Апавен Мартиросян – 13 Королей Зодиака. Книга 1. Танец теней (страница 11)
После пира в полумраке одной из гостевых комнат у витражей появился силуэт той, которую все принимали за Азалию. Однако, когда лунный свет озарил ее фигуру, морок рассеялся: уродливая Марайя стояла у окна и смотрела вдаль.
За окном открывался мрачный пейзаж: вдали виднелся древний замок, который плотной пеленой окутали серые тучи, скрывая от него свет. Когда-то это был замок Змееносца Бальмонда – правителя одного из объединённых королевств, – могущество которого ушло в прошлое. Теперь среди обломков старинных башен лишь ветер напоминал о былом величии, шепча истории о славных временах и падении.
Тишина в комнате внезапно была нарушена едва слышным стуком в дверь. Марайя, погружённая в свои размышления, резко подняла голову. В её глазах мелькнуло беспокойство. Не теряя времени, она быстро вытащила из потайного кармана маленькую колбу с густым тёмным зельем. Марайя быстро откупорила сосуд, на мгновение задержала дыхание и выпила содержимое до последней капли.
Лицо её стало меняться: черты разгладились, стали более утончёнными и мягкими, кожа обрела сияние и ровный цвет, исчезли все шрамы и уродства. Даже её осанка изменилась: она стояла в грациозной позе с величавым спокойствием, присущим Азалии.
Когда трансформация завершилась, перед зеркалом была уже не Марайя, а идеальное подобие королевы знака Рыб. Однако в глубине её глаз всё ещё можно было уловить холодный блеск, выдающий её истинную сущность. Сохраняя полное спокойствие, она подошла к двери и, открыв её со скрипом, обнаружила стоящего на пороге Сирила. Нарушив её уединение, он поспешно пригласил лже-Азалию присоединиться к королеве Такири, ожидавшей её в тайном месте.
Они шли по тёмным изгибающимся туннелям, хранящим неприглядные секреты города. В этой подземной части единственным источником света были факелы, пламя которых едва справлялось с тьмой. В противоположность великолепию города наверху, эти коридоры вели к мрачным тайнам в его недрах.
По мере продвижения Марайи и Сирила становилось просторнее, свет факелов рассеивался всё шире, озаряя пространство впереди, и наконец перед ними открылся склеп со множеством саркофагов. Среди них выделялась особая скульптура, украшенная символами и древними знаками. Здесь уже находилась Такири. Она приблизилась к монументу и с волнением коснулась его:
– Отец… Первый король знака Скорпиона – Фурион… Ты многое сделал вместе с Бальмондом для сохранения баланса, но преданность твоя в итоге погубила тебя.
В глазах Марайи промелькнуло удивление, что было не свойственно характеру королевы Рыб. Заметив это, Такири сказала:
– Ты выглядишь так, словно слышишь об этом впервые.
– Нет, просто мне трудно осознать эту горькую правду, – ответила та голосом Азалии, хотя в глазах всё читалась растерянность Марайи.
Такири на мгновение задумалась, затем продолжила:
– Война знаков – лишь прикрытие, главная борьба происходит в тишине и тайне, и ты – часть её.
Марайя столкнулась глазами с ледяным взглядом Сирила, притаившегося в тени, и ей стало ясно, что без великих жертв не обойтись.
Ароздар гордо возвышался среди бескрайних заледенелых равнин, словно сама природа вырезала его из вечного льда. Его стены, сверкая кристаллическим блеском, отражали холодный свет зимнего солнца. Купола башен стремились ввысь, словно соперничая с заснеженными вершинами, тянущимися до горизонта.
В этих ледяных краях жизнь кипела, несмотря на суровость климата. Горожане оживлённо трудились: кто-то заготавливал дрова, кто-то чинил рыболовные сети, а дети смеялись, катаясь по льду на замёрзших водоёмах. Мороз, казалось, был для них лишь частью повседневного быта. Они привыкли к холодному дыханию зимы и научились жить в гармонии с ним, превращая северную землю в свой дом.
Посреди бурной суеты, царившей вокруг, на снегу мирно сидел старец. Его фигура была укутана в изношенную меховую мантию, на которой время оставило свои следы. Голова его была низко опущена, черты лица скрывал капюшон. Лишь седые длинные волосы и густая борода, напоминавшая серебристую пену, спадали из-под него. Не обращая ни на кого внимания, он пел песню, и она выдавала его раненую душу:
– Не надо, не плачь: всё пройдёт, как туман,
Откроется миру забытый твой храм.
Слезами не смоешь ни боль, ни печаль,
А сердце найдёт для надежды причал.
Не надо, не плачь: боль исчезнет, как тень,
За ночью придёт долгожданный тот день.
Закроешь глаза – ветер всё унесёт,
И сердце покой в тишине обретёт…
Внезапно один из торговцев морепродуктами, стоявших неподалёку, схватил старика за шиворот и с силой опрокинул на землю. Его голос был хриплым и злым:
– Хватит нагнетать, и так тошно!
