Аня Амасова – Жребий брошен! (страница 6)
– И как вам в головы пришла такая глупость? Нет у меня никакой девушки. Не было и не будет. Можно подумать, предлагают лишь руку и сердце! Деловое предложение к дядюшке… де-ло-во-е! Ходят слухи, у него есть план по спасению Кошдских шхер. И раз уж именно мне выпал жребий эти шхеры спасти… Навещу! Справлюсь о его здоровье.
Бабах! Бабах! Бабах!
Кукабара метался в кронах деревьев, уворачиваясь от летящих в него снарядов. Внизу, на поляне, сумасшедший охотник засыпал в дуло ружья новую партию пороха. У его ног разгорался костер, над которым крутился заготовленный для Кукабарочки вертел. Усмехаясь, охотник бросил в дуло камень, прицелился и поднес к запалу раскаленный прут…
Бабах!
Глава 6
Фиаско
Кукабара проснулся и чуть не выпал из своего гнезда, как птенец-малодневка. Приснится же такой кошмар!
Бабах!
Нет, выстрелы гремели наяву: на берегу утренние сумерки разрезали яркие вспышки. Подскакивая на булыжниках, к пристани неслась повозка. Перепуганная лошадь мчалась во весь опор. Она неслась так, словно верила: пули – пчелы. Стоит прыгнуть в воду, и неугомонный рой отстанет.
Лошадь выскочила на пирс. Пронеслась по нему, выбивая подковами щепки, и затормозила у края. Повозка с размаху врезалась в круп – примерно с тем же итогом, с каким врезаются в кирпичный забор. Следуя аэродинамическим законам, Красавчик вылетел с козел, пролетел над задумчивой лошадью и плюхнулся в воду.
– Зачем он тебе? – изумился Кукабара, помогая Воробушку тащить спасательный круг. – Пусть тонет. Неудачник!
– Х-х-хорошо, что ты еще здесь, – хватая протянутую лапу капитана, сказал Красавчик.
– Буду считать, ты сказал «спасибо». Отвечаю: «Не за что».
– Разве? А как насчет корабля, который ждет меня в порту? Любой бы на твоем месте сбежал… Любой. Но не ты. Почему?
– Сбежать и не увидеть, как самовлюбленный богатенький парень улепетывает от пуль, пролетая в конце, как мешок с навозом? – не удержался Воробушек, затаскивая мокрого Красавчика на борт. – Да ни за что на свете! Как я могу такое пропустить?
– Именно так я и думал, – кивнул Красавчик, стаскивая с себя сапоги, вместившие столько воды и рыб, словно это была не обувь, а два уютных аквариума: по одному на каждой ноге. – Любопытство не даст тебе уйти, злорадство не позволит бросить. И смотри-ка: все так и вышло! Я бы сказал, ты предсказуемый. Но нет, это я такой умный.
Воробушек облегченно выдохнул: самомнение Красавчика не пострадало от пуль, чувство юмора осталось неподмоченным.
– Кукабара, тащи сухую одежду и плед. Шерсть-в-Носу, сгоняй на камбуз за молоком. – Отдав приказы, Джонни внимательно осмотрел пассажира. – Ты не ранен?
– Как я могу быть ранен? – усмехнулся Красавчик. – Дядюшка – генерал войны Пятого года Мышебоя Гордого.
– Действительно, как тут можно получить ранение? – согласился Воробушек. – Ты, должно быть, уже убит, а я лицезрю твое привидение…
– Да он так стар, что не попадет из ружья и в стоящий дом, не то что в несущуюся повозку! – пояснил Красавчик, принимая от Кукабары плед, а от Шерсть-в-Носу – кружку молока. – И ружьишко у него трофейное. Больше напугать, чем подстрелить…
– Несмотря на почтенный возраст, дядюшка в добром здравии, как я погляжу? Нестись за тобой до самого порта! Чем ты его разозлил?
– Это же Красавчик! – фыркнул Кукабара. – Его все время хочется треснуть! А тут – пожилой вояка, нервишки шалят…
– Ну чем-чем… Он продул мне в карты. Три раза продул. Подряд.
Изобразив восхищение, Кукабара присвистнул:
– Да ты у нас дипломат! Поддаться не мог?
– Зачем это – поддаться, – подал возмущенный голос Шерсть-в-Носу, – если Красавчик везун и умняшка?
– Затем, – пояснила птица, – что из дядюшек канаты можно плести, если дать им себя обыграть. Это каждый младенец знает!
Разомлев от тепла после нервной бессонной ночи с погоней и купанием, Красавчик заклевал носом.
– Я сначала так и хотел, – борясь с накатившей сонливостью, пробормотал он. – Мы с ним очень мило болтали. О дядюшкином плане стать диктатором в Кошдских шхерах. О заговоре. О подготовке восстания. Об острове Манко, где скрываются мятежники… Очень мило, правда.
– Он тебе просто взял и все рассказал? – поднял Воробушек бровь.
– Ну конечно. Ты же знаешь: я такой обаятельный! Когда мне надо. «Ах, у вас на шее брошь с профилем Мышебоя! Неужели подарок короля в память о Победоносном Сражении?» – и все в таком духе. И вроде все шло неплохо: ну хочет генерал поднять восстание и стать диктатором – что тут удивительного? Спрашиваю: «Но в чем заключается план по спасению Кошдских шхер?» И тут он мне отвечает: «Чтобы спасти наши шхеры, надо казнить короля Генрика»… Подумать только! Вот я и обыграл этого кретина. Подряд три раза… А что мне оставалось делать?..
