Апавен Мартиросян – 13 Королей Зодиака. Книга 1. Танец теней (страница 6)
Шипящий голос, звучащий в её разуме, вёл её, как куклу на нитях, и всё дальше уводил от Парамона, в котором ей теперь угрожала опасность быть уничтоженной воинами Палади: «Беги… Беги…»
На пути ей попался загон, в котором мирно паслись овцы. В её глазах вспыхнула жажда крови. Шорох ветра сопровождал её шаги, когда она медленно приближалась к беспомощным животным, словно зловещая тень, нависшая над ними.
С мерзким удовольствием она напала на одну из овец, впившись в неё зубами. Жалобный овечий крик, полный ужаса, прорезал тишину и повис над долиной.
Тут же из хижины, стоявшей неподалеку, вышел крестьянин, владелец загона. Услышав шум, он в спешке направился к месту, откуда доносились звуки. С каждым шагом его сердце билось всё чаще, предчувствуя надвигающуюся опасность. Но прежде чем он успел что-то понять, Софилия резко повернулась и стремительно атаковала его.
Замок на вершине горы был величественен и монументален. Его каменные стены, будто стражи времени, стояли непоколебимо, сверкая под лучами солнца. Стройные башни вздымались к небесам, словно стремясь достичь облаков.
В зале с высокими колоннами, на которых были изображены узорами вихри и облака, проходила встреча правителей знаков стихии воздуха.
Гегард, король знака Водолея и владыка Севера, внушительная фигура в этом собрании, сидел за массивным дубовым столом в центре зала. Он был мужчиной средних лет с лысой головой и лицом, обрамлённым пышной бородой, а следы шрамов на нём рассказывали о множестве пережитых сражений и тяжёлых годах. Его тело было огромным и могучим, будто созданным для того, чтобы выдерживать самые жестокие морозы северных земель. Широкие плечи и мощные руки, обнажённые до локтей, свидетельствовали об исключительной силе. На его коже были видны нательные узоры, изображающие символы Водолея и стихии воздуха, а также могучих зверей, олицетворяющих его королевство. Мех белого медведя, накинутый на плечи короля Гегарда, придавал ему вид грозного дикаря. В руках он держал массивный топор, чьё острое лезвие посверкивало в тусклом свете свечей.
Рядом с ним сидела главнокомандующая армией, женщина неописуемой красоты – Афия. Её внешность буквально пленяла сердца мужчин, однако за этим прекрасным обликом скрывалось нечто совсем иное. Те, кто осмелятся перейти границы её терпения, могут оказаться на волоске от смерти. В отличие от своего короля, в её образе не было суровости и дикости северных земель. Её стройная фигура была облачена в доспехи, искусно выкованные из лёгкого металла, которые не только защищали, но и позволяли свободно двигаться. Длинные волосы, заплетённые в плотную косу, ниспадали по спине, а на прекрасном лице привлекал внимание твёрдый взгляд.
Гегард тяжело вздохнул, на его лбу выступили капли пота. Его меховая накидка в эту жару оборачивалась настоящей пыткой. Он повернулся к Афии и недовольно произнёс:
– Жарко здесь, однако!
Афия, осмотрев Гегарда с ног до головы, саркастично ответила:
– Разве? А я думала, что ты планируешь поразить всех ароматом своего пота.
Гегард невольно принюхался к своей подмышке. Афия, наблюдавшая за ним, не могла не заметить его странный жест и сказала с лёгкой усмешкой:
– Не переживай, мы уже привыкли. – Её слова прозвучали одновременно иронично и успокаивающе.
Небольшая пауза повисла в воздухе, затем лёгким, почти игривым тоном Гегард произнёс:
– Король должен выглядеть могущественно.
К Гегарду тихонько приблизился опоздавший советник трона – Гамор. Этот мужчина средних лет сразу производил впечатление хитроумного и скользкого человека. Он совсем не походил на северного человека: его смуглая кожа говорила о его южном происхождении.
– Я ничего не пропустил? – спросил он.
– Даже на похоронах больше веселья. Где тебя носило? – шёпотом упрекнул его Гегард.
Гамор, присев рядом, наклонился ближе к королю, чтобы их разговор остался между ними.
– Мне случайно довелось подслушать разговоры местных жителей. Похоже, надвигается нечто ужасное, – озадаченно произнёс он; голос его звучал тихо, но весомо.
Едва заметно улыбнувшись, Гегард ударил ладонью по массивному топору, который стоял прислонённым к столу, и произнёс с энтузиазмом:
– Ну хоть что-то интересное!
Его голос, полный бодрости, привлёк внимание королевы знака Весов – Ейсии, сидящей неподалёку.
Их взгляды встретились. Гегард слегка кивнул в знак приветствия.
