Ариадна Фальк – То, чего нет (страница 2)

Их любовные игры, когда-то дававшие столько радости, примерно с год прекратились вообще. Да что там секс – Кира забыла, когда муж ее просто мимоходом обнимал или чмокал в щечку перед уходом. Он разговаривал с ней доброжелательно, но рассеянно, полностью уйдя в собственный мир, куда ей не было ходу. Другая женщина? Или он скрывает от нее что-то еще?

Кире вдруг показалось, что в квартире душно. Она вышла на балкон и открыла окно, едва не споткнувшись о складной пластиковый контейнер, который Леня притащил из клиники. «Для рыб, – сказал он. – Для каких-то особых рыб, которым нужна невская вода». Она удивилась: какие рыбы могут жить в невской воде? Крошечные карасики? Контейнер стоял уже неделю, пахло от него сыростью и чем-то чужим. Кира поморщилась и вернулась в комнату.

Кира до встречи с Артуром была верной женой. Работа Киры была сплошной прозой: ее пациентами были алкоголики и наркоманы, которые нуждались в медицинской помощи. Их не интересовали женщины вообще и Кира в частности. У них была другая страсть, и Кира это знала. Она тоже пыталась давать им новую жизнь, и радовалась от души, когда это получалось. И хотя пациенты у нее были самые разные, из всех мыслимых сословий и слоев, и некоторые пытались с ней заигрывать, она знала, что это несерьезно.

Кира любила семью. Мужа, до поры до времени, их дом, который они создавали вместе. Их общую жизнь. Правда, у них не было общих детей. Ленечка был вторым ее мужем. Лера, дочь от первого скоропалительного брака, отделилась от них еще в 14 лет, съехала к деду с бабушкой. Сейчас она вполне самостоятельная, к матери относится с легкой прохладцей и навещает их только на дни рождения. Скорее всего, роман матери на стороне ее не очень огорчит, а возможно, даже обрадует. Скорее всего, Лера просто пожмет плечами. Ей не нравился новый муж матери, да и он не слишком жаловал падчерицу.

Время от времени она вспоминала, что даже толком не знает, кто этот Артур. Дней десять назад он подсел к ней в кофейне, куда она часто заглядывала после работы ради прекрасного кофе.

…Он присел за ее стол, не спросив разрешения, поставил на него свою чашку и открыл потрепанный скетчбук. Развернув его, он подтолкнул альбом к Кире. Сбитая с толку, она не сразу поняла, что от нее требуется, пока не взглянула на бумагу. На нее смотрел ее портрет, набросанный акриловыми маркерами. Она за столиком поднесла чашку к губам, выражение лица – усталое и слегка насмешливое. Сходство было впечатляющим. Кира растерянно спросила:

– Это… я? – Довольно глупо, ведь это было очевидно. – Ну да, я. Как вы это… Когда вы успели?

– Да прямо здесь и успел. Вы пьете уже вторую чашку, времени хватило. Нравится?

Кира молча подняла большой палец вверх.

– Почему я? – удивилась Кира.

– А почему нет? – он пожал плечами. – Лицо-то интересное.

Это было сказано будничным тоном, как говорят: «Время-то позднее», «погода-то дождливая». Констатация факта.

– Артур, – сказал он, протягивая руку.

– Кира, – отозвалась она.

Внешность Артура можно было бы назвать безупречной, если бы не сломанный нос, который сросся криво, и смешно оттопыренные уши. Синие глаза и темные волнистые волосы, слегка похож на Габриэля Бирна. Когда они встали из-за столика, обнаружилось, что он намного выше ее, и фигура что надо.

Так они и стали встречаться. Гуляли по городу, заглядывали в кафе. Он рассказывал, что в его работе нет ничего интересного, но она хорошо оплачивается и оставляет свободное время для «художеств», как он выражался. У него есть свои страницы в разных сетях, где он постит свои картинки, но комментарии читать давно перестал. Иногда ему заказывают портреты или обложки для книг. Он часто говорил Кире, что с удовольствием нарисовал бы ее портрет маслом. Ну или акрилом.

На третьей встрече Кира сказала, перейдя на ты:

– Все медики бесстыжие. И я, как медик, спрошу прямо: чего ты хочешь от женщины в годах?

– Тебя, конечно, – ответил Артур своим будничным тоном, будто его спросили, какое вино он предпочитает. – Пойдем-ка ко мне.

Его маленькая квартира была чистой и уютной. В ней чувствовался армейский порядок, но не женская рука, и это Киру радовало – непонятно почему. Ведь не строит же она, в самом деле, планов на будущее с человеком лет на 20 моложе ее. Пусть он останется приключением на склоне лет. Они не говорили ни о прошлом, ни о будущем: только здесь и сейчас. С ним она чувствует себя как в двадцать, а «остальное стоит полкопейки».

На работе заметили перемены.

– Ты прямо светишься, – сказала ей подруга Тома. – Любовник? Чего краснеешь? Ага, в точку! Кто он? – Она помрачнела. – Надеюсь, не наш пациент?

– Боже упаси. Молодой художник, познакомились в кафе.

– Насколько молодой?

