Антонина Крупнова – Колесница и четверка ангелов (страница 15)
А дальше:
Остальные записи на странице были довольно хаотичным, и, на взгляд Зои, неинформативными: автор жаловался на погоду, на то, что у него прохудились ботинки, а также снова сетовал, что ему сложно говорить на киргизском – хотя, видимо, письмо проблем не приносило, или же Зоя, в силу скудного владения языком, не могла оценить стилистическую правильность текстов.
Она решила проверить одну идею и начала уже вбивать поисковый запрос в строке гугла, как дверь в кабинет распахнулась и внутрь влетела Софья: узкие джинсы, красный топ и черная кожаная куртка по фигуре. Зоя готова была поспорить, что это была именно кожа, а не дешевый кожзам, как у нее.
– Соня! – обрадовался Витя, – иди сюда!
Женщина, бросив колкий взгляд в сторону Зои, прошла к нему и склонилась над чертежами.
– Вот тут, – услышала Зоя комментарий Вити.
– Угу, – только и сказала Софья, а через мгновение, не сказав больше ничего, стремительным шагом ушла из кабинета, громко хлопнув дверью.
Зоя предпочла ни о чем не спрашивать и вернуться к своим поискам.
Результаты оказались не слишком вдохновляющими. Малоизвестная рок-группа перестроечного времени – Зоя отмела ее сразу: и дневник едва ли относился к этому времени, да и речь шла о картинах. Еще несколько страниц про то, как тяжело было собираться в XIX веке на светские рауты в провинции – для этого нужны были колесницы, как написал в шутку один провинциальный фельетонист.
Только на второй странице Зоя нашла то, что могло подойти. Научная статья о художественных объединениях в Москве в 1930-е годы.
От «Колесницы прогресса» шла сноска:
«Колесница прогресса» – уже что-то. Зоя вбила название целиком, но результаты не сильно ей помогли. Все, что удалось найти, так это то, что Колесница прогресса – небольшая любительская художественная организация, которая существовала в 1930-е годы в Москве.
– Ты что-то выяснила! – услышала Зоя возглас Тимура.
– Почему ты так решил? – глядя на сверкающие хитрецой глаза она не смогла сдержать улыбки.
– Потому что ты выглядишь как человек, который что-то нашел, – протянул он, – и, кстати, я кое-что хотел тебе предложить…
Но договорить он не успел. В кабинете снова появилась Софья. Она выглядела почти так же, как когда пришла в первый раз, только теперь ее колени были испачканы как будто бы землей, на плече куртки была видна царапина, а в волосах…
– Соня, у тебя там перья, – прямо заявил Витя, нахмурившись.
Женщина приподняла глаза, пытаясь рассмотреть, что у нее на голове – а там и вправду было целый куст из перьев и несколько клочков пыли.
Тимур начал смеяться, Витя цыкнул, встал и подошел к Софье, становясь у нее за спиной и начиная вынимать перья из волос. Женщина пыталась крутиться, но Витя взял ее за плечо и заставил стоять прямо.
– Все нашла, – резюмировала она, по всей видимости, про какое-то удавшееся дело. – Остаток он переведет тебе до вечера. Можно готовить отчет.
Витя ушел за ширму с ворохом перьев в руках. Зое было, конечно, любопытно, где же Софья смогла их раздобыть и что за дело, но последнее, что она собиралась делать, это расспрашивать.
Витя вернулся за свой стол и начал убирать чертеж, Софья упала в свое кресло, тут же закидывая ноги на столешницу.
– Так что ты выяснила? – Тимур перевел блестящий от веселья взгляд на Зою.
– По всей видимости, автор этого дневника состоял в небольшой художественной группе, которая существовала в 1930-е годы, – рассказала она, – группа называлась «Колесница прогресса».
– Ну и название, – раздалось фырканье от стола Софьи, которая, оказывается, внимательно слушала. И Зоя на самом деле была с ней согласна – название было даже по меркам того времени излишне высокопарным и просто нелепым.
– В открытых источниках про эту группу совсем ничего, она, видимо, никак и не прославилась, – продолжила Зоя.
– А ты смогла бы узнать про нее подробнее как-то иначе? – тут же спросил Тимур.
– Да, – девушка кивнула, – тут указано архивное дело, я могу записаться в этот архив и запросить его на чтение, если, конечно, это не какая-то закрытая информация.
– Не волнуйся по поводу этого, – Тимур встал и начал кружить по комнате, бросая на Зою довольные взгляды, – если что, договоримся, чтобы доступ дали. А я как раз закончил общение с родной сестрой нашей несравненной Светланы Дмитриевны. Общение было крайне чувственным и обширным, но я уговорил ее встретиться со мной завтра в двенадцать в ее доме. Ты не хотела бы поехать со мной?
