Антонина Крупнова – Колесница и четверка ангелов (страница 20)
Машина ехала по однополосной дороге, петляющей в сосновом лесу.
– Кстати, а больше налетов на квартиры сотрудников агентства не было?
– Нет, – голос Тимура стал мрачнее. – Видимо, преступник, кто бы он ни был, понял, что это привлекло слишком много внимания. Да я и уверен, что он не сам лазал по домам. Нанял кого-то, как сделал для того, чтобы застрелить госпожу Карачаеву.
– То есть это кто-то с большими связями в криминальном мире?
– Вот ты и сама начала составлять профиль преступника, – Тимур теперь звучал довольно, как и всегда тогда, когда Зоя делала верные предположения по расследованию.
В этот момент они подъехали к будке со шлагбаумом, который перегораживал дорогу. Тимур остановился, и из будки к ним вышел невысокий, крепкого вида мужчина с кобурой на поясе.
– Мы к Оксане Дмитриевне Мезенцевой.
По просьбе охранника и Тимур, и Зоя показали свои документы.
– Да, она предупреждала о вас, – кивнул после этого мужчина, – но она ничего не говорила про автомобиль. Я не могу пропустить транспортное средство.
– А позвонить ей и уточнить не получится? – протянул Тимур с лукавой усмешкой, но без агрессии в голосе.
На лице охранника появилось немного глумливое выражение.
– Нет. Распоряжений не было. Сказала – вас пустить. Про машину ничего.
– И куда же нам машину девать? – Тимур продолжал улыбаться.
– Парковками не занимаюсь, – хмыкнул охранник.
Тимур не стал с ним спорить. Он развернул машину и поехал обратно по дороге.
– И что нам делать? – спросила Зоя, несколько удивленная его спокойной реакцией.
– Как что? Парковаться. – Тимур в этот момент вывернул руль, и они съехали с асфальтированной дороги на узкую проселочную, где буквально через тридцать метров нашлась, среди деревьев, небольшая сырая полянка.
Тимур въехал на нее, заглушил мотор и вышел, чтобы следом подойти к двери пассажирского сидения и открыть ее для Зои.
– Ты не стал скандалить, – заметила она, когда они бок о бок зашагали по дороге обратно к шлагбауму и охраннику.
– А зачем скандалить? – Тимур искренне удивился. – По всей видимости, сестра Светланы Дмитриевны недалеко ушла от нее характером. Она попросила охранника не пускать нас на машине, и конфликт тут показал бы нас склочными и суетливыми.
– Но зачем же ей так поступать, если вы договорились о встрече?
– Людям свойственно желание демонстрировать свою власть, – Тимур привычно предложил девушке свой локоть, и та, уже без раздумий, ухватилась за него. – Иногда так мелочно, как сейчас. Оксана Дмитриевна не слишком расположена к встрече, хотя и не отказала в ней. Создавая нам неудобства, она чувствует себя лучше, в какой-то форме отмщенной. Вот видишь, сколько мы уже про нее поняли. А если бы мы устроили скандал – она бы что-то поняла про нас, и вовсе не то, что ей надо понимать.
Тимур и Зоя прошли через охранника, опять показав ему документы – тот выписал номера паспортов в книжечку, которая лежала у него в будке. После этого их пропустили.
Они зашагали по узкой, на одну машину, дороге, а над ними кренились, по пять метров вверх, пыльные разноликие заборы, над каждым из которых была протянута колючая проволока
– Как тут уютно, – сглотнула Зоя, осматриваясь.
– Ага, просто зашибись. У моего отца было что-то такое, когда я учился в школе. Не тут, другом районе Москвы. Терпеть не мог тот дом.
– А теперь? – Зоя посмотрела на него снизу вверх. – У него что-то более скромное?
– А теперь он на исторической родине в Ульяновской области разводит коз.
Зоя опешила.
– Очень дорогих коз, – добавил Тимур со смешинками в глазах, увидев ее замешательство, и продолжил, – а что ему еще делать? У него хватит денег до конца жизни всех его правнуков. Сидит на старых активах, судится с кем надо, а с кем надо – не судится. Козы – прекрасный выбор для очень богатого пенсионера. Так, а вот и нужный нам дом…
Они подошли к когда-то белому, а теперь невнятно-бежевому забору из профлиста.
– Не волнуйся ни о чем. Что бы ты ни сделала – это не будет ошибкой. – Тимур выпустил руку Зои и решил дать последние напутствия. – Говорить буду я. Ничего не бери на свой личный счет. Мы сейчас играем роли. Я веду разговор, ты осматриваешься. В какой-то момент я спрошу тебя, нет ли у тебя вопросов. Если будут – задавай смело. Не будут – ничего страшного, не задавай. Просто будь рядом. Это твоя главная задача.
