Антон Нелихов – Мифы окаменелостей (страница 27)
Русские баснословные книги пересказывали суеверия сибирских народов. Составленный около 1700 года старообрядческий сборник утверждал, что «великий зверь мамант» живет под землей на севере, видом похож на медведя, питается животными и растениями. Размером он больше слона, у него два клыка. Он никогда не видит света, а если случайно выползет из земли наружу, то умирает, потому что земля не может вынести его живого[367].
Вести о подземном чудовище расходились из Сибири не только на Запад, но и на Восток. Китайцы называли его горной мышью ци-шу, которая живет подо льдами. В сочинении времен императора У-ди (140–87 до н. э.) сказано, что эта мышь питается травой и деревьями, ее мясо годится в пищу и на лекарства, потому что хорошо охлаждает кровь[368].
Через полторы тысячи лет в Китае писали то же самое: суеверия мало меняются. Сочинение XVI столетия рассказывало про гигантскую и сильную мышь, которая живет под землей и копает для себя пещеры. Другое сочинение добавляло, что эта мышь умирает, едва увидит солнечный или лунный свет, что ноги у нее короткие, ходит она с большим трудом и вообще глупа, ленива и с кривой шеей[369]. Маньчжуры звали ее ледяная мышь (
Даже в XVIII веке китайский посол писал, что в северных и студеных местах есть подземный зверь, который умирает, едва покажется из-под земли. Мясо его «весьма холодной натуры, может в человеке утолять горячку и всякой жар»[371].
Мышь была исполинской: бивни — это ее зубы.
Как китайцы представляли места, где подо льдами ползает чудовище с холодной кровью? Здесь постоянная темнота, которую освещает только свеча во рту дракона Чжу-луна. Люди здесь не живут. По легенде, один китаец решил добраться до этих мест. Вместе с проводниками он доехал на повозках и верблюдах до ледяной стены, которая вершиной упиралась в небо и сверкала ослепительным блеском. Путники вошли в пещеру и только через три дня пути вышли с другой стороны. Над ними висело «темное, как панцирь черепахи, небо». Черный туман хлестал лица, словно мелкими острыми камнями. Нигде не было ни деревьев, ни травы. Караван отправился дальше и спустя несколько дней остановился рядом с двумя огромными бронзовыми изваяниями мужчин: один верхом на черепахе, другой со змеей в руках. Надпись уверяла, что это Врата холода.
Спутники уговорили китайца вернуться. По их словам, впереди лежало еще несколько дней пути по местам, где не видно ни звезд, ни солнца, а воздух такой мерзлый, что режет кожу. Там земля упрется в море с черной водой, в котором плавают людоеды: демоны и звери. Китаец согласился, и после привала караван двинулся обратно. Из 50 его спутников двадцать умерли, у многих лица навсегда почернели от холода[372].
В таких местах под черным небом жили исполинские мыши ци-шу.
Арабы тоже были знакомы с мамонтовыми бивнями и еще с X века покупали их на Волге наряду с мехами, невольниками и янтарем. Но слухи про подземное чудовище им были, кажется, неизвестны.
Ибн Фадлан в 922 году видел у правителя булгар большие миски, сделанные из странного материала, похожего на оникс. Ему сказали, что тарелки вырезаны из рога животного, у которого единственный толстый изогнутый рог растет посередине головы. Вероятно, это был мамонтовый бивень из вечной мерзлоты.
Ибн Фадлану объяснили, что эти животные размером чуть больше быков, питаются листьями, бродят среди деревьев халандж (берез), а их рога доходят до пяти локтей в длину (около полутора метров). Они опасны, и если увидят всадника, то не успокоятся, пока его не убьют. Охотятся на них так: залезают на высокие деревья и стреляют отравленными стрелами, пока не изранят и не убьют зверя[373]. Историк А. П. Ковалевский предполагал, что слухи о свирепом рогатом животном могли специально распускать жители северных стран, собиравшие бивни на продажу, чтобы отпугивать конкурентов[374].
В XII веке Абу Хамид ал-Гарнати рассказывал про бивни иначе. По его словам, никто не знает, от какого зверя в земле остались клыки, похожие на бивни слонов, белые, как снег, и тяжелые, как свинец. «И вывозят их в Хорезм и Хорасан. Из них изготовляют гребни и шкатулки и другое, так же как изготовляют из слоновой кости, но только это — крепче слоновой кости: не ломается», — писал он[375].
Третье странное суеверие передал армянский историк XIII века: есть остров песчаный, где, подобно дереву, растет драгоценная кость, которую зовут рыбьей, и, «если ее срубить, на том же месте она опять растет, подобно рогам»[376].
