Арина Роз – Уездный Отаку (страница 3)
– Держись, герой, ты уже почти его догнал!
«Лучше бы я попал в пиратский мод GTA», – хмуро думаю я, пытаясь стряхнуть лапшу с плеча.
Гусь уже далеко впереди и нахально гогочет, явно наслаждаясь моими страданиями. Он легко проскакивает в открытую дверь какой-то странной избушки, увешанной сушёными травами и пучками непонятных растений.
– Эй, погоди, ты, курица с вытянутой шеей! – отчаянно кричу я, забегая следом.
Внутри тесной избы темно и странно пахнет травами и пряностями. Посреди комнаты стоит большая женщина с длинными седыми волосами, закрученными в толстую косу.
– А ты что за красавец? – спокойно спрашивает она, даже не вздрогнув от моего внезапного появления.
– Гусь… пробегал… тут? – едва дыша, выдыхаю я.
– А-а-а, гусь-дуэлянт! – понимающе кивает она. – Гусь направо побёг, только будь осторожен – валенки мои по полу разбежались. Кстати, я Окулина-Борщевик, знахарка здешняя.
– Что значит «разбежались»? – непонимающе спрашиваю я и тут же замечаю, как у моих ног несколько пар валенок тихо и деловито переползают с места на место, словно выбирая лучшую позицию для побега.
– Они у меня самобеглые, – улыбается Окулина, будто это самое естественное в мире объяснение.
– Само… что? – едва успеваю спросить я, как валенки внезапно бросаются врассыпную, заставляя меня отчаянно прыгать, словно подо мной – батут, а я – под чем-то запрещённым.
Выпрыгиваю из избы, едва не упав, и вижу, как гусь насмешливо ждёт меня на краю какого-то странного сада. Здесь к каждой ветке яблоки привязаны верёвками, словно праздничные шарики.
– Это что ещё за фруктовая фантастика? – поражённо бормочу я.
Но гусь не даёт времени на размышления и резко кидается в самую гущу этого яблочного безумия. Уворачиваться бесполезно – они всё равно прилетают мне прямо в лицо.
Внезапно птица останавливается перед огромной кучей перьев. Несколько гусей важно ходят вокруг, явно гордясь своим творением. Это что-то вроде трона, полностью сделанного из гусиных перьев. Оммаж на «Игру Престолов», да?
Замечаю внизу под троном небольшой свиток из бересты. Поднимаю его, разворачиваю и вижу аккуратные рисунки и надписи вроде «Прошлые попаданцы».
На картинках в манга-стиле какие-то молодые люди в футболках с надписями «Senpai» и «Ninja», которые явно пытаются вписаться в местную жизнь, бегают за гусями и сражаются с валенками.
«Отлично, Алексей, ты явно не первый, кто здесь страдает. Хотя… судя по картинкам, это – стандартный сценарий. Может, в том и есть смысл попадания, который обещал мне Заваркин?»
Не успеваю додумать, как гусь снова гогочет и гордо взмахивает крыльями, явно давая понять, что наш поединок продолжается.
– Ладно, птица ты беспардонная, – бросаю я ему вызов, стирая пятна борща с лица, как в каком-то второсортном боевике, и вновь пускаясь в погоню. – Сегодня это кончится либо моей победой, либо супом из тебя!
Глава 2. Инструкция по жанровому выживанию
Гусь в который раз с издёвкой останавливается перед небольшой избой и смотрит на меня с насмешливым превосходством. Даже как будто не устал, сволочь пернатая. Если они в этом мире вообще устают, хрен их знает, этих NPC с херовым кодом!
Я медленно приближаюсь, выставив руки вперёд, словно готовясь к решающему раунду боёв без правил. А может, и не словно, а реально.
– Ну всё, птица, твоя песенка спета, – как можно более уверенно говорю я, хотя звучит это крайне неубедительно даже для меня самого. – Не знаю, что с тобой хотели сделать, но когда я тебя поймаю, устрою фестиваль гусятины!
Гусь снова резко гогочет и спокойно проходит в дверь, как по заказу, открывшуюся для него. Я осторожно следую за ним, уже готовый к любому подвоху, но увиденное заставляет меня замереть прямо на пороге.
Посреди избы на столе важно восседает огромный медный самовар, с не менее выдающимся сапогом на манер шапки. Я растерянно оглядываюсь вокруг – никого больше нет. Но тут самовар неожиданно начинает дёргаться и издавать странные, подозрительные звуки, будто кто-то пробует завести мотор у старой «копейки».
– Эй, барин, ты там чего столбом встал? – доносится внезапно тонкий дребезжащий голос из самовара. – Подлей водички, чай-то сам себя не заварит!
Я с трудом сдерживаю вопль ужаса, отступая на шаг и отчаянно хватаясь за дверной косяк.
– Т-ты… ты говорящий? – мгновенно забыв о гусе, еле выдавливаю я, пытаясь не выглядеть совсем идиотом, хотя получается явно так себе.
– Ещё какой говорящий, – самодовольно заявляет самовар и, слегка подпрыгивая, поворачивается в мою сторону, демонстрируя свои ручки-краники. – Яшка я, местный чайный мастер. Без воды, сам понимаешь, ни туды, ни сюды. Прошлый попаданец-драматург вообще сначала отказался воду подливать, как меня увидел. Целый вечер пришлось ему лекцию читать про «Три сестры», пока не понял, как заваривать.
