Арина Роз – Уездный Отаку (страница 6)

– Раз-два, гусь, крылья выше, лапы шире! Три-четыре, не сбиваемся с ритма! Пять-шесть, готовимся к гусячьим баталиям!

Гуси двигаются идеально ровными рядами, вытягивая шеи и изредка гогоча, явно обсуждая нелёгкую гусиную жизнь. Но больше всего мой взгляд притягивает один особенно крупный экземпляр, накинувший на плечи простыню и отчаянно размахивающий крыльями, явно пытаясь взлететь.

– Что он делает? – ошарашенно спрашиваю я у Яшки.

– Репетирует драматический финал своей истории, – торжественно объявляет самовар. – Каждый герой должен стремиться к мечте! А бабка Агафья эта им спуску не даёт, всегда напоминает о важности драматизма и о том, что мир – театр, гуси – актёры!

Я бессильно опускаюсь на стул и тяжело вздыхаю:

– Вот это да. Слишком всё какое-то театральное получается. И как будто у вас тут одни гуси… Это ведь не может быть совпадением?

– Совпадений не бывает, барин! – многозначительно пыхтит самовар. – Особенно когда речь о законах жанра. Сцены сами находят героев. Или наоборот…

– Вот и я о том же, – обречённо киваю я и прислушиваюсь к звукам снаружи. – Тут же эта ваша Кривоборовка вроде хутора, да? Где же там, я не знаю, курицы, индюки, да хоть облезлые голуби?

– Да они, чай, есть где-то в дальних частях Кривоборовки. Но у них код плохо прописан, они глючат, да ещё и часто в текстурках застревают, – махнул своей железной ручкой Яшка. – Прокопий всё меня пытается усовершенствовать, а лучше бы пылесос для высасывания куриц из забора придумал! Авось, и разнообразие бы появилось…

Я чувствую, как внутри поднимается знакомое чувство тревоги. Тонкости отношений местного Кулибина-на-минималках и его напыщенного самовара меня уже не удивляют, а вот моя дальнейшая судьба… Почему-то кажется, будто все вокруг уже давно знают сценарий, кроме меня самого. И каждый играет свою роль с таким подозрительно искренним энтузиазмом, что становится не по себе.

Вдруг дверь резко открывается, и на пороге появляется сияющий Прокопий Заваркин:

– Яшка, опять ты здесь? Ну, как тебе твоя новая вживленная тяга к прекрасному?

Самовар немного булькнул (икнул?), ведь только что словесно промывал Прокопию косточки, поэтому лишь дипломатично ответил:

– Мне этот апдейт даром не сдался, но главное, что барину понравилось.

– Да, кстати, о барине! – воодушевленно воскликнул Прокопий, протянув мне очередную бересту.

– Алексей, замечательное утро для новых открытий! Я тут подумал и решил создать что-то в духе твоей родины! Назову это «Берестяной VR-шлем»!

– Э-э… – я пытаюсь подобрать слова. – Прокопий, ты уверен, что это будет работать? Мы и так вроде внутри VR, но… у вас тут вроде другая эпоха?

Он делает драматическую паузу и уверенно заявляет:

– Абсолютно не уверен! Но именно в этом вся красота эксперимента! Вдруг он забросит нас в другой мир? Где нет нескончаемых гусей и борщей?

Я невольно вздрагиваю и качаю головой:

– Только не в другой мир, пожалуйста. Я и к этому-то ещё не привык.

– Ну, или, может быть, шлем сработает наоборот и вернёт тебя домой. Клин клином вышибают, как говорится.

Меня пробирает дрожь. А вот это уже интересно.

– Ты… сможешь такое сделать?

– Говорю же, ещё не знаю! Но попробую! Конечно, для безопасности испробую первый раз на себе, и кто знает, может, получится обратный исекай. Интересно будет посмотреть на твой мир…

– Эх, да нет там ничего интересного… – удручённо отвечаю я.

– Интересность – категория относительная! Я бы точно не отказался увидеть мир, где столько свободы выбора… Ну, бывай, барин, и про первую мою бересту не забудь.

Ах, да. Та береста с загадкой. Да блин, я ж вам не герой Тома Хэнкса из «Кода да Винчи»…

Прокопий тем временем по-дружески хлопает меня по плечу и убегает обратно во двор, крича что-то про «магическую бересту» и «невидимые валенки».

Я снова поворачиваюсь к самовару, надеясь хоть на каплю здравого смысла:

– Яшка, скажи честно, у вас точно нет какого-то сценария? Потому что это уже перебор. Одни повторения, как у зациклившейся на описании воздуха нейросети…

Самовар печально качает крышкой и философски отвечает:

– Барин, жизнь всегда сценарий. Вопрос лишь в том, кто его пишет. Если тебе кажется, что всё слишком правильно – может, пора начать импровизировать?

Я задумчиво смотрю на марширующих гусей, драматически взлетающего гуся-героя и улыбаюсь собственной беспомощности.

– Ладно, Яшка, – вздыхаю я, примиряясь с неизбежностью. – Если быть героем, то хотя бы по-хорошему смешным. А не посмешищем… Скажи, у тебя там чай ещё остался?

