Антонина Штир – Ловушка для защитника миров (страница 26)

— Да, как у вас всё запущено, — сыронизировал папа. — Вообщем, что я хотел сказать…

Скрипнула входная дверь, и через пару секунд на кухне появился Рейнольд.

Тоже невыспавшийся и хмурый, с пакетами в руках, доверху наполненными продуктами.

— Я подумал, почему Вы должны меня кормить, — сказал он, выкладывая еду на стол.

Кажется, он скупил весь магазин в Кузькино: крупы, свежие овощи, сыр, молоко, колбасы разных сортов, несколько баночек красной икры. И шоколадные конфеты в коробках: ассорти и птичье молоко.

— Ничего себе, ты набрал! — восхитилась я. — Не нужно было, не так уж много ты съел.

Зато папа оценил широкий жест.

— А я уж думал, ты безнадёжно неблагодарный, а оказывается, нет. Что ж, спасибо. Ты садись, Рейнольд, поговорим. По-мужски, без свидетелей, — прибавил он, глядя на меня.

— Ладно, ладно, поняла, ухожу.

Мне очень хотелось подслушать, но это было бы нечестно. Оставалось лишь мерить шагами свою спальню и надеяться, что разговор пройдёт в дружеской атмосфере. Не зря же Рейни принёс столько еды!

Прошло не больше десяти минут, когда Рейнольд заглянул ко мне.

— Всё хорошо? Папа тебя не ругал? — спросила я.

— Нет, не ругал. Ми, я хотел узнать, — он волновался и не поднимал на меня глаз. — Ты решила? Вернёшься со мной в Междумирье?

Может, я должна была отказаться, но мои губы сами сказали «да», и мне стало легко, как будто я сбросила тяжкий груз с души.

— Я рад. Когда поедем к порталу? Твой отец разрешил тебя забрать.

Портал возник словно из ниоткуда, как только Рейнольд его активировал. Мы стояли в поле втроём, вместе с моим отцом. Я взяла с собой рюкзак с любимыми книгами, вязанием и одеждой, а папа заставил заполнить оставшееся место продуктами.

— У нас ведь там всё есть: и еда, и вода.

— Ничего, лишними не будут, — настаивал отец.

Пришлось подчиниться, и в итоге я тащила десять килограммов тяжестей. К счастью, Рейнольд догадался забрать у меня тяжёлую ношу, когда я пару раз споткнулась на ровном месте.

Папа настоял и на том, что проводит нас до портала, чтобы как можно дольше побыть рядом со мной. Правда, теперь я могла посещать Землю, когда хотела, но не могла позвонить или написать из Междумирья. Увы, родина ахтари имела свои недостатки.

Напоследок я спросила папу, почему он отпустил меня.

— Не могу больше смотреть, как ты мучаешься одна, — ответил он. — А когда ты смотришь на этого… нечеловека, вся так и сияешь. И он тоже тебя любит, просто пока не осознал это.

Я обняла его, пряча лицо на груди, едва сдерживаясь, чтобы не заплакать.

— Спасибо. Спасибо за всё, папа.

Последние слова были сказаны, осталось лишь прыгнуть в портал. Рейнольд взял меня за руку, и мы одновременно шагнули в искрящийся зеленоватый омут.

— До свидания, папа! — крикнула я, но он уже не услышал.

Закружилось пространство вокруг нас, замелькали цветные пятна перед глазами, и мы вылетели в Портальный зал, где на стене сидел Чудик и пялился прямо на нас.

— Привет, Чудик! — обрадовалась я. — Ты меня ждал? Я вернулась!

Глава 14

Как исчезли ахтари

Мия

Первым делом я помчалась в свою комнату, упала на шёлковые простыни и с наслаждением в них зарылась. Вот чего мне не хватало на Земле — это комплекта постельного белья из настоящего шёлка, в силу дороговизны мне недоступного. А вот по электричеству и электроприборам я, наоборот, буду скучать.

Належавшись, я позвала Рейнольда на прогулку, в зимний лес. Хотелось зарыться в сугроб, так же как только что в шёлк.

— Рейнольд, пойдём. Я хочу увидеть луну, и снег, и зимний лес. Оказывается, я и по зиме скучала.