Зоя удивленно моргнула.
– Я? Это вроде как… на допрос?..
– Да, – Тимур кивнул, остановился посреди кабинета и начал перекатываться с пятки на носок и обратно, – то есть не допрос, конечно. Дружеская беседа, в которой мы попытаемся выяснить то, что эта дама могла скрыть от полиции, даже ненамеренно.
– А зачем я тебе? – не могла не спросить Зоя, при этом с удивлением отмечая, что первым ее желанием было согласиться без каких-либо уточнений.
– Я подумал, что тебе было бы интересно. И ты бы мне пригодилась, особенно если у тебя есть какая-нибудь одежда… знаешь, такая, с первого курса, когда мы все еще одевались как будто школьники, которые пытаются выглядеть старше. Или, например, какой-нибудь страшный вязаный кардиган. В общем, то, что ты уже давно не носишь и в чем ощущаешь себя ужасно глупо и неуверенно.
Зоя подумала, что ощущает себя ужасно глупо и неуверенно в той одежде и в той обстановке, в которой находится сейчас, но вслух этого не сказала.
Тут на столе завибрировал ее телефон.
– Что случилось? – тут же спросил Тимур, – теперь у тебя такое лицо, как будто что-то случилось.
– Нет, – Зоя покачала головой, – ничего, просто подруга… – она собралась с духом, чтобы задать следующий вопрос. – А во сколько… ну… она хочет встретиться. Во сколько можно закончить работу?..
От чертовой неловкости избавиться все равно не удалось. И Зоя понимала ее причину: слишком непохожей была эта работа на обычную, слишком приятельским выходило отношение, таким, что и спрашивать о каких-то границах казалось странным, как будто она сама должна заранее догадаться, какими могут быть правила работы с этим странным агентством.
– Как ты хочешь, – Тимур ожидаемо ухмыльнулся, – у нас все свободно, главное делать свою работу. Поэтому ты можешь уйти во сколько хочешь и прийти завтра во сколько хочешь, я дам тебе ключ.
– Хорошо, спасибо, – кивнула Зоя. Понятнее не стало, спокойнее тоже, но она решила, прикинув степень собственной усталости, назначить встречу не слишком поздно. Едва ли она сможет проработать больше с таким сложным материалом, – тогда я, если вы не против, уйду в пять.
– Если вы собирались встретиться в центре, то назначь встречу тут неподалеку, это даже ближе к метро, – подал голос Витя, а, когда озвучил название улицы и дома, Зоя удивленно приподняла брови.
– Хорошая мысль, – поддакнул Тимур, – Витюша как раз тебе кое-что покажет.
И он подмигнул. Конечно же, он подмигнул.
– Так что ты скажешь про то, чтобы поехать со мной к сестре Светланы Дмитриевны? – снова спросил он.
Со стороны Софьи раздался неясный шум, напоминавший сдержанное ругательство. На это внутри Зои вспыхнул огонек упрямства и раздражения.
– Если я не помешаю, если буду полезной, то буду рада, – проговорила она быстро, и Тимур довольно кивнул.
– Прекрасно. Я скину тебе вечером сообщение с адресом. Она назначила в полдень, так что можно будет выспаться.
Зоя кивнула в ответ, и после этого кабинет погрузился в тишину.
Тимур продолжал энергично стучать по экрану телефона и несколько раз уходил в комнату за ширмой, откуда начинал доноситься его приглушенный стенами голос. Витя после того, как убрал все чертежи со стола, начал что-то печатать. От стола Софьи также слышалось клацанье клавиш. Никто не отвлекался, и атмосфера была действительно… рабочей и спокойной. Ни следа вчерашнего хаоса.
Около двух Тимур сказал, что пойдет обедать. Зоя почувствовала напряжение – он мог позвать с собой, а она не хотела в первый же день вступать на территорию совместных ланчей. Они требовали бесед, а она никогда не была слишком умела в светском общении.
Тимур и тут словно услышал ее мысли. Он подошел к ее столу и стал, показывая руками направление, объяснять, какие рядом есть кафе. А потом просто ушел. Когда он вернулся, пошла обедать Софья, а когда вернулась она – Витя. Никто из них не звал девушку с собой, и она за это невероятно благодарна.
Когда вернулся и Витя, Зоя встала, вышла из монастыря на улицу и нашла неподалеку магазин, где купила себе фруктовый кефир и глазированный сырок. Сахар приятно расслабил разум, и девушка в этот момент поняла, в каком напряжении находилась весь день. Руки подрагивали, а внутри скрипела несмазанная взведенная струна – вот-вот выстрелит.