Старец с трудом встал на ноги и, не произнеся ни слова, удалился. Окружающие смеялись, глядя ему вслед.
В самом сердце столицы, как олицетворение человеческого величия, возносился королевский замок. Его мрамор, украшенный резными гербами, сиял под лучами солнца. Внутри в просторном тронном зале с высокими сводчатыми потолками и витражами, отбрасывающими радужные отблески на пол, на троне восседал Гегард. Рядом с ним стояли Афия – главнокомандующая армии Водолея – и советник Гамор, облачённый в длинную мантию глубокого синего цвета.
– Мой король, люди последуют за вами хоть на край света, но стоит ли ввязываться в войну, которая до нас даже не дойдёт? – обратился Гамор к своему властелину.
Гегард немного откинулся назад и устремил взор вдаль, словно вспоминал что-то из далёкого прошлого.
– Когда-то так же думала и моя мать… – произнёс он с заметной горечью.
– Однако её враг стал союзником. А ваши союзники сейчас, похоже, скептически относятся к догадкам хранителей.
Гегард выпрямился, его голос стал твёрже:
– Мы не можем игнорировать конфликт Овна и Тельца. Этот огонь может разжечь всеобщую войну знаков.
В разговор вмешалась Афия:
– Гамор прав. Нам не с кем объединяться. Исидор – обезумевший старик на грани смерти, а Ейсия бережёт свой нейтралитет и не намерена вмешиваться.
Гегард ненадолго задумался, затем махнул рукой, завершая спор:
– Потом продолжим. Приглашайте людей!
Стражники, стоявшие у входа в тронный зал, синхронно шагнули вперёд, распахивая тяжёлые створки. За порогом уже собрались горожане в ожидании своей очереди предстать перед королём. Каждый из них пришёл с надеждой на помощь и поддержку. Стражники, сдерживая толпу, впускали людей по одному, бдительно следя за порядком. Одни из горожан держали в руках свитки с прошениями, другие излагали свои нужды на словах.
Когда силы Гегарда были почти исчерпаны, а терпение иссякало, перед ним появился старец. Хрупкая фигура просителя казалась почти призрачной на фоне массивных стен зала. Гегард пристально вглядывался в незнакомца.
– Чем я могу помочь тебе? – спросил он устало.
– Можно ли поговорить с вами наедине?
Слова старца насторожили стражников и Афию. Они мгновенно выхватили мечи из ножен. Окинув их спокойным взглядом, старец добавил:
– Это моя помощь нужна вам.
В зале воцарилось изумление, каждый присутствующий недоумевал, что имел в виду старик.
ГЛАВА 3. ПЕРВЫЕ КОРОЛИ
Архитектурные шедевры столицы Ливы-Рос утопали в солнечном сиянии. Золотистая аура окутывала город, когда его касались первые утренние лучи. Узкие улочки кипели жизнью, горожане вели оживлённую торговлю свежими продуктами, одеждой и разнообразными травами на рыночных площадях.
За крышами города виднелся старинный замок, за которым шумело море. Его башни с острыми шпилями терялись в облаках, а массивные стены, покрытые зелёным мхом, казались древними стражами, хранящими тайны столетий.
Во дворе замка на утоптанной площадке для состязаний Бальмонд и Фурион вели напряжённый тренировочный поединок.
Бальмонд, первый король знака Змееносца и Хранитель четырёх стихий, был рыжеволосым мужчиной немного за тридцать со стройным телосложением и проницательными голубыми глазами. В его руках был меч, сплавленный из четырёх фрагментов, каждый из которых олицетворял одну из стихий – землю, воду, огонь и воздух.
Фурион – первый король знака Скорпиона, больше шести футов ростом и мускулистый, – также был чуть старше тридцати. Его карие глаза блестели из-под густых чёрных волос, спадающих до плеч.
Фурион стремительно атаковал, нанося удары мечом под разными углами и одновременно вызывая кислотный дождь над Змееносцем. Однако Бальмонд, владея стихией земли, создал защитный барьер, укрывшись от дождя, а затем, используя силу воздуха, поднял Фуриона на высоту замковых стен и плавно опустил обратно. Бой продолжался, и положение Фуриона было крайне трудным в этой неравной схватке. Змееносца же забавляли упорство и стойкость Скорпиона. В конечном итоге Бальмонд связал Фуриона тёмной энергией, принявшей облик змей, и остановил бой. Но в его глазах не было триумфа – только уважение к своему другу. Вымотанный Фурион протянул руку Бальмонду, который помог ему подняться.
– Я даже не смог до тебя дотянуться, – сказал Фурион с нотками разочарования и восхищения в голосе.
Бальмонд с улыбкой принял комплимент:
– Сегодняшний бой был непростым. Мне пришлось задействовать много сил, чтобы тебя остановить.