Еще одно необычное предание сохранил итальянский историк и путешественник Юлий Помпоний Лэт (Джулио Помпонио Лето). В XV веке в Скифии (в южных степях Причерноморья) ему тоже показали бивни мамонтов под видом зубов исполинских змей. По словам Лэта, эти змеиные зубы с виду как слоновьи клыки, но тяжелые и твердые, а выкапывают их из земли. «Из них делают горький порошок, который принимают с вином или водой как противоядие», — добавил он[377]. Самих змей он не видел и добавил, что никто и нигде их не видел, а находят только их чудовищной величины зубы. Неудивительно: длина змей с такими зубами должна была бы превышать 200 метров.
Отчего на юг не дошли рассказы о подземном чудовище, сказать сложно.
Китайцы и русские пересказывали на свои лады истории, явно услышанные от сибирских инородцев. Что говорили про подземное чудовище в самой Сибири, можно судить по записям этнографов XIX и XX веков. Поначалу они кажутся очень многочисленными и пестрыми, но при близком рассмотрении оказывается, что и свидетельств не слишком много, и разнообразие их невелико.
Живущие с восточной стороны Уральских гор манси, ханты и селькупы рассказывали, что большие кости принадлежат подземным или водным чудовищам, в которых превратились старые медведи, лоси и щуки. Бивни были им нужны, чтобы копать норы.
Ханты называли их вэсами или мув-хорами. Говорили, что они питаются корнями деревьев и глиной, получая от этого чудовищную силу. Они подкапывают речные берега, устраивают в реках и озерах водовороты, топят плоты. Ханты считали: если такое чудовище появится, оно обязательно «берег уронит»[378]. В озерах, где якобы жили вэсы, боялись плавать даже на лодках из опасения, как бы чудовище не проглотило. Ханты старались не рыбачить в таких местах и отказывались есть пойманную здесь рыбу. На поверхность воды и земли вэсы показывались редко, потому что не любили свет.
Их мало кто видел. По словам хантов, кому не повезет столкнуться с вэсом, долго не проживет[379].
С вэсами боролись. Вскоре после революции ханты пытались прогнать злого вэса из речки возле деревни Юмас. Они связали две иконы веревкой крест-накрест, опустили в воду, которая мигом вскипела, как в котле. Иконы завертело, закрутило и выбросило на берег. Старики покачали головами: не помогло[380].
Эти чудища жили не только в воде, но и под землей. Казымские ханты уверяли, что даже постаревшие и перевоплощенные щуки перебирались жить под землю, где увеличивались в размерах и принимались копать норы выросшими рогами-бивнями.
Во время ритуалов, в которых воздавали почести убитому медведю, перед его головой ханты ставили вылепленную из теста фигурку «мамонта», в которого обращался после смерти медведь. Им пели песни, а взамен ждали, что покойный медведь (то есть уже «мамонт») пошлет удачу охотникам, которые его хорошо почтили[381].
Суеверия долго сохранялись у хантов. Молодой окончивший школу хант объяснял этнографу, что не верит в басни о том, будто вэс может проглотить пароход. По его словам, все это сказки. «Но лодку перевернуть вэс может», — неожиданно прибавил он[382].
Манси знали таких же чудовищ и называли их по-разному: виткась, виткуль, махар. В них тоже превращались старые медведи и лоси: они начинали есть землю и, наевшись, закапывались под землю или ныряли в реки, где периодически, как олени, сбрасывали свои рога (бивни). В верховьях Лозьвы манси рассказывали, что рыболосей прежде было много, но они постепенно пропадают[383]. Встреча с их останками признавалась за нехороший знак.
Виткаси тоже утаскивали на дно лодки и лошадей. Манси с ними боролись. Советовали набить крытую лодку смолой, солью и порохом, поставить туда одетое пугало, положить на порох тлеющий пенек и подтянуть к водовороту. Лодку затягивало вниз, она взрывалась, и несколько дней будто бы слышался из-под воды глухой стон: это умирал злой виткась[384].
Селькупы звали этих существ козарами: они ползали под землей или плавали в воде, своими рогами подкапывали и обрушали высокие берега. Считалось, что перед самым рассветом они порой всплывают из глубины на поверхность, и тогда можно увидеть их спины, похожие на днища лодок. Это являлось нехорошим знамением. Говорили, один козар объявился на реке Тым перед приходом тифа, и никто из тех, кто его видел, не выжил. «Не дай бог его самого увидеть. К несчастью это», — уверяли селькупы[385].
Когда селькупам доводилось находить кости мамонтов, они признавали в них останки козаров. «Это зубы большой рыбы косари, которая живет в реке и крутит там воду», — объясняла пожилая селькупка[386].