– Драматург… три сестры? – растерянно повторяю я.
– Ну да, – серьёзно подтверждает Яшка. – Чехова не читал, что ли?
– Да причём тут вообще Чехов! – возмущённо вскрикиваю я. – Ты же самовар! Ты не можешь говорить!
Меня осеняет, что это тот самый самовар, который искал Прокопий. Но, блять, я-то думал, что этот прадедушка моего чайника-эпилептика – что-то вроде ходячего недоразумения, наподобие зачарованного клубочка из сказки про Кощея и лягушку… А не этот, блин, говорящий псевдофилософ!
– Я, как видишь, – точнее, слышишь, – вполне могу говорить. А вот ты, барин, не можешь гуся поймать, – резонно парирует в ответ самовар. – Ну и что же, кто из нас теперь выглядит нелепо?
Я сглатываю, пытаясь осознать ситуацию. Похоже, мой мозг окончательно решил объявить забастовку. Говорящий самовар, попаданец-драматург, гуси-гонщики – мир явно сошёл с ума. Или не мир, а я сам. Последнее более вероятно.
Я медленно беру ковш и механически набираю воду из ведра рядом с дверью.
– Эх, барин, медленнее только книжки Толстого читаются! – снова комментирует Яшка. – Смелее лей, не обожгусь.
Я осторожно подливаю воду. Самовар одобрительно пыхтит и, кажется, даже слегка улыбается – насколько вообще может улыбаться металлический проточайник.
– Спасибо, – удовлетворённо произносит он, поворачиваясь обратно. – Теперь можно и о жизни поговорить. Ты надолго здесь? Или как тот, прошлый, через три дня решишь обратно домой проситься?
– Я пока ещё ничего не решил, – устало признаюсь я, опускаясь на лавку и нервно вытирая пот со лба. – Сначала мне бы разобраться, почему тут вообще самовары разговаривают и валенки по полу бегают. И я ещё не поймал этого чёртового гуся!
Хорошо что, кажется, у меня нет лимита по времени. Я и так ненавижу миссии на время в компьютерных играх. Потому-то больше и предпочитаю визуальные новеллы с аниме-тяночками.
– Это ты зря так реагируешь, – укоризненно качает носиком Яшка, поправив сапог-шапку. – У нас тут это дело привычное. Магия – она, как борщ: то гуще, то жиже, но всегда вкусная. Люди привыкли.
Ну точно, философ. Его бы куда-нибудь в уся про средневековых китайцев запихнуть, а не в эту поехавшую виарку.
Я обессиленно кладу голову на руки. Дверь приоткрывается, и в избу осторожно заглядывает старичок с длинной бородой:
– Чего, барин, опять удивляешься?
– Самовар… он… – я растерянно указываю пальцем на Яшку. Думаю, если найду Прокопия, сразу сдам ему его разговорчивое детище со всеми потрохами… Или что у него там внутри?Со всеми еловыми шишками?
– А, да это тут бывает, – спокойно кивает дед и садится рядом, словно ничего необычного нет. – У нас вон, весь прошлый месяц кот цитировал Достоевского. И ничего, привыкли. Правда, меланхоличный он стал, но зато мыши разбежались окончательно.
– Мыши очень мало живут, вот и не любят экзистенциализм, – поддакивает самовар.
Я закрываю глаза, пытаясь успокоиться. В конце концов, в моем нормальном мире есть же умные чайники? Ну, которые с «Алисой» встроенной какой-нибудь? Ну так и чего я тут удивляюсь говорящему самовару? Который меня все-таки не пытается обжечь кипятком или чем-то в этом роде. Просто дополнительный сайд-квест…
И все же я чувствую, как моя стена отрицания и уверенности в том, что это просто сверхреалистичный VR-мир, трещит по швам. Хватаюсь за лоб, за затылок, пытаясь снять шлем… Ни хрена! Я даже не ощущаю там ничего лишнего! Начинаю гипервентилировать и пытаюсь хоть как-то разложить все полочкам.
В сущности, что мне теперь остаётся? Если я и вправду типичный попаданец, то по законам жанра, мне тут надо хрен знает сколько подвигов совершить и пройти арку становления героя, так ведь? Разница с игрой лишь в том, что я просто так не смогу ткнуть кнопку паузы. Надо привыкать…
«Так, Алексей, глубоко вдохни и выдохни, – лихорадочно говорю я себе. – Говорящие самовары – это новая норма. Просто прими это, как очередную сюжетную линию. Если ты при просмотре даже самого зашкварного аниме можешь смириться с говорящими котиками или с избитым поворотом сюжета, что какой-то абсолютно левый чувак оказывается главным злодеем, то и говорящий самовар переживёшь».
– Вот, уже лучше, – одобрительно произносит дед, добродушно положив руку мне на плечо, очевидно, заметив, что я выдохнул и немного успокоился. – Ты, барин, главное – не паникуй. Чем меньше удивляешься, тем больше толку будет. Поймаешь гуся, станешь байрином.
– Я же и так тут барин… Или вы хотели сказать «боярином»?