Ейсия, королева Весов, в самом расцвете своей красоты, была воплощением грации и достоинства. Её одеяние являло богатство и великолепие: платье из изумрудного бархата, украшенное золотыми нитями и изысканными драгоценностями, идеально облегало её стройную фигуру. Бриллианты в роскошной короне переливались, словно звёзды в ночи на небесном своде. Чёткие контуры её лица и безупречно белая кожа вызывали восхищение. Она внимательно наблюдала за происходящим на заседании, словно взвешивая каждое слово и действие.
Двери тронного зала медленно открылись, и в зал вошли хранители осколка Меча стихий. На них были надеты длинные серебристые мантии. Не торопясь, они подошли к возвышению в конце зала, где располагались почётные места, и заняли их. Габриэль, старший верховный хранитель осколка, возвысил голос, обращаясь к присутствующим:
– Приветствую вас, владыки знаков зодиака и защитники стихии! Как вижу, не все ещё собрались.
Ейсия с лёгкой иронией посмотрела на пустующее место короля Исидора и произнесла:
– Видимо, король Исидор снова потерялся в своих размышлениях. – Все, за исключением хранителей, не смогли сдержать смех. – Полагаю, нам стоит начать без него. С какой целью вы собрали нас? – продолжила она, обращаясь к хранителям.
В этот момент в тронный зал вошел советник короля Исидора Ливий в сопровождении отряда из пяти рыцарей и их командира.
– Доброго дня, короли и хранители. Прошу прощения за своё опоздание, – сказал Ливий.
Уллис, второй хранитель осколка, пронзительно взглянул на Ливия и спросил:
– А где же король Исидор?
Ливий мрачно вздохнул:
– Как вы, вероятно, уже знаете, король Исидор находится в плачевном состоянии, и ему сейчас крайне тяжело передвигаться. Мне было поручено присутствовать здесь вместо него.
Беллона, третья хранительница осколка, возмущённо подняв бровь, уточнила:
– А что же принц Рафаэль?
– Он занят важными королевскими делами, – ответил Ливий.
– Что может быть важнее, чем собрание хранителей и королей? – с недоумением поинтересовался первый хранитель Габриэль.
– Прошу прощения, первый хранитель, но нет смысла допрашивать меня о делах короля и принца. Я всего лишь их преданный слуга, – произнёс Ливий с уважением к своим властителям.
Как будто подливая масла в огонь, Гамор обратился к Ливию:
– Я случайно услышал, что у вас скоро должна состояться коронация и принц Рафаэль не является подходящим кандидатом на трон.
Ливий пронзил Гамора взглядом, словно острым клинком, и сказал:
– Мне тоже случайно стало известно, что прежде, чем вы оказались среди северных народов и заняли почтенную должность, вы были игрушкой лордов южной части земли знака Льва. Ах, простите, я совсем забыл, что северные народы не одобряют такие наклонности.
Гегард и Афия обменялись удивлёнными взглядами. Глаз Гамора невольно дёрнулся, словно в нём отозвались воспоминания о былых временах, оставивших глубокую рану в его душе. Слегка усмехнувшись, он произнёс сквозь сжатые зубы:
– Жизнь непредсказуема: никогда не знаешь, где окажешься завтра. Но одно я знаю точно: то, во что мы искренне верим, и станет нашим будущим, – в его тоне прозвучала едва заметная угроза.
– Хватит! – устало прервал его Габриэль, а затем, повернувшись к Ливию, добавил: – На верховном совете короли знаков воздуха должны присутствовать обязательно. – Он сделал паузу, чтобы убедиться, что каждое слово доходит до собеседника. – Займите место в зале и передайте всё, что будет сказано и услышано, королю Исидору.
Ливий склонил голову в знак повиновения и, сурово взглянув на Гамора, занял место короля Исидора.
Габриэль обратился к присутствующим:
– Ветер принёс слухи о грядущей ужасной войне. Мы все находимся в большой опасности, и речь идет не о войне знаков, а о Змееносце.
Эти слова, как ветер, мгновенно вызвали волну шёпота среди присутствующих. Тронный зал, ранее наполненный лишь пустыми разговорами, теперь гудел звуками живого интереса.
Ейсия удивлённо произнесла:
– Змееносец… Его душа давно уничтожена!
Беллона, третья хранительница осколка, с тревогой возразила:
– А может, и нет. Никто его не видел после того, как раскололся Меч стихий.
Её слова вызвали новый всплеск обсуждений.
Спустя некоторое время, когда корабли знака Весов уже готовились к отплытию обратно в своё королевство, Гегард стоял у алтаря, на котором возлежал осколок Меча стихий, принадлежащий воздуху. Лёгкие блики света играли на поверхности заключающего неимоверную силу и древнюю мудрость артефакта.
Гегард застыл в тишине древнего святилища, а взгляд его был полон сосредоточенности, словно он пытался проникнуть в тайны, скрытые за тысячелетиями.
Покои Азалии были выдержаны в светлых тонах, где каждый оттенок напоминал мягкую волну моря. Кровать, изысканно украшенная, была центральным элементом комнаты. Постельное бельё и занавесы, подобно морскому прибою, плавными складками опускались к полу.