Антон Нелихов – Мифы окаменелостей (страница 30)
Культура этого литья развивалась на протяжении всего I тысячелетия. Расцвет пришелся на IV–VIII века, затем началось угасание. Печорский и пермский исчезли в X и XII веках, западносибирский протянул почти до XVII–XVIII веков в виде медальонов и оберегов хантов и манси.
Письменности у уральских и сибирских племен не было. От них остались только тысячи бронзовых фигурок и украшений, в том числе амулетов и ритуальных пластин, на которых изображены разные персонажи. По словам писателя Б. Эренбурга, эти бронзовые фигуры похожи на иллюстрации к исчезнувшему тексту[426]. По таким «картинкам» исследователи уже 200 лет пытаются разгадать мировоззрение исчезнувших племен, обращаясь к фольклору их потомков и соседей: удмуртов, коми, манси, хантов, ненцев.
Многие фигурки сюрреалистичные, или, как говорили в старину, баснословные. Птицы с человеческими ликами на груди. Летающие собаки. Трехглавые женщины. На многих бронзовых фигурах переплетаются самые причудливые комбинации частей животных и людей. Есть крылатые люди с лосиными головами и птичьими лапами — «человеко-лосе-птицы». Есть «человеко-лосе-птице-рыбы». По богатству образов и разнообразию персонажей урало-сибирская мифология не уступает мифологии ацтеков, майя или индусов.
Исследователи по-разному оценивают фигурки, недостатка в интерпретациях нет. Может быть, на них изображены боги, богини и духи. А может, это знаки тотемов. Есть мнение, что некоторые фигурки признавались за вместилища души покойного. Или, напротив, могли быть вполне бытовыми знаками отличия вроде воинских орденов и медалей.
На пластинках часто можно увидеть странное фантастическое существо, на нем стоят люди и животные, оно как бы заменяет землю, поэтому считается подземным. Исследователи традиционно называют его ящером. Каким было его имя у средневековых жителей по обе стороны Урала, уже не узнать.
Бронзовая фигурка ящера с всадником. Обские угры.
У ящеров размытый, собирательный образ, в нем соединяются элементы разных существ Нижнего мира — водных и подземных. У некоторых ящеров голова медведя (который на зиму уходит под землю, в берлогу), у других рыбьи плавники или туловище ящерицы. Многие ящеры Прикамья похожи на помесь щуки с крокодилом. Сибирские скорее сливаются с образом бобра: у них характерный, с ромбами, хвост. Иногда из головы ящера отходит рог, а нижняя челюсть длиннее верхней и загнута вверх, словно рог или бивень. Чем не хантыйский вэс?
Естественно, племена, делавшие бронзовые фигурки и украшения, находили кости мамонтов и наверняка приписывали их чудовищам, подобно нынешним народам Урала и Сибири. Чудовище, скорее всего, считали подземным и подводным, и бронзовые ящеры отлично подходят на роль «мамонта».
Есть любопытные совпадения.
Во-первых, как и «мамонт», ящер — владыка, хозяин Нижнего мира.
В 1898 году археолог А. А. Спицын купил возле деревни Ныргында (современная Удмуртия) металлическую пластинку размером с плитку шоколада: 18,2 на 9,9 сантиметра. На ней показана карта мироздания с тремя мирами: Нижним, Средним и Верхним. Внизу ящер. Он хозяин Нижнего мира, или, точнее, он и есть Нижний мир. На ящере стоит крылатый человек с семью глазами: это наш, Средний, мир. Над фигурой парят собакоголовые птицы или крылатые собаки: это мир Верхний. Пасть ящера раскрыта: это вход в царство мертвых. Ящер глотает души умерших (головы людей), а у его широкого хвоста видны зародыши с глазами. Не исключено, что на пластинке показан круговорот душ в мироздании.
Пластинка из поселка Ныргында.
Похожую пластинку в 1900 году нашли на берегу реки Сылвы (сейчас Пермский край). Как и положено, внизу находится ящер, у него вытянутое узкое тело с плавниками, а нижняя челюсть изогнута бивнем. По ящеру шагает лось с личиной на груди, на нем всадник. Сверху Верхний мир — птицы с раскрытыми клювами. Из пасти лося в пасть ящера летят всё те же головы с глазами: человека, животных. Сюжет тоже можно объяснить как путь душ умерших в Нижний мир.
Еще интереснее бронзовые фигурки, где на ящере едет человек. Скорее всего, они изображают шаманов, которые отправлялись в Нижний мир точно так же, как впоследствии ездили на «мамонтах» шаманы чукчей, юкагиров и эвенков. Подобные бронзовые всадники встречаются и на других животных: птицах, рыбах и бобрах. Вероятно, все это иллюстрации шаманских путешествий по трем мирам.
