Арчибальд Грейси – Правда о «Титанике». Участники драматических событий о величайшей морской катастрофе (страница 53)

Уильям Лукас, матрос (Бр.):

«Когда свидетель сел в шлюпку Энгельгардта D, вода поднялась до мостика. Когда они отошли примерно на 100 ярдов, послышался взрыв, а когда они прошли 150 ярдов, „Титаник“ затонул. Пришлось посадить на весла нескольких женщин. Руля в шлюпке не было. Гребли попеременно то с одной, то с другой стороны, чтобы отойти дальше. Свидетель видел тусклый красноватый свет на траверзе за кормой „Титаника“, милях в девяти, а также носовые огни. Свидетеля перевели на шлюпку № 12».

Дж. Харди, старший стюард второго класса (Ам., с. 587):

«Мы с мистером Лайтоллером спускали на воду эту шлюпку с пассажирами. Кроме меня, там находились старшина-рулевой (Брайт) и два кочегара. На дне шлюпки лежали сирийцы, пассажиры третьего класса; они всю ночь болтали на своем непонятном языке. В шлюпке находились около двадцати пяти женщин и детей. Когда нас спускали на воду, корабль сильно кренился на левый борт. Мы отошли от корабля и сколько-то времени гребли. Мистер Лоу велел нам пришвартоваться к другим шлюпкам, чтобы нас было лучше видно и мы могли дольше продержаться. Поскольку в его шлюпке был полный комплект пассажиров, он перевел в нашу около десяти человек, и в нашей шлюпке стало тридцать пять человек. Когда мы покидали корабль, не видели с нашей стороны ни женщин, ни детей. Спускать шлюпку на воду было некому. И мужчин-пассажиров тоже не было. Они ушли; куда, я не могу сказать. Когда мы спускались, находились не более чем в 40 футах от воды. Мы подобрали из воды мужа одной нашей пассажирки (Фредерик У. Хойт). Он прыгнул в воду и забрался в шлюпку после того, как мы ее спустили. Он сидел рядом со мной, промокший насквозь, и помогал грести.

Я очень уважал офицера Мэрдока и очень сожалею о его гибели. Мы вместе с ним шли по палубе на нос, и он сказал: „Харди, по-моему, кораблю конец“. Он сказал эти слова за полчаса до того, как мою шлюпку спустили на воду.

Сенатор Флетчер: Где находились все остальные пассажиры, 1600 человек?

Харди: Должно быть, они находились между палубами, на нижних палубах или с другой стороны корабля. Не представляю, где они были».

В своем письме ко мне Фредерик М. Хойт так описывает то, что он пережил:

«Я знал капитана Смита пятнадцать с лишним лет. В ту ночь мы с ним почти не разговаривали. Я выразил ему свое сочувствие в связи с несчастным случаем; я совершенно не рассчитывал на то, что спасусь, и мне не хотелось докучать ему вопросами, так как я понимал, что ему есть о чем подумать. Он предложил мне спуститься на палубу А и посмотреть, нет ли там шлюпки. Так я и поступил и, к своему удивлению, увидел, что шлюпка D все еще висит на шлюпбалке (с ее спуском произошла какая-то задержка). Тогда я подумал: если я прыгну и подожду, когда шлюпка коснется воды, они меня подберут. Так и произошло».

Хью Вулнер, пассажир первого класса (Ам., с. 887):

«…Я предложил Стеффансону: „Давайте спустимся на палубу А“. И мы спустились, но на палубе А никого не было. Я посмотрел по сторонам, но не увидел людей. Палуба оказалась совершенно пустой, и электрические светильники на потолке палубы А постепенно краснели; их свет превратился в мерцание, такое красноватое мерцание. И я сказал Стеффансону: „Здесь будет круто; давай выйдем в ту дверь на конце“. Когда мы вышли, палуба у наших ног была в воде. Тогда мы вскочили на планширь, готовясь прыгнуть в море, потому что, прожди мы еще минуту, уже не смогли бы вырваться. Посмотрев вперед, мы увидели складную шлюпку. Ее последнюю спускали по левому борту прямо перед нашими лицами.

Сенатор Смит: Насколько далеко?

