Арина Остромина – Застенный мир шелвенов (страница 2)
– Почему здесь столько наших соседей?
Я почти не удивилась, когда мимо нас прошли Андриан с Кариной, а потом Горан с Даной. Ведь я ещё зимой поняла, что их детей тоже зовут составными именами, как и меня. Но были и другие соседи, которых я знала не так хорошо, просто встречала на улицах в нашей деревне.
– Они тоже шелвены, – улыбнулась мама.
– Кто? – не поняла я.
– Шелвены, – повторила мама. – Так наш народ называется.
Толпа двигалась к нарядному каменному дворцу с тонкими белыми колоннами вдоль фасада. Разноцветные шестиугольные стёкла в высоких окнах сверкали на солнце, изящные башенки на крыше как будто парили в воздухе. Широкие резные двери были открыты, и люди заходили внутрь.
Глава 2. Крессы и непрозрачные шары
В просторном зале стояли удобные стулья с мягкими бархатными сиденьями. Люди проходили вперёд и занимали свободные места. Широкие ступени вели на сцену. Над ней, под самым потолком, были закреплены тонкие балки. С каждой свисали длинными рядами металлические цепочки с прозрачными стеклянными шарами на конце. Под некоторыми шарами виднелись совсем тонкие цепочки, и на них висели маленькие шарики. Я восхищённо сказала:
– Как красиво! Что это за шары? Как будто с Нового года остались.
– Нет, это совсем другое! Подожди, скоро узнаешь.
И тут я вспомнила, на что они похожи. На кулоны, которые мои родители носят на шее! Мама говорила, что это талисманы.
– У вас ведь такие же! Вы здесь их получили, да?
Мама не успела ничего ответить: в зале становилось всё больше народу, к родителям подходили знакомые, здоровались, улыбались, что-то спрашивали. Они обнимались, похлопывали друг друга по плечам, и я заметила, что под их пальцами остаются сверкающие голубые следы. Я посмотрела на маму, и она пояснила:
– Когда мы испытываем чувства, они как пламя у нас внутри. А со стороны это выглядит, как будто искры разлетаются.
– Всегда голубые?
– Нет, разные! Посмотри. – Мама указала глазами на группу шелвенов неподалёку.
Над ними поднимались синие и бледно-лимонные светящиеся точки. Я хотела спросить, что означают эти цвета, но не успела. У меня в голове как будто выстроилась цветовая шкала! Я словно читала страницу книги: синие искры – обещание дружеской поддержки, лимонные – чувство облегчения. Мама улыбнулась и пояснила:
– Ты же шелвенка. Это наша способность, мы все видим искры и понимаем, что они означают.
– А почему я только сейчас это увидела? В обычном мире такого нет?
– Конечно, нет! И даже здесь искры не везде появляются. Только во дворце и на площади перед ним.
– Жалко, – протянула я.
Мне бы такая способность очень пригодилась в школе! А то, бывает, кто-то выглядит дружелюбным, а потом говорит про меня плохое. И наоборот: я думаю, что человек меня не любит, а он мне помогает, когда у меня что-то случится. Вот как тут без цветных искр разобраться?
Пока я размышляла, кто-то взял меня за плечо, я обернулась и увидела Мирослава и Анжелу, папиных родителей. Пока бабушка с дедушкой тормошили меня и радовались, что теперь я буду ходить вместе с ними на префесты, голоса в зале смолкли. На сцену поднялась высокая пожилая женщина. Её платье из тонкого голубого шёлка, разрисованного крупными шестиугольниками, спадало до пола многослойными складками, ткань переливалась в свете ярких ламп. Длинные седые волосы казались голубоватыми, как и платье. Над ней тоже кружился ореол цветных искр.
– Это наша предводительница, Шел-Амара, – шепнула мама.
– Интересно, почему тут везде шестиугольники? И на окнах, и у неё на платье? Это что-то означает?
– Да, это наша фигура силы. Если шестеро шелвенов возьмутся за руки, их способности усиливаются.
– Я не поняла, как это?
Но мама сжала мои пальцы и шепнула:
– Не сейчас!
Женщина повернулась к залу и заговорила:
– Здравствуйте, друзья! Добро пожаловать домой.
Несколько человек громко захлопали в ладоши – как на любом собрании в обычном мире. Шел-Амара улыбнулась, подождала минуту и продолжила:
– О новостях я расскажу чуть позже. А сейчас давайте знакомиться с новичками. У нас в этом году четверо двенадцатилетних детей. Пожалуйста, подойдите ко мне!
В облаке голубых точек над Шел-Амарой появились светло-зелёные, и мне не пришлось гадать, я сразу поняла, что это значит: она надеется, что мы станем настоящими шелвенами. Я посмотрела на маму:
– Мне тоже идти?
Она молча подтолкнула меня к проходу между стульями. Вместе со мной к сцене подошли ещё трое подростков, мы поднялись по ступеням и встали рядом с Шел-Амарой. Меня слегка трясло от волнения, но я видела, что и остальные чувствуют себя не лучше. Ещё я заметила, что над нами нет никаких искр, и только потом узнала, почему.
