Анжелика Меркулова – Маруся и кот Баксик (страница 1)
Анжелика Меркулова
Маруся и кот Баксик
Пролог.
Ластик стёрся до дырки. Молоко пахнет счётчиком за свет.
Маруся считает копейки, как звёзды – их мало, но они есть.
Однажды во дворе она встречает кота. Но не простого – с глазами, как старые банковские книжки, и хвостом, который виляет, будто считает проценты. Он говорит: «Я – мистер Бакс. Бывший символ достатка. Ныне – бездомный финансовый практик».
Он знает, где деньги прячутся не под ковром, а в нашем разуме.
Знает, почему леденец сегодня – это сломанная игрушка завтра.
Умеет превращать «не хватает» в «дождусь».
Они заключают сделку: он – учит семью Маруси говорить с деньгами по-честному,
а она – даёт ему дом, где тепло не только от батареи, но и от любящего сердца.
Они кладут монеты в банку с надписью «на мечту».
Говорят «нет» шоколадному зайцу.
И понимают: богатство – это когда хватает не только на рыбу, но и на то, чтобы ею поделиться.
Эта история – не про копилки.
Про то, как обладать капиталом внутри, даже если в кармане – только пуговица от пальто.
Глава 1. Котлета для кота.
Маруся подперла щёку ладонью, глядя в окно. За стеклом шевелились молодые листочки, а ветер гонял по небу пушистые облака словно кошачью игрушку, которую ее бабушка, Валентина Дмитриевна, когда-то сшила на заказ из старого свитера.
– Мария Семёнова, – раздался усталый голос учительницы, – ты снова витаешь в облаках?
Нерадивая ученица вздрогнула и поспешно уткнулась в учебник. Преподаватель математики – Ольга Петровна – стояла у доски с мелом в руках, но казалось, будто она сама вот-вот рассыпется в пыль от скуки. Глаза её смотрели куда-то поверх голов учеников, а голос монотонно бубнил:
– Итак, задача. Если у Маши есть пять рублей, а у Пети – три…
«Опять эти задачи, – подумала Маруся. – Как будто кому-то важно, сколько у кого выдуманных рублей! Если б за это настоящие давали…»
Школьница сидела за второй партой у окна. За спиной у неё шуршали, хихикали и обменивались записками Катюша и Лиза, а спереди важно поправлял очки Димка, самый умный в классе, которому даже трудно было не знать ответ.
Она украдкой взглянула на свои дневник. На странице красовалась жирная тройка – бабушка после этого целый вечер ворчала, что «без учёбы ты так и останешься ни с чем». Но внучка знала: мама, например, училась на одни пятёрки, даже университет закончила с красным дипломом, а теперь целыми днями пробивает чеки в магазине и грустно вздыхает, пересчитывая мелочь в кошельке.
«Значит, дело вовсе не в оценках», – решила девочка и снова уставилась в окно.
А там плясали первые настоящие весенние лучи – такие яркие, что казалось, будто солнце решило наверстать всё, что упустило за долгую зиму. Лёгкий ветерок пробирался сквозь приоткрытую раму их кабинета на третьем этаже, шевелил страницы тетрадей и играл с ленточкой в хвостике Маши. Он веял свежей землёй, молодой травой и обещанием каникул, которые уже маячили на горизонте, как заветный остров посреди бескрайнего школьного океана экзаменов и контрольных.
Но внутри класса 4 «Б» было тихо, как в библиотеке после закрытия. Только монотонный голос учительницы медленно плыл над партами, будто старая лодка по замусоренному пруду.
– Итак, ребята, – продолжала Ольга Петровна – чтобы найти площадь прямоугольника, нужно длину умножить на ширину. Повторим ещё раз…
Она произнесла это так уныло, будто и сама не верила, что кому-то из них это когда-нибудь пригодится.
А Маруся со скучающим видом все также смотрела в окно. Там, за стеклом, мир был живым: воробьи дрались за крошки хлеба, голуби важно расхаживали по подоконнику соседнего дома, а на той самой клумбе, за которой школьники ухаживали прошлой осенью, наконец показались первые зелёные ростки.
«Почему мы должны сидеть здесь, когда там так весело? – рассуждала она. – Ведь математика – это хорошо, конечно, но кто вообще считает площадь клумбы? Разве что, если захочешь построить на ней бассейн для карпов».
Ольга Петровна ходила вдоль рядов, поправляя высокий воротник на своём строгом платье – сером, как облачко перед дождём. У неё были русые волосы, собранные в низкий пучок, круглые очки и взгляд, в котором давно погас огонёк интереса. Она читала задачу про фермера, который строил забор вокруг поля, но делала это так устало, будто сама была этим отчаявшимся строителем, уже сто лет подряд колотившим гвозди в бесконечную ограду без начала и конца.