Вулнер: Она находилась примерно в девяти футах.

Сенатор Смит: В девяти футах от палубы А?

Вулнер: Да.

Сенатор Смит: Вы видели, как спускали складную шлюпку?

Вулнер: Ее спускали; да.

Сенатор Смит: В ней находились люди?

Вулнер: Она была битком набита, кроме носа, и я сказал Стеффансону: „На носу никого нет. Давайте прыгнем туда. Вы первый“. Он прыгнул и упал в шлюпку, я тоже прыгнул и ударился грудью о планширь. Хорошо, что на мне был спасательный жилет, он смягчил удар. Я отскочил и схватился за планширь пальцами, но они соскользнули, и я упал назад.

Сенатор Смит: В воду?

Вулнер: Когда у меня опустились ноги, я почувствовал, что они в море.

Сенатор Смит: Вы совершенно уверены, что прыгнули на девять футов, чтобы попасть в шлюпку?

Вулнер: Приблизительно. Видите ли, к тому времени нам пришлось прыгать немного вниз.

Сенатор Смит: Вы прыгали вперед или вниз?

Вулнер: И так и так.

Сенатор Смит: И вперед и вниз?

Вулнер: Немного вниз и вперед.

Сенатор Смит: Должно быть, вам не пришлось преодолеть большое расстояние вниз, раз вода уже дошла до палубы А; наверное, вам пришлось прыгать вперед.

Вулнер: Главным образом вперед; однако шлюпка спустилась настолько, что мы могли заглянуть за край планшири.

Сенатор Смит: Вы подтянулись и сами вылезли из воды?

Вулнер: Да; и к тому времени, как я перекинул правую ногу через фальшборт, Стеффансон уже встал, подхватил меня и втащил в шлюпку.

У одной дамы (миссис Харрис) была сломана локтевая кость. Она была в белом шерстяном жакете. На рассвете офицер Лоу перевел пятерых или шестерых человек из своей шлюпки № 14 в нашу, из-за чего наша осадка увеличилась. После рассвета мы увидели множество айсбергов. Они казались разноцветными, когда на них попадало солнце. Одни выглядели белыми, другие синими, некоторые розовато-лиловыми, а остальные — темно-серыми. Был один зазубренный, с двумя пиками. Он показался мне очень большим; должно быть, его высота достигала ста футов.

„Карпатия“ подходила медленно, а потом остановилась. Мы посмотрели в ту сторону и увидели у борта шлюпку; поняли, что они ждут, что мы сами подойдем туда, что корабль не подойдет к нам, как мы надеялись. Потом мистер Лоу взял нас на буксир; на его шлюпке № 14 подняли парус. Сняв группу людей со шлюпки А — их было человек двенадцать, в том числе одна женщина, — мы пошли к „Карпатии“. В шлюпке был ребенок; один из тех маленьких детей, чьих родителей все искали (дети Навратил)».

Последними были две складные шлюпки Энгельгардта, А и В, которые находились на крыше офицерских кают. Их не спускали на воду; их смыло в океан волной. Выше я уже рассказал о ночи, которую провел на перевернутой шлюпке В. На ней находились второй помощник Лайтоллер, Джек Тейер, я и другие. После того как я записал собственные воспоминания, у меня появились другие источники информации, в том числе те, на которые я уже ссылался; думаю, что, несмотря на повторы, будет небезынтересно включить в настоящую главу историю этой шлюпки.

Шлюпка Энгельгардта В (перевернутая шлюпка)

Пассажиры: А.Х. Баркуорт, Арчибальд Трейси, Джон Б. Тейер-младший, 1-й класс.

Экипаж: второй помощник Лайтоллер, младший радист Брайд. Кочегары: Макганн, старший; главный пекарь Джокин; повара Коллинс, Мэйнард; стюард Уайтли;

«Дж. Хейген». Матрос Дж. Макгау (возможно). Два человека умерли. Тело одного перенесли на шлюпку № 12, а затем на «Карпатию». Возможно, он был кочегаром, но компания «Кунард» не сохранила сведений ни о нем, ни о его похоронах.