– Лет тридцать-сорок.

Тома заулыбалась.

– То, что надо. Тебя он преобразил, выглядишь – просто пушка! Полный апгрейд… Твой Ленечка заметил, как ты цветешь?

Вопрос почему-то испортил Кире настроение. Ленечке было все равно. В глубине души у нее теплилась надежда, что муж начнет ревновать и поймет, как был глуп, когда не замечал ее. А теперь у него соперник лет эдак на 20 моложе. Произойдет бурное объяснение, возможно, какая-нибудь сцена с криками и скрежетом зубовным – а потом все у них пойдет как прежде. Сколько фильмов об этом снято? Но пока что ничего подобного не происходило.

Кира вздохнула.

– Ничего он не заметил. Он не заметит, даже если я приду домой через неделю, с побритой головой, босиком и в пальто наизнанку.

От Томы не укрылась нотка боли в голосе Киры.

– Ну что ты, подруга? Наслаждайся моментом и забудь обо всем. Только не теряй голову.

Вскоре Кира должна была уйти в отпуск. Она думала, что встречаться с Артуром в отпуске будет сложнее: на работе можно задержаться или поменяться сменами. Если ее целый день не будет дома, когда она в отпуске, муж спросит хотя бы из любопытства, где она была. И придется что-то врать, чего она не любила и не умела. А спросит ли? В глазах мужа она пустое место, и с любовником, и без.

Узнав об отпуске, Артур сказал:

– Может, съездим куда-нибудь вместе? На Балканы, а? В Албанию, там Адриатика. В Болгарию…

Взгляд его затуманился. Кира поняла: он уже представил, как упругая соленая вода плещется у самых его ног.

Кира давно не была за границей. Идея о поездке ей понравилась. Смена обстановки, не придется прятаться от знакомых…

– В целом поддерживаю, – задумчиво сказала она. – Но туда нужны визы. И у меня истек загранпаспорт.

– Так поторопись. Оформи биометрический, сейчас с пятилетним могут быть проблемы.

– А у тебя-то самого с паспортом все в порядке?

– В полном. – Он улыбнулся. – Как оформишь, возьмем билеты. Я пока посмотрю отели.

Кира представила себя у моря с Артуром. До чего странно: ей проще попасть на море с красавчиком почти вдвое моложе ее, чем с собственным мужем. Надо поставить его в известность за несколько дней до отъезда. Или просто оставить записку – «Уехала в отпуск, не жди», или типа того. Как он отреагирует – рассердится, удивится, обрадуется? Пожмет плечами? Да какая теперь разница…

Отношение Киры к Лене изменилось, когда она случайно обнаружила у него в ноутбуке письмо. Это было за несколько месяцев до встречи с Артуром.

Как-то раз Леня ушел, оставив крышку ноутбука открытой. Кира дотронулась до нее, чтобы закрыть, и компьютер ожил. На экране висел текст письма на английском – от клиники пластической хирургии в Лондоне.

«Дорогой сэр,

Рады вам сообщить, что ваша кандидатура на позицию хирурга одобрена главным врачом клиники и вашими коллегами. Мы готовы предложить вам годовой оклад в 300 тыс. фунтов и оплачиваемое жилье для вас и членов вашей семьи с начала следующего года. Сообщите нам, пожалуйста, состав семьи и пришлите их отсканированные документы, чтобы мы могли оформить приглашение и визу».

Первой реакцией Киры была радость. Клиника в Лондоне – это другой уровень, следующая ступень в карьере, да еще какая! Даже если он заключит контракт на год и потом не продлит, здесь с таким опытом его возьмут в любую клинику. Или он заработает в Лондоне и откроет собственную клинику в Питере. А может, и она пройдет какие-нибудь курсы повышения квалификации и сможет поработать в английской медицине? Это снова их сблизит: два иностранца в чужой стране, с общими проблемами и целями, как давным-давно, когда их роман только начинался.

Кира совсем было замечталась, когда увидела, что письмо из лондонской клиники не было первым. Вверху во входящих она увидела еще четыре письма, первое из которых он получил еще год назад. Почему Леня ничего ей не сказал? Не планирует брать ее с собой? «Не планирует, вот именно, – хихикнув, сообщил ей внутренний голос. – Он планирует уйти по-английски, в буквальном смысле. В Лондон».

Кира плотно сжала губы. Ладно. Она не будет устраивать сцен, даст ему время сообщить ей потрясающую новость. Будет наблюдать. Она лихорадочно рылась в его почтовом ящике, из которого он забыл выйти – когда еще представится такая возможность? Ей даже не было неловко. Ничего особенного она не нашла: письма старых друзей, письма от нее, поздравления с праздниками, какие-то письма с вложениями с работы… Она залезла в учетную запись и увидела, что у ее Ленечки есть вторая почта, резервный адрес на случай взлома. Кира попробовала войти во второй ящик – ничего не вышло. Она набирала буквы и даты в разных комбинациях, пытаясь подобрать к нему пароль, – день рождения, номер паспорта, имена, любимые словечки. Это ничего не дало. Кира выключила ноутбук. Леня не должен знать, что она рылась в его почте и видела письмо.