Антонина Крупнова – Колесница и четверка ангелов (страница 22)

– Не-а, – Леонид посмотрел на жену и пожал плечами. – Ничего нет, ни имен, ни списка. Они хотели, если что, пригласить в музей, обсудить передачу вещей, но я под диктовку Оксаны – сейчас вспоминаешь, дорогая? – написал им, что всеми этими делами заведует Светка, и нас не интересует ничего, и претензий никаких не имеем.

– А если бы там обнаружились вещи на сотни тысяч долларов? – Тимур улыбнулся уголками губ.

– А там обнаружились? – с иронией отозвался Леонид. – Ну уж нет, мы давно поделили: ей квартира, нам участок. Мы не лезем к Светке, она не лезет… не лезла к нам. Мы вот и дом себе построили отличный, и никто нам слова поперек не сказал, что ту старую дачную развалюху снесли. Я не самый бедный человек, позволю хвастовство, поэтому эти сотни тысяч все-таки думаю не долларов, а рублей пусть бы лучше ей и ушли, Светлане-то. Едва ли Дмитрий Дмитриевич хранил в кладовке забытого Пикассо, а даже если и хранил, то сделка есть сделка.

– Благодарю. А почему это письмо пришло именно к вам? – уточнил Тимур.

Оксана Дмитриевна выглядела спокойной, но Зое показалось, что по ее лицу в очередной раз пробежала тень.

– Нет, Оксане пришло. У нас на домашнем компьютере иногда все почты открыты, и моя, и ее. Это на общем, не на рабочем. Она с телефона увидела, что пришло, а потом мне позвонила и попросила прочитать и ответить.

– Я была за рулем. Сейчас я вспомнила, – встряла женщина.

– Еще раз большое спасибо. – Тимур не стал больше ничего выспрашивать, хотя Зоя была уверена, что уточнить можно было много что еще. – Я думаю, мы закончили. Если у нас появятся еще какие-то вопросы, могу ли я опять к вам обратиться?

Лицо Оксаны Дмитриевны скривилось, но ее муж энергично кивнул.

– Конечно. Тут мы и полиции сказали, что если надо, то поможем чем сможем. Но мы правда не общались со Светой нормально много-много лет. Вот так думаешь, что всегда есть время, а потом бум, и его нет. Но это все наверняка ее старые дружки, я так и сказал оперу. Времена, помните ли, лихие были. Если помните, конечно.

– Помню, – кивнул Тимур, сдержанно улыбаясь. – Я буду держать вас в курсе, если появятся новости. Зоя Александровна, может быть, у вас есть какие-то вопросы?

Этот выпад Тимура был таким внезапным, что удивились, кажется, все, не только сама Зоя, но и хозяева дома.

– Я, эм. То есть… – девушка, хоть и помнила, что Тимур попросит ее что-то сказать в конце, все-таки стушевалась. Вопросы… какие у нее были вопросы?

Зоя еще раз посмотрела на стену.

– А давно у вас эта картина? – она указала на портрет генерала.

Оксана Дмитриевна нахмурилась.

– Какое отношение это имеет к нашему разговору?

Зоя почувствовала себя глупо. Почему ей пришло в голову спросить именно это? Но мозг сам собой сформировал этот вопрос.

Лицо Тимура было непроницаемым: непонятно было, доволен он или нет ее тем, что девушка так влезла в разговор.

– Так это… недавно висит, да, – в разговор снова вмешался Леонид. – Месяца три-четыре, да? Его подарил какой-то художник, я их не запоминаю, Оксана вот всех помнит, а я нет, не помню. Ты так рада была, когда подарили. Любимица отца, еще бы! Дмитрий Дмитриевич в ней души не чаял, и это было взаимно.

Оксана Дмитриевна кивнула, но ничего к словам мужа не добавила. Тимур, поняв, видимо, что она так ничего не скажет, поднялся на ноги. Зоя видела, что он сдержал себя, чтобы не переступить, как делал почти всегда, с носки на пятку и обратно.

– Еще раз благодарю вас. Не будем больше отнимать ваше время.

– Я вас провожу, – кивнул Леонид, вставая с дивана, – не будем Терезу гонять. Посмотрю, как Анжелка там рисует.

Он и вправду отвел Тимура и Зою к входу с охранником и вернулся к дочери, которая по-прежнему рисовала вместе с учителем во дворе. Оксана Дмитриевна лишь смерила их очередным взглядом протухающей рыбы и не сдвинулась с дивана ни на миллиметр.

Когда они вышли на дорогу и дом Оксаны Дмитриевны остался далеко позади, Зоя тихо спросила у идущего рядом Тимура:

– Я не напортачила?

– Нет, – резко ответил Тимур, который смотрел перед собой. Руки его опять сжимались в кулаки, а пальцы подрагивали.

