Архелая Романова – Первоцвет (страница 13)

Прикасаться к умирающему правителю мне не хотелось. Все мое нутро сопротивлялось этому, но дар — тот крохотный огонек в центре грудной клетки, разливающийся теплом по телу, — дар отчаянно рвался помочь. В этом предназначение всех, кого одарила богиня Лашнан — ты можешь хотеть быть кем угодно, но часть тебя будет рваться спасать других людей.

Глубоко вздохнув, я дотронулась пальцами до предплечья короля Фредерика. Несколько томительных секунд ничего не происходило, а потом я ощутила это — яд, пожирающий его тело, отравляющий кровь и плоть. Его было так много — чудовищно много, — что я не понимала, как король еще жив. Он должен был умереть сразу.

Вены под его кожей имели темно-бурый оттенок, тело покрыли многочисленные язвы. Судя по тонкому горькому запаху, их промывали и обрабатывали ежечасно, однако толку от этих процедур не было — нужно искоренить причину, а не следствие. Причина — яд, содержащийся в турцине. Интересно, в каком виде он был подан королю? Экстракт? Сок стеблей?

Я обернулась, заметив напряжение на лицах обоих мужчин.

— Ну что? — проговорил Дариан. — Вы вылечите его?

Я мягко покачала головой.

— Вряд ли я смогу, Ваше Высочество. Яда очень много, и он уже захватил тело. Необходимо вывести его или нейтрализовать, но турцин чрезвычайно силен. Моих сил не хватит на такое, впрочем, думаю, что их не хватит ни у кого.

— Вы сказали — вряд ли я смогу. То есть, ваш ответ не окончателен? — нахмурился принц.

Я взглянула на Даррела, который не принимал участия в беседе. Вид у него был равнодушный — складывалось впечатление, что его жизнь короля не волновала.

— Если я узнаю больше о том, как и чем именно отравили Его Величество, то может быть, — туманно начала я, морща лоб, — я попытаюсь снизить концентрацию яда.

— Каким образом? — вступил в разговор Даррел.

— Заберу часть яда себе, — спокойно объявила я.

Воцарилась гробовая тишина, которая не продлилась долго — лорд Вилмот рявкнул:

— Да ты с ума сошла!

— Это весьма… Рискованно, — заметил принц, который отреагировал куда более спокойно.

Конечно, для него готовность рискнуть жизнью ради короля не является чем-то особенным — с детства всем подданым внушалась мысль, что важнее коронованных особ нет ничего. Я выпрямилась, твердо взглянула в лицо принцу. Сейчас или никогда — другого такого шанса у меня не будет.

— Ваше Высочество, мой риск оправдан. Я пойду на это, но только при одном условии.

Глаза принца одобрительно заблестели.

— Позвольте узнать, каково же оно?

— Я спасу вашего отца от смерти, а вы взамен не казните моего.

— Это чрезвычайная наглость, — мягко отметил принц. — Он покушался на правителя.

— Я не прошу о помиловании. Я прошу о снисхождении, Ваше Величество. Оставьте моего отца в темнице, но не отнимайте у него жизнь, — смиренно попросила я.

Несколько секунд принц обдумывал мои слова, затем кивнул.

— Хорошо.

Я не поверила своим ушам. Хорошо? Так просто?

— Но все это при условии, что мой отец выздоровеет, — добавил Дариан.

Я кашлянула. Пока что я понятия не имела, каким образом мне удастся почти поднять короля из мертвых, однако знала — я сделаю все, что в моих силах, и даже больше. Лекарь Легуст не раз отмечал мои способности — богиня и впрямь щедро одарила меня; я же была склонна обычно их преуменьшать, поскольку сопротивлялась желанию окружающих сотворить из меня целителя.

— Прошу прощения, Ваше Высочество, но… Должна предупредить, что здоровье вашего отца сильно пошатнулось. Вряд ли он когда-то сможет вернуть былую силу и мощь.

— Ничего страшного, — заверил меня принц, и тут же спохватился: — То есть, конечно же, целители приложат все усилия, чтобы облегчить его существование.

