментарий к О душе» Аверроэса стал одним из самых влиятельных философских текстов средневековья. Он не только способствовал распространению аристотелизма в латинской Европе, но и породил мощное интеллектуальное движение — латинский аверроизм, которое достигло своего расцвета в Парижском университете в 1260–1270-х годах.
Латинский аверроизм как философская школа сложился во Франции в 60–70-х годах XIII века благодаря деятельности магистров факультета искусств Парижского университета, главным образом Сигера Брабантского и Боэция Дакийского. В 1272–75 годах там существовал даже отдельный философский факультет, образованный сторонниками аверроизма.
Публичное осуждение церковью (декрет от 1270 года парижского епископа Тампье насчитывал 13 крамольных тезисов, а его декрет от 1277 года — уже 219) нанесло сильный удар по парижскому аверроизму, однако не помешало дальнейшему распространению движения в Европе. В XIV веке среди его приверженцев были Жан из Жандена (Париж), Вальтер Бёрли (Оксфорд), Мейстер Теодорих (Эрфурт). Центр аверроизма перемещается в Италию, сначала в Болонью, а затем в Падую — средоточие интеллектуальной жизни всей северо-восточной Италии, где традиции аверроизма сохранялись вплоть до XVII века .
Аверроизм отстаивал философию (воплощенную в энциклопедической системе Аристотеля, которая с наибольшей точностью была передана арабским комментатором) как наивысшую мудрость, не заботясь о её согласовании с христианским вероучением. Наиболее характерными для аверроизма стали следующие положения:
Монопсихизм — учение об общем для всех людей разуме, единственно вечном из всех частей индивидуальной души. Это положение противоречило христианскому учению о личном бессмертии и индивидуальной ответственности после смерти.
Теория «двойственной истины» — обоснование независимости истин разума от истин Откровения, философии от религии. Согласно этой теории, одно и то же утверждение может быть истинным в философии и ложным в теологии, и наоборот.
Вечность мира — учение о несотворенности мира во времени, его совечности Богу.
Ограничение божественного знания — представление о том, что Бог не познает единичные предметы и явления.
Детерминированность человеческой воли — учение о подчинении воли всеобщей космической необходимости.
Наиболее серьезным противником аверроизма стал Фома Аквинский, который посвятил критике аверроистской ноологии специальное сочинение «О единстве интеллекта против аверроистов» (De unitate intellectus contra Averroistas) . Фома, принимая аристотелевское учение о душе как форме тела, настаивал на том, что:
1. Душа человека, в отличие от души животных, есть субсистентное начало, способное существовать без тела.
2. Душа есть форма тела в каждом individuum и составляет с телом единую субстанцию.
3. Соединение души с телом есть благо для души, поскольку она, будучи низшей среди интеллектуальных субстанций, не может познавать ничего отчетливо иначе как через абстрагирование от чувственных образов.
Главное возражение Фомы против Аверроэса было сформулировано в знаменитой формуле «hic homo intelligit» («этот человек мыслит»). Если интеллект един для всех, то не «я» мыслю, а мыслит единый безличный интеллект; индивидуальное познание оказывается иллюзией. Аверроэс, согласно современной интерпретации, предложенной Стивеном Огденом, мог бы ответить, что в строгом метафизическом смысле индивид действительно не является субъектом акта мышления; этот акт принадлежит единому интеллекту, но люди инициируют познание своей волей и осознают его результаты через связь со своими уникальными фантазмами.
Настоящее издание представляет собой латинский текст, включающий несколько взаимосвязанных компонентов:
1. Summae (Суммы). Краткие систематические резюме, предваряющие каждый раздел комментария. Они выполняют функцию путеводителя по содержанию, выделяя главные проблемы и аргументы. «Суммы» делятся по книгам Аристотеля и главам, что облегчает навигацию в сложном тексте.
2. Antiqva Translatio (Древний перевод). Латинский перевод текста Аристотеля, использованный Аверроэсом или его латинскими переводчиками. Этот перевод, вероятно, восходит к арабской версии, которая, в свою очередь, могла быть переведена с греческого. Стиль перевода архаичен и иногда темен, что требует специального комментария.