Шел-Амара попросила каждого из нас назвать своё имя, имена родителей и место, откуда мы попали на префесту, а потом немного рассказать о себе. Я наблюдала за своими ровесниками, пока ждала своей очереди. Одна девочка смутилась, покраснела и с трудом смогла выдавить из себя несколько слов. Другая, наоборот, бойко и весело протараторила всё, что нужно, и ещё много лишнего. Среди нас был и один мальчик – он выглядел спокойным, но голос его дрожал. Я говорила последней:
– Мои родители – Симеон и Мария, а меня, получается, зовут Сима. Живём мы тут неподалёку, в деревне Дубрава.
В зале засмеялись, среди голубых и зеленоватых точек появились ярко-жёлтые – значит, я не разочаровала шелвенов своими словами, им нравится меня слушать. Но почему тогда они смеются? Я перевела взгляд на Шел-Амару, и она объяснила:
– Все шелвены попадают в наш Застенный мир рядом со своими домами. Каждый мог бы сказать, что живёт неподалёку – так же, как и ты. Вот только в земном мире ваши дома разбросаны по разным странам.
Я смутилась и даже, кажется, покраснела: глупо получилось. Но продолжила говорить, как ни в чём не бывало:
– Это в Динарских Альпах. Наша деревня стоит на склоне, мы поднялись на гору, вышли на поляну и попали сюда.
Когда я замолчала, Шел-Амара подошла к стене, вдоль которой висели стеклянные шары, и спросила:
– Кто-нибудь из вас уже знает, что это?
Мои товарищи помотали головами. Тогда Шел-Амара сказала:
– Каждая пара шаров – это волшебный прибор для связи. Мы называем его кресс. Вот эти большие шары – приёмники, а вот те маленькие, под ними – передатчики. Они всегда связаны друг с другом. Хозяин маленького шарика в любое время может вызвать меня, как по телефону. А я в любой момент могу передать ему сообщение. Поэтому у каждого шелвена обязательно должен быть такой прибор. Если на цепочке остался только большой шар, значит, маленький шарик уже кому-то отдали. Посмотрите сюда: на некоторых цепочках висит два шара, а не один. Эти крессы пока никому не принадлежат, вы можете выбрать один из них.
Я ушам своим не верила: что-что, волшебные приборы? Я сплю, что ли? Родители ни о каком волшебстве не говорили. Хотя, конечно, я могла бы и раньше догадаться: невидимая стена, ключи для перехода, летающий лев. В реальном мире такого не бывает. Ладно, допустим, я попала в сказку – в детстве я верила, что это возможно. Но чтобы я сама оказалась из рода, который всем этим владеет и пользуется? Вот уж не ожидала!
Другие новички не выглядели такими ошарашенными, как я. Наверное, родители успели им рассказать, кто такие шелвены. Мальчик задавал вопросы о волшебных шарах, и Шел-Амара отвечала, как работают крессы. Я посмотрела на родителей: они тоже внимательно слушали, хотя вряд ли это могло быть им интересно – они же каждый год здесь бывают. Наверное, пытаются представить мои впечатления от рассказа Шел-Амары.
Шел-Амара как раз заговорила о главном свойстве шаров:
– Иногда я слышу особый звук, сигнал опасности. Тогда я прихожу в этот зал и смотрю на шары. Если один из шаров начинает светиться, то его хозяину грозит беда. А цвет означает, какая именно. Некоторые неприятности я могу отвести сама, быстро и незаметно, и хозяин шара даже не узнает об этом. А иногда я только предупреждаю об опасности, а вы сами с ней справляетесь.
– Шел-Амара, а если вы не успеете предупредить вовремя? Тогда шелвен может погибнуть? – спросила одна из девочек.
– Нет, это невозможно. Даже если я не успею связаться с тем, кому грозит опасность, он всё равно узнает об этом намного раньше, чем обычные люди. Как только появляется угроза, маленький шарик у шелвена на груди начинает вибрировать, меняет цвет и температуру. Шелвен чувствует тепло или холод, видит цвет шарика и сразу понимает, что нужно делать.
Я попыталась представить, как это бывает – тепло и холод, яркое сияние. Но в это время Шел-Амара сказала:
– Давайте выберем для вас крессы! Подойдите ближе.
Мы повернулись к шарам, свисающим с балки.
– Смотрите внимательно. Ищите свой кресс.
– А как его найти? – спросила я.
– Сейчас поймёте.
Бойкая девочка, немного повертев головой, сделала шаг вперёд:
– Можно мне вот этот?
– Конечно!
В это время я почувствовала, что один из шаров притягивает мой взгляд – его я и выбрала.
Шел-Амара сначала подошла к девочке, которая первой поняла, где её кресс. Подняла руку и осторожно отцепила нижний маленький шарик от верхнего. Повернулась к девочке и надела цепочку ей на шею.
– А что теперь? – тихо спросила девочка.
– Просто прикоснись к верхнему шару. Да, вот так. Теперь он твой навсегда. Я буду наблюдать, не грозит ли тебе опасность. И смогу тебя предупредить или помочь тебе.