Самовар удовлетворённо пыхтит и подставляет краник под мою чашку:

– Для вас, барин, всегда. Сегодня, кстати, с сакурой.

С сакурой? Совсем как у меня дома. Точнее, так-то я пью дешевые пакетики из соседнего супермаркета, а заветный набор с сакурой мне подарили ещё года три назад на Тайного Санту. Я его всё держал ради особенного случая, чтобы угостить гостей… Только уж слишком я, видимо, заварился в собственном соку, вот и стал себе отказывать в заветном желании отведать этой редкий чаёк. Синдром отложенной жизни во всём великолепии.

Ладно уж, если и выводить тараканов из головы, то почему бы и не в этом безумном VR-мирке, и не чаем с сакурой?

Но не успеваю я по-настоящему насладиться напитком (он божественный!), как дверь с треском распахивается. На пороге появляется Варвара – её рыжие волосы развеваются на редкость драматично, хотя в доме ни намека на сквозняк.

– Алексей, у нас проблемы! – говорит она, шагая ко мне с решительным видом и, кажется, едва сдерживаясь от желания разбить посуду, просто чтобы придать вес своим словам.

– А когда их не было? – с трудом выдавливаю я, пытаясь не подавиться горячим чаем.

– На этот раз всё серьёзно! – она резко протягивает мне небольшой кусок бересты, который держит двумя пальцами, будто боится заразиться.

Я осторожно принимаю его и внимательно вглядываюсь в причудливый узор. На первый взгляд – что-то непонятное и загадочное, но вдруг по спине пробегает холодок узнавания.

– Это что, аниме-глаз? – растерянно спрашиваю я, чувствуя, как ладони становятся влажными. В свое время в школе я фанател от «Код Гиас», и эту птичку в глазе узнал бы даже с перепоя.

– Вроде бы это Печать древних русов. По крайней мере, так мы её называем, – Варвара делает паузу, словно готовясь нанести финальный удар. – Но это знак того, что Инквизиция начала проверку на жанровую чистоту!

– На жанровую… что? – я пытаюсь собрать мысли, поперхнувшись-таки чаем.

– На жанровую чистоту! – Варвара раздражённо поправляет по-прежнему развевающиеся волосы. – В прошлый раз такое было, когда попаданец попытался сделать из деревни романтическую комедию. В итоге, его выгнали за нарушение ритма сюжета!

– Погоди-погоди, – перебиваю я, вскидывая руку. – Ты хочешь сказать, что кто-то здесь реально следит за тем, чтобы мы не выпадали из заданного жанра? И вели себя, как заведённые и чересчур счастливые анимешные картонки? Я думал, что попал в недоделанный кем-то билд всратой VR, а не чей-то лестплей! Я что, тут даже играть просто так не смогу?! У меня в голове не укладывается!

Варвара пожимает плечами и вздыхает:

– Алексей, пойми ты уже наконец: здесь нельзя делать всё, что хочешь. Вернее, можно, но последствия всегда будут неожиданными и весьма печальными.

Я снова перевожу взгляд на бересту. Часть её как будто… резко оборвана?

Внезапно я вспоминаю, что нечто похожее видел и на бересте от Прокопия.

Так, кажется, по крайней мере, фигурально, картинка в голове начала немного складывается.

– Слушай, Варвара, а много ли у вас тут вот таких берестяных кусочков? Вроде конкретно эта больно хорошего качества? На ней явно кто попало не стал бы всякие заметки писать. Она для чего-то более важного? Это, часом, не части одной и той же бересты?

– Правду говоришь, барин, – кивает Варвара. – Говорят, во времена незапамятные – а точнее, когда это был альфа-билд, мы-то в бете сидим, – рос тут огромный дуб, что между нашим миром и твоим… Ну и в процессе переписывания кода он вдруг апдейтнулся до бересты. И рассыпался на части.

– А если его собрать? – с замиранием сердца спрашиваю я, наконец-то заинтересовавшись местным лором по-настоящему.

– Кто-то считает, что собрав всю бересту, можно разрушить наш жанровый щит, – добавляет Варвара, опуская голос почти до шёпота. – А кто-то верит, что станет первым, кто поймёт настоящую причину попаданий сюда.

– Ну, а причём тут Инквизиция? – спрашиваю я наконец, вспомнив пропанданца и с дрожью подумав о том, сколько же их тут может быть всего…

Варвара нервно кусает губу.

– Они следят, чтобы никто не разрушил равновесие. И для них ты сейчас – главная угроза.

– Но почему я? – почти отчаянно спрашиваю я. Ведь я всегда считал себя просто зрителем, а теперь оказалось, что на мне висит чуть ли не сохранение всего местного лора от хаоса. А может, и всего мира, если я тут окончательно не разломаю сценарий…

– Потому что ты другой, Алексей. Ты не вписываешься в рамки привычного. Ты можешь стать ключом, а можешь – бедствием. И Инквизиция наверняка намерена это выяснить любой ценой.

– Да с чего это я вдруг другой?! – теряя терпение от количества загадок, резко поставил я чашку на стол, невольно обжегшись. – Ай, твою мать! Я в своей жизни был простой программист-хикки, что, у вас тут таких не было раньше разве?!