Древние бронзовые изображения ящеров хорошо подходят в качестве иллюстраций к сибирским сказаниям о чудовищах-«мамонтах». Если бы манси или селькупа попросили нарисовать виткуля с козаром, они, скорее всего, нарисовали бы что-то похожее на бронзового ящера с сочетанием элементов рыбы, бобра, медведя и бивней. А если бы у средневекового жителя Прикамья спросили, кому принадлежат огромные ископаемые кости, он наверняка бы показал на бронзовую фигурку ящера.
Возможно, образ сибирского подземного чудовища отразился и в русском фольклоре. В средневековом духовном стихе упоминается Индрик: он ходит под землей, копает «рогом сыру мать-землю», прокладывает реки, ручьи и проточины. Он главный зверь на свете, и «все зверья земные к нему приклоняются»[427].
Индрик выглядит чужим персонажем в славянской мифологии. Его упоминания редки и хаотичны, образ размыт. В одном предании он вдруг оказывается не под землей, а на Фавор-горе и возносит хвалу «самому Христу». В некоторых вариантах духовных стихов Индрика заменяет Лев-зверь.
Кажется, Индрик — отголосок урало-сибирских подземных и водных чудовищ, он тоже ползает под землей, связан с водой, а из животных самый могучий. Но в русском фольклоре он не прижился. Возможно, из-за того, что ископаемые кости славяне приписывали совсем другим персонажам: великанам и богатырям.
Культура бронзового литья отстоит от записанных этнографами легенд на несколько веков или, может быть, на тысячу лет. Однако и до этого в Сибири находили остатки мамонтов и, надо полагать, немало им удивлялись. Про одну традицию стоит рассказать отдельно.
В Иркутской области вдоль Ангары на километр протянулся могильник Шумилиха. За годы раскопок здесь изучили полсотни погребений бронзового века. Большинство покойников были захоронены в необычной позе: они сидели, поджав к груди колени и повернув лица вниз по течению реки (только один смотрел в противоположную сторону).
С мертвыми положили немало предметов: наконечники копий, топоры, иглы, скребки. Одно погребение отличалось от остальных. Ничего бытового в нем не оказалось. С покойником лежали только предметы культа: костяная фигурка змеи, скульптурка женщины и два предмета из ископаемых костей — вырезанная из берцовой кости шерстистого носорога голова лося и личина из разломанного шейного позвонка носорога, она размером с крупное яблоко, на ней отмечены глаза, а сзади проделаны три отверстия[428]. Это могила жреца, колдуна или шамана.
Есть и другие такие находки. На 200 километров южнее находится Усть-Удинский могильник, тоже бронзового века. Покойники здесь лежат на спине или на боку в скорченном положении. В одном погребении оказался крупный зуб шерстистого носорога, в трех — фигурки людей, вырезанные из плоских, слегка изогнутых пластинок мамонтового бивня[429].
Личина и голова лося, сделанные из костей шерстистого носорога. Бронзовый век. Иркутская область.
При высыхании бивень расщепляется на отдельные слои, похожие на кору. У крупных бивней слои получаются почти плоскими и довольно тонкими (0,5 сантиметра). Из таких расщепленных слоев и сделаны странные фигурки. Их размеры — от 13 до 27 сантиметров. У них крупные головы с хорошо проработанными лицами. Четыре фигурки представляют собой пары: это близнецы или, скорее, супруги. У всех парных фигурок есть отверстия, с помощью которых они крепились к одежде. По мнению археолога А. П. Окладникова, как минимум одно из погребений с парными «мамонтовыми» фигурками принадлежало шаманке, захороненной в ритуальном одеянии[430].
Фигурка из мамонтового бивня. Усть-Удинский могильник. Бронзовый век. Иркутская область.
Похожие фигурки из бивня найдены еще в двух могильниках в Приангарье[431].
О существовании мамонтов и носорогов жители бронзового века, конечно, не подозревали. Плейстоценовая мегафауна вымерла несколькими тысячелетиями раньше. Любые предания и воспоминания о ней наверняка исчезли.
Крупные зубы, кости и бивни люди бронзового века, как и мы, выкапывали из-под земли или подбирали в грязи по берегам рек и ручейков. Судя по числу находок в погребениях, племена, жившие рядом с Байкалом, не только использовали, но и специально искали такие остатки.
Наверняка им придавали ритуальный смысл. Можно предположить, что «шаман» из Шумилихи общался с духами с помощью предметов, сделанных из костей носорога, а в погребение их положили в качестве личных «профессиональных» предметов, также с охотниками клали стрелы, а с женщинами — иголки.