— Конечно, но разве ты не хочешь поесть с дороги? — заботливо поинтересовался ахтари.

— Успеется! Сначала прогулка.

Сегодня в Междумирье был лёгкий мороз, и мне показалось, что луна чуть уменьшилась и походила теперь на чуть откусанный кружочек лимона, а не на целый. Но, возможно, это глаза меня подвели, и я решила ничего не говорить Рейнольду. Будут другие изменения, тогда и скажу.

Поэтому я просто разбежалась и нырнула в сугроб. На мне были джинсы и короткая куртка, так что я не переживала, что подол задерётся слишком высоко. Определённо в штанах двигаться удобнее, чем в длинных, хотя и красивых платьях.

— Рейни, иди сюда, — позвала я своего парня.

А что, он же меня назвал своей девушкой, значит, он мне кто? Правильно, парень, бойфренд по-современному.

— Что ты там ещё придумала, Ми? Ахтари не…

— Ой, ладно тебе. Ахтари не любят, ахтари не тусуются, ахтари и не живут, что ли? Иди сюда, будет весело!

Рейнольд осторожно подошёл к сугробу, в котором валялась я. Физиономия его отражала глубокое сомнение в моей адекватности.

— Ты знаешь, я тут постою, наверное, — боязливо сказал он. — А ты лежи, развлекайся.

Не хочет, значит, составить мне компанию? Ну ладно!

Я встала, подошла к ахтари, обнимая за плечи и приближая свои губы к его губам. Конечно, он сразу среагировал, в свою очередь обняв мою талию и жадно набросившись на мой рот.

Только в мои планы не входило целоваться на морозе.

Я упёрлась руками ему в грудь и с силой толкнула. Рейнольд покачнулся и грохнулся на спину, увлекая меня за собой, а я упала на него сверху, втопив своим весом в рыхлый сугроб. Снег набился ему в рот и в уши — Рейнольд, как всегда, был без головного убора. Я расхохоталась, как безумная, а он морщился, плевался и пытался сбросить меня с себя.

— Говорила же, это весело! — воскликнула я, сопротивляясь.

Рейнольд разозлился, схватил меня под мышки и всё-таки скинул в снег. Падая, я выставила правую руку вперёд, и из неё вдруг вырвался луч света, расплавивший снег в том месте, где он вонзился в землю.

— Кажется, магия вернулась, — констатировала я, садясь на попу и рассматривая свои ладони. — Очень странно, раньше она была управляемой.

— Так, Мия, тебе лучше сейчас успокоиться. Энергия превышает все разумные пределы. Лучше вернёмся домой, хорошо?

Я безразлично пожала плечами — домой так домой, но тут мой взгляд упал на баню.

— Нет, не домой! Я хочу в баню!

— Ты же ходила в баню в своей деревне, — напомнил Рейнольд. — Здесь-то зачем ходить?

— А чего она простаивает? Ты, должно быть, там ни разу и не был с тех пор, как я уехала. Так?

— Конечно, — подтвердил он. — Хотя если ты предложишь что-нибудь поинтереснее мытья, я, пожалуй, не откажусь.

Ахтари хищно улыбнулся, намекая на горизонтальные отношения.

— Нет, не сейчас, — отмахнулась я. — Я иду отдыхать. Не хочешь — тебе же хуже.

Мылась я долго, с наслаждением, а потом, за вечерним чаем, расспрашивала Рейнольда, как он жил без меня. Он стыдливо потупил взгляд и промолчал.

— Звёздный напиток, да? — догадалась я.

— К счастью, он закончился. Прости, я не должен был проявлять слабость.

— Мне не за что тебя прощать. Гораздо важнее, чтобы ты сам себя простил. Ты имеешь право иногда быть слабым. Главное, чтобы слабость не поглотила тебя целиком.

— Ты ведь не позволишь этому случиться? — доверительно спросил Рейнольд.

— А ты сам? — тихо спросила я. — Я, конечно, поддержу тебя, но, Рейни, разве ты не должен опираться в первую очередь на себя?

— Ты сейчас говоришь как наставник Вирон, — усмехнулся ахтари. — Он, кстати, никогда даже не притрагивался к звёздному напитку.