– Ты…

– Все в порядке, – отрезал он, но тут же постарался смягчиться. – Все правда хорошо. Ты тут ни причем.

Они миновали будку охранника, который проводил их взглядом, в котором читалась издевка. Еще несколько минут неприятной тишины, нарушаемой только звуками шагов, и Тимур с Зоей свернули с асфальтовой дороги на грунтовую, ту, которая должна была привести их к машине.

Зое очень хотелось обсудить все, что произошло, но от Тимура она чувствовала волны нервозности и чего-то еще, какой-то болезненной сосредоточенности, как будто он до сих пор сдерживает себя. Она вспомнила о его картах. В этот раз он не стал их доставать и вообще сидел, не шевелясь.

– Ты не хотел ее еще больше нервировать? – спросила Зоя, и Тимур повернул к ней лицо. В его глазах читалась усталость.

– Приятная дама. Полагаю, у нее свой невроз. Боюсь, я бы слишком раскачал ее, будь я…

Его рука дернулась к карману, где лежали заветные карты.

– Но ты можешь сейчас, – Зоя не понимала до конца, что предлагает, знала только одно: ей хотелось, чтобы Тимур вышел из мрачной крепости своей сосредоточенности и вел себя, как обычно.

– Не уверен, – хмыкнул он, немного расслабляя плечи.

– Можешь.

Тимур смерил ее оценивающим взглядом, каким-то новым, не таким, как раньше. Примерялся к ней? Или к своему отношению к ней? К доверию?

Потом он вздохнул, опустил плечи. Сделал шаг в сторону и подошел к большому дубу – ствол в три человеческих охвата и крепкие ветви, накрывающие поляну, где стояла их машина.

Тимур окинул взором дуб. Подошел близко, набрал побольше воздуха в легкие, а затем резко и внезапно (Зоя тихо вскрикнула от неожиданности) ударился об ствол лбом, три раза подряд. Потом громко выдохнул через крепко сжатые губы, разразился совершенно неприличной матерной тирадой и замер.

– Получше? – осторожно спросила Зоя.

– Немного, – глухо, все не размыкая своей тесной связи с дубом, ответил Тимур.

Потом он выставил руки вперед, оттолкнулся от дерева и задрал голову наверх. Прикинул, видимо, в голове маршрут, а затем, все также в деловом костюме и ботинках, взмыл вверх по дереву, ухватившись за нижние ветки.

Зоя только нервно и удивленно рассмеялась, когда Тимур, словно лемур, повис на руках на самой толстой ветви и начал болтать ногами.

– Какая все-таки обаятельная женщина эта Оксана Дмитриевна, – заметил он. Штанина его задралась, и Зоя увидела, что у него бежевые носки с изображением небольших голубых креветок. – Это семейное, теперь абсолютно точно понятно.

Сказав это, Тимур подтянул ноги, обхватил ими ветку и распластался по ней спиной, теперь напоминая хищную кошку.

– Муж вроде ничего, – Зоя подошла ближе и запрокинула голову.

Тимур повернулся к ней лицом, на котором теперь, к радости девушки, была его обычная игривая веселость.

– Да, муж нормальный. Мне кажется, что весь наш приезд был организован для него.

– В каком смысле?

– А в таком, – Тимур сел и начал болтать ногами. – Сама посуди. Мы приехали незадолго до конца его тренировки, так, чтобы он точно нас застал. Оксана эта Дмитриевна знает, как он общается, и понимала, что он наверняка встрянет в разговор. Тебе не показалась странной история, что она попросила мужа прочитать письмо на ее почте и на него же ответить?

– Прозвучало довольно сложно, да.

– Именно! – Тимур хлопнул в ладоши. – Сложно, слишком сложно. Мне не показалось, что эта Оксана Дмитриевна хоть сколько-то боится – или интересуется, если уж на то пошло – что кто-то выяснит причины гибели сестры. Но вот все, что касается происходящего вокруг этой гибели…

Тимур почесал гладко выбритый подбородок.

– И картина еще эта… – неуверенно начала Зоя.

– Картина! Да! – Тимур засверкал глазами. – Ты поняла, почему ты про нее спросила?

Зоя беспомощно пожала плечами.

– Нет. Это мне показалось странным, но…

– Нет. Это не было странным. И ты увидела, как Оксану эту всю перекосило? Там какая-то история. Но все же – почему ты спросила?

– Я не знаю.

Зое не хотелось сказать глупость, поэтому она предпочла просто пожать плечами.

– Ну нет! – Тимур соскочил с ветки и оказался рядом, весело глядя на нее сверху вниз. – Вспомни стену. Тебя что-то зацепило, вот ты и спросила.

Зоя постаралась воссоздать мысленно обстановку дома.

– Обои… – вдруг поняла она.

– Угу. Серенькие такие. Хай тек, куда без него. Модные, очень модные обои…