Нос Красавчика уткнулся в плед, опустевшая кружка выпала из лапы и прокатилась по палубе. Шерсть-в-Носу аккуратно подоткнул плед под пятки спящему Красавчику, а Кукабара осторожно поднял кружку, чтобы та не гремела. И тут над палубой разнесся смех капитана.
Джонни Воробушек рухнул на палубу и, держась за живот, хохотал и повизгивал.
– Что с ним? – поинтересовался Шерсть-в-Носу.
– Не знаю. Может быть, бешенство? – предположил Кукабара. И тут же заметался по палубе, как будто кто-то мог его слышать: – Лекаря! Позовите лекаря!!! Капитан окончательно спятил!
Все еще посмеиваясь, Джонни ухватил Кукабару за лапу и притянул к себе.
– Не надо лекаря, – прошептал он. – Это действительно смешно! И как я раньше…
– С чего смешиться? – не понял Шерсть-в-Носу.
– С того, что казнят короля Генрика? – уточнил Кукабара, предположив, что капитану Джонни Воробушку все-таки перепало кровожадности его знаменитых и мрачных предшественников.
Воробушек снова согнулся в очередном приступе хохота.
– Это… – наставив указательный палец на Красавчика, выдавил он, – это… и есть… Генрик.
Глава 7
Ночь выбора
Корабль «Дж. Фыр» на полных парусах шел по течению Котхольмского пролива.
В капитанской каюте Джонни рассматривал карту Кошдских шхер. Однако мысли его скакали так стремительно и уносились так далеко, что он забросил это занятие. Все, что мог бы сказать капитан: корабль в середине пути. Между началом пролива в порту Дариан и его окончанием в скалистых ущельях Манко, где кое-кто ждет не дождется сундучка с монетами.
Как же кстати Шерсть-в-Носу оказался едва ли не лучшим рулевым, чем сам капитан! Большое везение. Потому что Воробушек думал сейчас обо всем на свете, кроме навигации. И сильнее всего Воробушка занимала судьба свалившегося ему на голову короля Генрика.
Красавчик появился в капитанской каюте вечером. Выспавшийся и одетый, как в первую встречу, с драгоценной подвеской, болтающейся на шее. Если бы при первой встрече капитан пригляделся, мог бы разглядеть на подвеске лапу – знак королевской власти.
– Теперь ты знаешь, – уверенно произнес Красавчик.
– Да, – ответил Джонни. – Кукабара считает, что теперь-то уж точно от тебя можно ждать одних неприятностей. А вот Шерсть-в-Носу, кажется, счастлив. Для него огромная честь быть спасенным самим королем… пусть даже дарианским.
– Ну а ты? О чем думаешь ты? Как относишься к королям родом из Кошдских шхер?
За окном смеркалось, и Воробушек зажег свечу.
– Я еще не решил.
– А знаешь, что не дает мне покоя? – внезапно спросил Красавчик. – Твой сундук. С якобы медяками. Будь это медяшки, перекрашенные в золото, ты был бы заурядным мошенником. Но нет. Это золотые монеты, покрытые медью. А капитан Воробушек слишком благороден (я в этом имел честь убедиться) – он не опустится до фальши. Но тогда зачем, задал я себе вопрос, зачем ему эти странные деньги?..
Красавчик покрутил в лапах компас, приставил к глазу подзорную трубу, заглянул в чашку Воробушка, но нигде не нашел ответа. Капитан Джонни Воробушек тоже молчал, пытаясь угадать, как много известно Красавчику.
– Сначала я подумал, – продолжил Красавчик, – быть может, затем, чтобы не платить портовую пошлину. Но откинул идею. Изготовить состав, покрывающий золото медью, ничуть не дешевле, чем уплатить налог с пятидесяти тысяч, – это я знаю точно: мой алхимик иногда забавляется такими штуками. А может, капитан не хочет, чтобы королевской таможне стало известно о перевозимом грузе? Но тогда это значит только одно: отправитель и получатель желают остаться инкогнито. Почему? Потому что готовят восстание. Переворот в моем государстве. А монеты идут к мятежникам… Верно? Я угадал?
Воробушек был поражен. Как ему в голову пришло при первой встрече решить, что Красавчик – не слишком-то умный богатенький повеса?
– Что ты хочешь от меня услышать?
– Про подготовку мятежа. Я не ищейка – мне неинтересны детали: кто они, где и сколько. Все, что мне важно: чего они хотят? Почему не дадут Кошдским шхерам спокойно уйти под воду? Почему им не терпится обезглавить Генрика Первого – меня! – который едва взошел на престол, а потому не сделал пока ничего – ни хорошего, ни плохого?
Задай он эти вопросы при встрече – Воробушек взошел бы на виселицу, но не ответил. Будь это Генрик Первый, король Дариана, с самого начала – тоже. Но ведь это Красавчик! Красавчик, который умеет быть маленьким потерянным мальчиком и мечтать о дожде из летящих рыб. Красавчик, который спас Шерсть-в-Носу и в одиночку отправился к своему врагу…