Апавен Мартиросян – 13 Королей Зодиака. Книга 1. Танец теней (страница 7)
В полумраке спальни из-под завесы драпировок просвечивала лежащая на постели фигура. Тури, стоящий рядом, был обнажён, его тело было освещено тусклым светом, пробивающимся сквозь витражи. Он осторожно подходил к кровати, и с каждым шагом образ в постели становился всё более чётким. Перед ним лежала та самая Марайя, дочь королевы знака Рыб – Аазлии, которая пряталась под обликом матери, чтобы вместе с сообщниками свергнуть власть. Она имела крайне неприятный вид: на её спине торчал крупный горб, а кожа была бледна и покрыта язвами, что добавляло её несоразмерному телу ещё больше уродства. Лицо, лишённое привычной глазу симметрии, с искажёнными деформированными чертами и неестественно изогнутые губы говорили о множестве страданий, пережитых их обладательницей.
Как ни странно, Тури ничуть не смущало её уродство. Ночь окутала их, тела слились воедино, создавая резкий контраст прекрасного и ужасного.
На рассвете, когда первые лучи солнца пробивались сквозь утренний туман и окутывали лес своим мягким светом, природа просыпалась в своем великолепии. На фоне этого идиллического пейзажа разворачивалась далеко не умиротворяющая сцена: охотничьи собаки окружили гигантского медведя, чья мощь могла бы напугать любого. Отбиваясь от атакующих со всех сторон собак, он встал на задние лапы, отчего его массивное, покрытое густой тёмной шерстью тело казалось ещё огромнее.
За деревьями маячили фигуры всадников. Тури, выделяющийся на своем белогривом коне, возглавлял этот внушительный отряд рыцарей. Его белоснежный плащ с эмблемой знака Рыб трепетал на ветру. В глазах пылала кровожадность, а руки крепко сжимали арбалет, готовый к выстрелу.
Немного позже в городе раздался звонкий цокот копыт: король Тури въезжал в него верхом на своём коне. За королём следовали его преданные рыцари и повозка, где лежали трофеи: три мёртвых оленя, рога которых поднимались высоко вверх, и грозная фигура убитого медведя – как свидетельство победы над силами дикой природы.
Рядом с Тури ехал на коне его личный страж Валарий. Его стройное телосложение и длинные волосы придавали ему привлекательный вид, но взгляд его был не менее кровожаден, чем у господина. Валарий был не только защитником короля, но и его ближайшим другом и советником.
Горожане, опуская глаза, отворачивались от короля, демонстративно показывая своё недовольство. Валарий, заметив их неподобающее поведение, слез с коня, вытащил меч из ножен и вместе с рыцарями силой поставил первого попавшегося горожанина на колени.
– Приветствуй своего короля и покровителя как следует! – произнёс он с угрожающей настойчивостью, приставив меч так близко к его горлу, что лезвие едва не касалось кожи.
Горожанин упрямо продолжал молчать, будто не слышал приказа военачальника. Другие жители города испуганно стояли в стороне и с волнением смотрели на происходящее. В этот момент из толпы выскочила маленькая девочка. Ей было чуть больше десяти лет. Со слезами на глазах она отважно подбежала к своему отцу, над головой которого нависло лезвие меча, и попыталась защитить его. Рыцарь короля Тури оттолкнул её в сторону, но она вернулась и упорно продолжала оборонять отца, заслоняя его своим хрупким телом.
С тревогой в голосе горожанин велел дочери:
– Уходи отсюда, Мари!
Но девочка продолжала крепко обнимать его.
– Сначала я отрублю ей голову, чтобы ты это увидел, а потом займусь тобой! – сурово произнёс Валарий, занося меч над головой девочки.
Испуганный горожанин простёр руки к Тури и стал молить:
– Прошу, мой лорд, простите меня, это больше не повторится! Не трогайте мою дочь!
Тури жестом приказал Валарию остановиться. Он слез с коня и неторопливо направился к ним. Подойдя к девочке, он наклонился к ней и осторожно поднял её на руки. Она вся дрожала от страха. Король прижал её к груди, демонстрируя свои добрые намерения, но подданные слишком хорошо знали характер своего повелителя, и этот жест только усилил трепет в их сердцах.
– Не бойся, малышка, – произнёс Тури мягким, успокаивающим голосом, – я не позволю навредить вам.
– Прошу вас, пощадите мою дочь! Накажите меня, я был не прав! – со слезами на глазах умолял горожанин, обращаясь к королю.
Тури, опустив девочку на землю, обратился к нему со снисходительной улыбкой:
– Встань! – Он картинно протянул руку и помог крестьянину подняться. – Я прощаю вас! Более того – я хочу поделиться с вами результатом своей охоты. Сегодня была великолепная добыча, – сказал Тури всем присутствующим. Затем, обращаясь к своим рыцарям, он добавил: – Отдайте им одного оленя!