Ч.Г. Лайтоллер, второй помощник (Ам., с. 87, 91, 786):

«Я находился на крыше офицерских кают; больше ничего не оставалось делать. Когда нос корабля скрылся под водой, я развернулся и тоже прыгнул. Я находился практически посередине корабля, чуть ближе к правому борту. Меня отнесло назад к большому воздухозаборнику, вот такой формы (показывает), откуда воздух поступал в топки; но там есть решетка, к которой меня прижало водой. Я долго не мог всплыть. Сильной струей воды из выпускного отверстия меня выбросило наверх. Я всплыл над водой, но не успел отплыть далеко, когда меня снова утянуло под воду и прижало к решетке воздухозаборника. Насколько я понимаю, так же затянуло под воду полковника Грейси, потому что, когда корабль пошел ко дну, вниз хлынула вода.

Далее я очутился рядом с перевернутой шлюпкой. Это произошло еще до того, как „Титаник“ затонул. Потом упала труба; если кто-то находился с той стороны шлюпки Энгельгардта, труба угодила прямо на них. Корабль тогда еще не целиком ушел под воду. Корма поднялась над водой. Я слышал противоречивые отзывы — якобы взорвались котлы, вступив в контакт с соленой водой. Об этом говорят некоторые авторитетные люди, но вопрос о том, способна ли холодная вода вызвать взрыв паровых котлов, остается открытым.

У меня почти не было возможности плыть. Из-за падения трубы нас отбросило на значительное расстояние от корабля. У нас не было ни весел, ни других приспособлений для того, чтобы управлять перевернутой шлюпкой. Были обломки досок, но они оказались практически бесполезными.

На нашей шлюпке, как я уже говорил, находились полковник Грейси и молодой Тейер. По-моему, они были единственными пассажирами. Женщин на нашей перевернутой шлюпке не было. Все, кого мы извлекли из воды, около тридцати человек, были кочегарами и членами экипажа. Количество людей я оцениваю по собственным подсчетам и по подсчетам человека, который смотрел сверху, с мостика „Карпатии“».

На заседании следственного комитета в Великобритании тот же офицер свидетельствовал о следующем.

Приказали рубить найтовы других шлюпок Энгельгардта. Тогда было уже поздно, так как вода устремилась к шлюпочной палубе и не хватало времени спустить шлюпки. Тогда свидетель побежал к офицерским каютам по правому борту, чтобы посмотреть, что можно сделать. Дифферент на нос увеличился; корабль как будто нырнул носом вперед. Он прыгнул в воду и отплыл от корабля. Вода была такой холодной, что вначале он попытался выбраться из нее и залезть в «воронье гнездо», которое оказалось рядом. Его прижало к воздухозаборнику в носовой части; вниз хлынула вода, и его на какое-то время прижало к решетке. Потом его вытолкнуло оттуда, и он выплыл на поверхность рядом с шлюпкой Энгельгардта В, которую не спускали, а сбросили в воду. Затем сверху упала передняя труба. Спустя небольшое время после того он увидел, что на складной шлюпке стоят люди, около дюжины мужчин, и подплыл к ней. Тогда еще видна была третья труба; из воды постепенно поднималась корма «Титаника». Корабль не разломился и не мог разломиться пополам. Более того, перед тем как затонуть, его корма какое-то время стояла вертикально. У него сложилось впечатление, что тогда в той части кормы, которая еще не ушла под воду, не горели огни. Правда, кормовой отсек стоял на воде ровно. Свидетель все время внимательно наблюдал за кораблем. После того как корма встала под углом в 60 градусов, послышался грохот; он решил, что это паровые котлы сорвались с мест и с грохотом устремились вниз. Наконец, корма перевернулась перпендикулярно и стала медленно опускаться под воду. Он не слышал никакого взрыва, но примерно в то время заметил, что вода стала гораздо теплее. Рядом со шлюпкой Энгельгардта в воде появились люди. Утром, на рассвете, со шлюпки сняли двадцать восемь или тридцать человек. Их перевели на шлюпку № 12, и в ней стало семьдесят пять человек. Она последней подошла к «Карпатии». На следующее утро (в понедельник) он увидел несколько айсбергов, высотой от 50–60 до 200 футов, но ближайший находился примерно в 10 милях от них.