Девочка вздохнула. Ей было немножко жаль учительницу. Почему-то Марусе казалось, что раньше она улыбалась чаще. Может, когда та сама была девочкой, тоже мечтала стать кем-то значимым – актрисой, путешественницей или даже космонавтом. А теперь просто… существовала. Как будильник, который каждый день звенит в одно и то же время, даже если никто не хочет просыпаться.
«Интересно, – думала Маруся, – а взрослым бывает так же скучно, как нам на этих уроках?»
У неё в душе возникло странное чувство – не то тревога, не то тоска. Оно появлялось каждый раз, когда ученица получала тройку. А вчера она как раз принесла домой очередную – за контрольную по математике.
Тройка. Простая цифра. Но для бабушки – словно удар грома.
– Мария! – вспоминала Маруся восклицания строгой старушки, едва увидевшей внучкин дневник. – Опять тройка?! Что за безобразие? Я ведь тебе сто раз говорила: учись хорошо, иначе всю жизнь будешь мыть полы!
Валентина Дмитриевна была женщиной старой закалки: каждое утро – зарядка, вечером – «Вести», а в выходные – обязательная уборка с тряпкой и уксусом. Она верила, что порядок во внешнем мире рождает порядок внутри. И что хорошие оценки – единственный билет в светлое будущее.
– В моё время, – любила повторять она, – если получила тройку, мама сразу знала: будет ремень!
Но Маруся знала другое. Она видела, как мама, Людмила Александровна, закончив школу с отличием, поступила в университет, стала бухгалтером… и теперь работала простым кассиром. И каждый день с утра до вечера ее не было дома, возвращалась она уставшая, с тяжёлыми сумками, а в глазах не было радости.
«Если быть отличницей – это значит быть такой же грустной, – думала Маша, – тогда лучше быть просто… собой».
Она не была ни самой красивой, ни самой популярной. У неё были обычные светлые волосы, заплетённые в два хвостика, простые цветные ленточки, купленные в «Детском мире», которые мама утром завязывала бантиками. На перемене Маруся часто стояла в стороне, наблюдая, как другие болтают, смеются, показывают друг другу новые гаджеты.
Особенно ей было завидно смотреть на Сонечку Волкову – девочку из богатой семьи, которая приходила в школу в новых нарядах почти каждый день. Сегодня у Сони были туфли с блестками, вчера она всем демонстрировала новый рюкзак от известного бренда, а позавчера получила в подарок от родителей настоящий iPhone последней модели. Она показывала его на перемене, рассказывая, как играет в «Роблокс» с друзьями из других стран.
У Маши тоже был телефон. Мама купила его на день рождения – новый, синий, с камерой. Маруся очень ее любила и не хотела расстраивать. Но купленный смартфон мог запускать не все игры, и иногда зависал, когда ей хотелось посмотреть мультик. А интернет загружался медленно, как черепаха, которая решила покорить марафон.
«Наверное, – думала Маша, – если бы у меня был такой же телефон, как у Сонечки, я бы тоже была крутой. Одноклассники бы меня замечали. Ценили. Может, даже стали бы со мной дружить».
Но вслух она этого не говорила. Мама и так старалась. Очень. Каждый день она приносила домой пакет с продуктами. Иногда дочка видела, как Людмила сидит вечером за кухонным столом, смотрит в окно и молчит. А потом произносит:
– Всё будет хорошо, Машенька. Обязательно будет.
Но голос у неё при этом такой, будто она сама в сказанное не очень-то верила.
Звонок прозвенел, как маленькое спасение. Ольга Петровна даже не закончила предложение – просто махнула рукой, будто и сама была рада, что этот урок наконец-то кончился.
– Ура! Обед! – радостно закричали ребята, хватая рюкзаки.
Маруся потянулась за своим контейнером – бабушка, как всегда, положила ей куриную котлетку с картошечкой. Даже холодные, они были самыми вкусными на свете. Пальцы девочки нащупали в рюкзаке гладкий пластик, и она уже собиралась открыть крышку, как вдруг…
– Эй, народ, кто со мной в магазин? – звонко крикнула Сонечка Волкова, встряхивая своими золотистыми косичками.
Катюша и Лиза тут же подхватили:
– Мы!
Сонечка окинула взглядом класс и, заметив Марусю, криво улыбнулась:
– Марусь, ты чё, тоже идёшь с нами?
Девочка замерла. Она и правда хотела пойти – не за конфетами, ведь денег у неё всё равно не было, а просто поболтать, посмеяться… Но прежде чем она успела ответить, Катюша фыркнула:
– С нами идут только те, у кого есть iPhone.
Лиза хихикнула, а Сонечка даже не стала возражать – просто пожала плечами, будто это было самым естественным правилом в мире.
Маруся надула щёки.
– Да больно надо! – буркнула она, хотя внутри что-то болезненно сжалось. – Без вас обойдусь!
Девчонки уже выбежали из класса, громко обсуждая, какие сладости купят. У тех двоих в руках тоже блестели телефоны – не новейшие, конечно, но всё же «яблочные». У Маруси ведь был смартфон, и на нём даже интернет работал. Почему так важно сколько он стоит?