Рыцари, исполняя приказ короля, вытащили из повозки тушу оленя и передали горожанам, которые приняли дар с благодарностью и восхищением.
Тем временем Тури с надменной улыбкой на лице повёл своих рыцарей к замку. Его поступь была величественной и уверенной, словно он возвращался с великой победой.
Софилия очнулась в загоне, где среди клочков шерсти и крови лежали мёртвые овцы. Её облик, до того отвратительный и жуткий, преобразился: лицо стало румяным, а кожа естественной, словно она избавилась от власти тёмных сил. Оглядываясь вокруг, она отчаянно пыталась понять, где находится и что случилось. Но воспоминания ускользали от её разума, несмотря на попытки ухватиться за них. В её душе смешались ужас и непонимание, а мир вокруг казался чужим и пугающим.
Взгляд Софилии упал на того самого крестьянина, чей загон она разорила. Сердце её застыло от ужаса: он превратился в омерзительное существо. Его лицо было обезображено, гниль и разложение источали тело. С хриплым рычанием он рвал плоть животных, поглощая её с неописуемой жадностью. Но что было ещё удивительнее – он не обращал никакого внимания на Софилию, которая находилась в оцепенении.
Наконец Софилия тихонько встала с земли и направилась к стоящему неподалёку дому, надеясь на помощь его хозяев. Однако, войдя внутрь, она увидела, что дом пуст. Было очевидно, что хозяин дома – тот самый крестьянин. Не теряя времени, Софилия нашла немного еды и тёплую одежду и поспешила покинуть это место.
Она шла сквозь лес куда глаза глядят, и внутри её головы вновь раздавался ужасающий голос:
«От судьбы не уйти!»
Этот голос не давал Софилии покоя. Она продолжала свой путь с чувством, что некая неведомая сила следит за ней и что её злоключения только начинаются.
Возле замка царило напряжённое ожидание. Здесь собрались рыцари и придворные, горожане и крестьяне из окрестных земель. На высоком троне, словно обременённый тяжестью дней, сидел истощённый король Исидор, чьи последние дни, казалось, уже сочтены. Рядом с ним, полный волнения, сидел Приам, а верный советник Ливий стоял неподалёку. Все взгляды были направлены на короля в ожидании его слов. В этот момент многие осознавали, что близится конец эпохи и начинается новый этап в истории королевства Близнецов.
Исидор обратился к Ливию:
– Пришло время! – Голос короля, несмотря на его физическую слабость, звучал решительно.
Ливий вышел перед народом; в его руках сверкала корона. Толпа заволновалась, предвкушая начало коронации. Ливий, стоя перед собравшимися, торжественно произнёс:
– Приам, второй король знака Близнецов, подойди ко мне!
Мальчишка, преисполненный трепета, встал и двинулся вперёд к Ливию. С каждым шагом его дыхание становилось всё более бурным.
– Готов ли ты защищать свой народ и королевство, служа им во благо? – с торжественной серьёзностью спросил Ливий у Приама.
– Да, – взволнованно ответил тот.
– Будешь ли ты преданно блюсти порядок стихии воздуха?
– Да. Я буду преданным и мудрым, честным и справедливым. В день, когда я нарушу свою клятву, я откажусь от короны и от дома, лишусь титулов, имени и семьи, – произнёс Приам клятву королей знака Близнецов.
Весь народ напряжённо наблюдал за церемонией, и большинство было разочаровано выбором наследника. Будущий король Близнецов Приам был ещё ребёнком, и этот неожиданный поворот событий вызывал у всех смешанные чувства.
– Сегодня начинается новая эра королевства Близнецов! Властью, данной мне королём… – Ливий не успел завершить свою речь, как голос Рафаэля прозвучал над толпой, прервав коронацию.
– Я против! – заявил он, заставив всех вздрогнуть. – Приам ещё слишком мал, и я не позволю возлагать на моего сына такое бремя, – с этими словами Рафаэль решительно направился к трону.
Взгляд Исидора был полон гнева и раздражения, а все присутствующие замерли в ожидании. Ливий вмешался, стремясь предотвратить конфликт между отцом и сыном:
– Рафаэль, нельзя идти против предназначения. Это как река, несущая нашу жизнь вперёд к неизвестным берегам. Мы лишь должны учиться плавать в этом потоке.
– Ты говоришь о реках… Тебе ли не знать, что они высыхают в жаркую пору? А время грядёт сейчас тяжёлое. Все только и говорят о смерти Дарола от рук Гаро. Пришёл конец перемирию! – на этих словах Рафаэль повысил голос, устремив взгляд на своего отца. – Как ребёнок может одержать победу в войне? Как он сможет вести своё войско? Тебе всегда было безразлично, что станет со мной. Ты лишь заботился о своём зодиакальном наследии. Но я не дам тебе погубить моего сына!
Речь Рафаэля вызвала всплеск волнений в толпе, и среди горожан послышались тревожные шепотки.