Зоя кивнула и набрала побольше воздуха в легкие, пытаясь вместе с кислородом набраться душевных сил и смелости. В таких домах она никогда не бывала. Пускай родители Ромы и были небедными, пускай у них была и хорошая квартира, и хорошая дача, это все ни в какое сравнение не шло вот с
Тимур подошел к двери, которая была встроена в забор, и позвонил в звонок. Ему почти сразу же ответил гулкий, искривленный динамиками голос. После краткого разговора дверь перед ними открылась, и их встретил очередной охранник.
– Вас ожидают, – степенно произнесла эта женщина, сложив руки перед собой.
На вид ей было лет шестьдесят. Хорошо, что на ней хотя бы не было передника – вместо этого обычные юбка и кофта – от всего увиденного и так появилось сильнейшее желание сделать даме книксен.
Женщина повела их по утопающему в соснах участку – от входа края забора видно не было. Министерство обороны не скупилось на гектары для своих служащих.
Посреди участка стоял большой трехэтажный дом неясного стиля. Почему-то в голове у Зои возникло слово «гладкий», хотя как может дом быть «гладким»? Серые стены, большие окна в пол, колонны под мрамор. В глубине участка стояли еще несколько домиков – гараж и, вероятно, дома для прислуги.
Недалеко от них, посреди небольшой полянки, утопающей в лучах солнца, стояло два человека: девочка лет десяти-двенадцати и молодая девушка, которой могло быть между двадцатью и тридцатью. Перед каждой стояло по мольберту. Они рисовали, и старшая стояла рядом с младшей, давала советы и направляла руку.
Зою провели мимо них, и девушка успела кинуть взгляд на рисунок девочки – он, оказался красивым, полным легкости и какой-то особой, личной манеры.
Их Вергилий в юбке представлять ни Зою, ни Тимура не сочла нужным и повела дальше к входу в дом, открывая массивную черную дверь, а за ней еще одну. В прихожей она предложила разуться и подтолкнула ногой две пары белых тапочек одинакового размера. Тимуру они оказались маловаты, от этого его пальцы вылезали спереди, Зое же – великоваты и то и дело норовили соскользнуть с ее носков.
После прихожей их провели, наконец, в дом.
Оформлен он был в современном хай-тек духе: много стекла, бетона, серой краски. Весь первый этаж представлял собой единое пространство – огромная гостиная с камином, перед которым стояли черные кожаные диван и кресла, рядом – блестящая металликом кухня с барной стойкой.
Из кухни к ним вышла женщина в тренировочных штанах и толстовке.
– Оксана Дмитриевна, вот они, – дама, которая привела их в дом, сделала такой жест рукой, словно желала соединить судьбы хозяйки дома и ее гостей.
– Спасибо, Тереза, больше ничего не нужно, – Оксана Дмитриевна кивнула женщине, а когда та ушла куда-то вглубь дома, указала рукой на кресла у камина. – Присядем?
Оксана Дмитриевна была похожа на сестру и цветом волос, и лицом, но выглядела куда лучше покойной. Кожа была ухоженной, никаких мешков под глазами, хороший маникюр, красивые брови. В женщине не было – Зоя сразу же вспомнила Софью – никаких следов пластики, но точно были следы дорогой косметики и умного косметолога.
Выражение лица при этом у них с сестрой определенно совпадало – раздраженное, неприветливое. Женщина мазнула незаинтересованным взглядом по Зое, и дальше обращалась только к Тимуру.
– Без прелюдий, пожалуйста, – сказала она, когда гости уселись в кресла по обе стороны дивана. – У меня нет времени, полиция и так отняла слишком много бесценных часов моей жизни.
Особого рвения в расследовании гибели своей сестры женщина явно не проявляла, да и с убийства прошло всего шесть дней, но Оксана Дмитриевна не выглядела хоть сколько-нибудь печалящейся.
– Похороны уже состоялись? – Тимур спросил это с вежливой улыбкой, контрастирующей с не самой веселой темой вопроса.
Оксана Дмитриевна в первую секунду опешила. Вероятно, она не ожидала, что ее призыв обходиться без прелюдий приведет к такой прямоте ее визитеров. Тимур в ответ на ее молчание продолжал смотреть прямо на нее, участливо и спокойно.
– Скоро, – ответила, наконец, женщина, – в полиции нам сказали, что уже все закончили. Так что… отдадут через пару-тройку дней, тогда и…
Тимур кивнул. Повисло молчание, которое он явно не собирался прерывать.
– Слушайте, – Оксана Дмитриевна, по всей видимости, начала нервничать, – я уже все сказала полиции. Я не понимаю, с какой стати я должна разговаривать с вами.