3. Michaelis Sophiani Interpretatio (Перевод Михаила Софианоса). Альтернативный латинский перевод, выполненный византийским ученым Михаилом Софианосом (XV в.) и включенный в издание для сравнения. Этот перевод более точен и литературно обработан.
4. Averrois Textus (Текст Аверроэса). Собственно, комментарий Аверроэса, который, как уже отмечалось, делится на изложение мысли Аристотеля и её разъяснение.
5. Solutiones Contradictionum (Решения противоречий) Марка Антония Дзимары. Завершающий раздел издания, написанный схоластическим автором (вероятно, XV–XVI вв.), который систематически рассматривает кажущиеся несоответствия между высказываниями Аристотеля и Аверроэса в различных местах их корпусов. Каждое «противоречие» формулируется, затем следует его «решение» (solutio), обычно основанное на различении значений терминов или контекстов.
Текст написан на латыни схоластического типа, с характерными особенностями:
· Использование сокращений (например, «n.» для «enim», «q.» для «quod» или «quia», «d.» для «dicit»).
· Специфическая терминология, частично заимствованная из арабской философской традиции в латинской транслитерации (например, «intellectus materialis» для арабского «al-ʿaql al-hayūlānī»).
· Сложный синтаксис с длинными периодами и вложенными конструкциями.
· Цитаты из Аристотеля и других авторов, часто без точных ссылок.
Данное издание представляет интерес в нескольких отношениях. Во-первых, оно дает доступ к латинской версии «Большого комментария» Аверроэса — тексту, который оказал огромное влияние на западноевропейскую философию XIII–XVI веков, но который в оригинале (арабском) не сохранился. Во-вторых, оно демонстрирует многослойную экзегетическую традицию: греческий текст Аристотеля арабский перевод и комментарий Аверроэса латинский перевод схоластические «Суммы» и «Решения противоречий». В-третьих, оно позволяет проследить, как в рамках одной традиции сосуществовали различные подходы к интерпретации Аристотеля — от строгого аверроизма до попыток согласования с христианским учением.
Учение Аристотеля о душе, будучи лапидарным и допускающим амбивалентные интерпретации, породило в истории философии несколько конкурирующих традиций:
1. Перипатетическая традиция (Теофраст, Александр Афродисийский). Александр Афродисийский (ок. 200 г. н.э.) интерпретировал учение Аристотеля об уме в натуралистическом ключе: деятельный ум есть не часть человеческой души, а божественный ум, воздействующий на человеческий ум извне. Материальный ум — это способность, возникающая из смешения элементов в теле и потому смертная.
2. Неоплатоническая традиция (Плотин, Порфирий, Симпликий). Неоплатоники акцентировали трансцендентный аспект аристотелевского учения об уме, отождествляя деятельный ум с высшим началом, а человеческую душу рассматривая как посредника между умом и телом.
3. Аверроистская традиция. Аверроэс радикализировал некоторые тенденции александрийской интерпретации, постулируя единство материального интеллекта для всех людей. Его учение стало наиболее последовательным выражением мононоизма в истории аристотелевской традиции.
4. Томистская традиция. Фома Аквинский предложил синтетическую интерпретацию, в которой человеческая душа есть одновременно и форма тела (как у Аристотеля), и субсистентная духовная субстанция (что выходит за пределы буквального смысла аристотелевского текста, но, по мнению Фомы, соответствует его подлинному намерению).
5. Скотистская традиция. Иоанн Дунс Скот и его последователи акцентировали индивидуальность и активность человеческого интеллекта, отвергая как аверроистский мононоизм, так и томистскую концепцию субсистентной души-формы.
Аверроистская интерпретация занимает в этом спектре особое место по нескольким причинам:
Во-первых, она представляет собой наиболее последовательное применение принципов аристотелевской ноологии. Если интеллект, чтобы познавать все вещи, должен быть свободен от материи, и если все нематериальное вечно, то интеллект должен быть един и вечен. Аверроэс не останавливается перед следствиями, которые для христианского сознания были неприемлемы (отрицание личного бессмертия, иллюзорность индивидуального мышления).
Во-вторых, аверроистская доктрина породила наиболее острую полемику в истории средневековой философии. Спор между Аверроэсом и Фомой Аквинским о единстве интеллекта стал одним из центральных событий интеллектуальной жизни XIII века и оказал глубокое влияние на развитие как философии, так и теологии.