Арина Роз – Сосед напротив (страница 2)

Из пространных размышлений Ника выдернуло следующее. Девушка будто почувствовала его взгляд на себе, остановилась и подняла голову. Ник видел, как смешно расширились ее глаза. Она заметно смутилась, как будто ее застали за чем-то постыдным. Ник усмехнулся и, не моргнув, показал ей палец вверх. Мол, все в порядке, отличный зад. Она дернулась, будто готова была провалиться сквозь землю. Сделала вид, что ничего не заметила, и тут же отвернулась.

Он лишь пожал плечами, развернулся и пошел к себе, но ухмылка еще долго не сходила с его губ.

***

Прошла неделя. Лос-Анджелес был как и всегда ленивым и пыльным. Ник продолжал просыпаться то в одиночестве, то с малознакомыми девчонками, которые сменяли друг друга словно сами собой. Он редко бывал один. Если ему компанию составляли не девушки, то многочисленные друзья и знакомые, а чаще – все вместе. Он иногда не знал, сколько конкретно людей находится в его доме, и как их всех звать. Люди приходили и уходили. Алкоголь был всегда. А вот на создание музыки оставалось все меньше времени и сил.

Как-то днем, в редкий момент одиночества, он снова сидел на ступенях и курил, глядя в никуда. И вдруг заметил движение у соседского дома. Это была она – соседка. Осторожно, будто школьница, она пробиралась за угол фасада с сигаретой в руке. Быстро глянула на окно второго этажа и тут же спряталась в тени дерева. Неужели прячется от матери? Ник усмехнулся. В этой педантичной, правильной на первый взгляд девочке была скрытая бунтарка. Он уже пару раз ловил ее поздно ночью за посиделками на подоконнике. Плеер в ушах и сигареты одна за другой. Но его все не покидало ощущение, будто она прячется сама от себя. Уж он-то в этом понимал.

В ту же ночь Ник возвращался с очередной вечеринки в шумной компании нескольких знакомых, чтобы, разумеется, продолжить банкет уже на своей территории. На этот раз его спутницей оказалась роскошная блондинка с ногами от ушей и точеной фигурой. Пьяно-пустые разговоры и смех компании разрезал тишину ночной улицы. Где-то между подъездной дорожкой и лестницей на крыльцо, Ник остановился, прижимая к себе новую знакомую. Та заливисто рассмеялась, откидываясь корпусом назад, а Ник в этот момент поднял глаза. В окне напротив он увидел свет и завиток дыма, медленно уходящий к черничному полотну неба. Соседка. Наверняка она думала, что ее не видно. Но видно было. И даже слишком хорошо.

Ник поймал ее взгляд – такой открытый, даже слегка испуганный, полный искреннего любопытства. И почему-то в этом коротком взгляде было больше настоящего, чем во всей той пьяной ночи.

Он улыбнулся ей и подмигнул. Она за секунду исчезла за занавеской. Он же ввалился домой со всей своей пьяной компанией, но в голове застрял ее взгляд, хотя новая знакомая довольно быстро помогла обо всем забыть.

***

Была ночь со среды на четверг, кажется. Даже не чертова пятница и уж тем более не суббота. Ник не мог найти себе места – и в прямом, и в переносном смысле. Впервые за последние несколько лет он не был занят гастролями и репетициями так долго. Сейчас не намечалось даже какого-нибудь поганого интервью. Еще и, как назло, сегодня его дом пребывал в тотальной тишине. Все точно сговорились, никто не спешил в гости, а ему было лень самостоятельно искать компанию. Порой он любил проводить время в одиночестве, но почему-то сейчас не было даже желания брать гитару в руки. Он сидел на крыльце, босиком, в одних шортах, с привычным бокалом виски и сигаретой, которая тлела быстрее, чем он ее выкуривал.

Алкоголь и жара делали свое дело: глушили. Мысли, эмоции и заодно какое-либо желание что-то делать. Даже музыка – та, ради которой он вообще существовал, – сейчас казалась далекой. Он не жаловался, ведь вроде бы у него было все: деньги, известность, свобода. Дом с видом на Голливудские холмы. Только в голове от чего-то пусто.

И вот из-за этой пустоты его взгляд зацепился за движение в окне напротив.

Снова та соседка. Слишком часто Ник стал обращать внимание на нее. Девушка с детским лицом и неожиданно цепким взглядом. Ник услышал легкий хруст – как будто что-то упало в кусты под ее окном. Что-то уронила, наверное, подумал он. И действительно. Силуэт девушки сначала метнулся за шторой, но уже спустя пару мгновений Ник услышал звук открывающейся входной двери. Она, видимо, и не подозревала, что за ней наблюдают, ведь Ник занял очень удобную локацию для разведки. С его стороны открывался отличный обзор на соседский участок благодаря одинокому фонарю, что горел там беспрестанно по ночам и позволял отлично разглядеть происходящее. А вот его фигуру в полутьме было разглядеть не так-то просто. Девушка в длинной футболке осторожно выскользнула из дома, тихо бормоча проклятия себе под нос.

