Аристофан – Избранные комедии (страница 7)
Прекрасно, только об одном попросим их:
Пусть откровенно скажут нам, довольны ли
Они рассказом и игрою нашею?
Итак, начну!
Бобов грызун,[6] сварливый, привередливый.
Народ афинский, старикашка глухонький.
На рынке прошлом он себе раба купил,
Кожевника, рожденьем пафлагонца. Тот,
Пройдоха страшный, негодяй отъявленный,
Нрав старика тотчас же раскусить сумел,
Кожевник наш, и стал ему поддакивать,
Подкармливать словечками лукавыми,
Подмасливать и льстить: «О государь Народ!
Поешь, попей, а вот тебе три грошика![7]
Сварить прикажешь ужин?» Дерзко выхватив
Еду, что мы хозяину состряпали,
Ему он преподносит. Вот недавно так
Крутую кашу заварил я в Пилосе,
Лаконскую. Негодник подскочил, схватил
И господину всю мою стряпню поднес.
Нам не дает прислуживать, всех гонит прочь,
А сам овчину держит над хозяином,
Как опахало, чтобы ей отмахивать
Старик совсем помешан. Отупел совсем.
А тот и рад. Всех нас оклеветал кругом.
Под розги подведет, а после бегает
По дворне и орет и взяток требует:
«Видали вы, как Гила нынче высекли
Из-за меня? Послушными не будете —
Помрете все!» И мы даем, и как не дать!
Не то такого влепит подзатыльника
Ну вот теперь, дружочек, вновь подумаем,
Каким путем и где искать убежища.
Каким? Да тем же, милый, удирать пора!
Ничто от пафлагонца не укроется!
«Все видит он, все знает»…[8] Он одной ногой
Уперся в Пилос, а другой — в Собрание,
Расставясь так.
Широкий зад — в Раззявине[9],
В Грабильном — руки, а заботы — в Жуликах.
Так, видно, лучший выход — умереть!
Но как?
Но как бы, как бы так, достойным образом?
Напьемся крови бычьей! Мысль прекрасная!
Смерть Фемистокла[10] всех смертей завиднее!
Не крови бычьей, нет, винца бы чистого,
Чтоб в голову полезли думы путные!
Ну вот, винца! Тебе бы все о выпивке!
Какие ж думы путные у пьяницы?
Хорош, глядите, жаба пресноводная!
Да ты найдешь ли что вина полезнее?
Кто пьян, тот и богат и тороват во всем,
И счастлив, и догадлив, и находчив он.
Он в тяжбах побеждает и соседям мил.