Такой ответ меня более чем устраивал, поэтому мы с принцем еще раз повторили условия договора, скрепляя его рукопожатием. Свидетелем выступал Даррел, который выглядел жутко недовольным, но возразить не мог. Однако, едва мы вышли из покоев короля и удалились на достаточное расстояние, он прошептал:

— Вы действительно сошли с ума. Отравление турцином нельзя вылечить.

— Не знала, что ты лекарь, — в тон ему ответила я.

Даррел скривился, словно его мучила зубная боль, но не стал продолжать разговор. Он лишь поинтересовался:

— Ты хочешь вновь пойти к лекарю Легусту? Он был тем, кто оказывал первую помощь королю, и расскажет тебе все, что нужно.

Я отрицательно качнула головой. Нет, лекарь мне не помощник, поскольку не он готовил яд. Это сделал мой отец, следовательно, говорить нужно с ним. Но если я скажу ему, для чего спрашиваю это… Мысль о том, чтобы соврать отцу, была невыносима, но я уже заранее оправдала себя — ведь делала я это для него, для мамы, для Нессы.

— Хочу еще раз увидеться с отцом. Мне нужно посоветоваться.

— Твой отец — садовник, — напомнил Даррел.

— Мне нужны сведения о яде, а не о первой помощи. Даррел, пожалуйста, — кротко добавила я. — Я не смогу помочь, если не буду знать необходимые сведения.

— Сегодня увидеться с ним не получится. В темницах есть правило: одно посещение в день.

— Разве ты не можешь его нарушить?

— Даже принц не может. Это древний закон, который мы соблюдаем.

— И много таких законов? — удивилась я, впервые слыша об этом.

— Достаточно, — сквозь зубы процедил Даррел. — Стало быть, тебя отвезти домой?

— Да, пожалуй. Я что-то очень устала, — рассеянно заметила я, прикладывая руку ко лбу.

Несмотря на то, что мы уже приближались к выходу, в носу все еще стоят тот мерзкий запах, витавший в королевских покоях. И, хоть я ничего и не делала, чувство у меня было такое, словно я весь день без устали лечила больных.

— Все в порядке? С тобой все хорошо? — встревожился Даррел, беря меня за руку.

По коже побежали мурашки, на кончиках пальцев будто закололи маленькие иголки — но ощущение было приятным. Я не стала отнимать ладонь, кивнув:

— Да. Просто устала… Много всего было.

К счастью, Даррел больше не стал расспрашивать ни о чем, а мне не терпелось вернуться в дом и рассказать хорошие новости. Помогая мне залезть в экипаж, он обмолвился:

— Даже учитывая сделку, твоей семье придется покинуть столицу.

— Уверена, они все поймут, — тактично ответила я.

Я хотела, чтобы мама и Несса были рядом, но в то же время понимала, что вдали от города они будут в большей безопасности. Если что-то пойдет не так… Лучше им быть подальше от королевских стражников.

Но я ошиблась, сказав, что сестра и мама все поймут — Несса, услышав о том, что им потребуется уехать, учинила целый скандал. Мама тоже осталась недовольна — поджала губы и сухо произнесла:

— Ты взваливаешь на себя непомерную ношу, дочь.

— Скажи мне, как поступить по-другому, — взмолилась я. — Скажи, как спасти папу, и я сделаю это.

Леди Далия молчала. Ответа у нее не было.

Наспех пообедав, я удалилась в кабинет отца — исследовать записи. Спустя час ко мне постучалась Несса — зайдя с виноватым видом, она буркнула:

— Прости за то, что кричала.

Я подняла голову от бумаг.

— Ничего. Мы все не в себе сейчас.

— Как папа? — тихонько спросила она, усаживаясь в кресло.

— Плохо, — честно ответила я. Нессе можно было не врать — маме я преподнесла рассказ о моем визите в темницу значительно мягче, опустив некоторые детали. — Он просил меня ни в коем случае не исцелять короля.

— И ты это делаешь.

— Пока я ничего не сделала.

— Мелли, что, если король придет в себя и решит казнить отца? Ведь ты заключила сделку с принцем, а не с королем, — мудро заметила Несса.