Ник понял, в чем дело, когда она присела у куста и стала шарить руками, явно стараясь не производить лишнего шума.

– Кажется, придется ждать до утра, – лениво крикнул он. Не крикнул даже, просто громко сказал. Этого было вполне достаточно для гробовой тишины, которая окутала ночную улицу. Голос его прозвучал, как раскат грома, разлетаясь оглушающим эхом по округе. Слишком громко для трех часов ночи.

Девушка дернулась так резко, что чуть не повалилась в куст следом за утерянной вещью. Потом она резко выпрямилась, глаза забегали по сторонам, как у пойманного зверька. Она ничего не ответила и, кажется, даже не увидела Ника. Начала разочарованно хлопать себя по карманам, и ее лицо, видимое в свете фонаря, с каждым мгновением становилось все печальнее. Ник быстро сообразил, что она ищет сигареты. Наверное, оставила их в доме. Брукс, не вставая, махнул ей рукой – вот он, тут, на крыльце. И поднял вверх свою пачку, точно маяк.

– Расслабься. У меня их много.

Он даже не пытался говорить тише. Она тут же обернулась к окну своего дома. Ясно. Мать. Ник мысленно усмехнулся.

– Тс-с, – прошипела она и замахала на него руками.

Он пожал плечами, делая вид, что поднимается со ступенек, чтобы уйти в дом. Эта тактика сработала почти мгновенно.

– Стой, стой… Угостишь? – прозвучало тихо, но достаточно отчетливо.

Он снова опустился на ступени и кивнул. Ее фигура метнулась к его крыльцу. Она двигалась как будто по минному полю. На ней была слишком большая футболка, которая больше походила на ночнушку и забавные тапочки с помпонами. Ник внимательно разглядывал ее приближающийся силуэт.

Девушка подошла и присела, почти на край ступеней, стараясь держаться как можно дальше от Ника. Он протянул ей пачку сигарет, а она дрожащими пальцами взяла одну. Даже глаз не подняла.

– Расслабься, милая. Я не скажу мамке, – сказал он почти дружелюбно. Почти.

Она закатила глаза, но не смогла скрыть смущения. Ее щеки вспыхнули, она села чуть ближе, но все еще как будто была готова в любой момент вскочить и убежать. Он откинулся назад, опершись на локти. Был без майки, ведь ходил так почти всегда дома. Зачем лишняя одежда сейчас? Лето, жара, да и в целом он знал, что выглядит чертовски хорошо. И, черт возьми, он не ошибся – она пару раз скользнула взглядом по его торсу, быстро отводя глаза. Но он заметил. И его невероятно забавляло это.

– Можно… зажигалку? – тихо спросила она.

Он вальяжно потянулся в карман, достал зажигалку, чиркнул и поднес пламя к кончику ее сигареты. Она чуть наклонилась вперед. Их лица оказались ближе, чем, возможно, было нужно. Пара секунд – и она прикурив, откинулась назад.

– Спасибо, – пробормотала девушка.

Он не ответил. Просто продолжал оглядывать ее, изучая. Она снова отвела взгляд. Вообще Ник не был многословен. Особенно в такие ночи. Особенно с девушкой, которую не собирался тащить в постель. Ему нравилась ее реакция – неподдельная, прямая. Но не более. Однако молчание становилось немного странным.

– Как тебя зовут хоть? – вяло бросил он.

– Кая, – ответила она быстро, почти машинально, продолжая избегать его взгляда. – Мне двадцать пять.

Она наверняка даже не понимала, зачем добавила это. Наверное, для того, чтобы выглядеть взрослее. Или хотя бы на свой возраст, ведь казалось, что она сильно моложе. А может потому что ей хотелось быть серьезнее и увереннее, чем она чувствовала себя в ту секунду. Однако Ник быстро считал, практически на интуитивном уровне, что внутри нее все трещало от переизбытка эмоций. И действительно, девушка испытывала явный дискомфорт.

Ник чуть приподнял бровь:

– Выглядишь младше. Я – Ник. Ник Брукс. Мне тридцать три, если уж это важно.

Он протянул ей руку. Кая замялась на секунду, но все-таки вложила свою ладонь в его. Касание короткое, почти невесомое, но она тут же одернула руку, как будто обожглась. Она отвела взгляд.

– Я знаю, кто ты, – пробормотала она и сделала затяжку, уставившись в темноту.

Ник беззаботно усмехнулся.

– Твои подружки чуть ли не визжат, когда я прохожу мимо.

– Они мало что понимают, – ответила Кая резко. Слишком резко. Он удивился.

– Да? А ты, выходит, понимаешь?

Он говорил с ленцой, но с неким подобием интереса. Кая посмотрела на него, уже без смущения:

– Я понимаю, что от таких, как ты, можно ждать одних только проблем.

Он чуть не подавился дымом, выдохнул с легким кашлем:

– Эй, а вот тебе и милая девочка-соседка. Сразу перешла на личности!

– У меня мама хореограф, всю жизнь работала с такими… вроде тебя, – буднично сказала Кая. – Я разбираюсь в людях.