Антон Хлопников – Тьма Египетская Том 2 (страница 1)

Тьма Египетская Том 2

Глава 1

Дмитрий стоял и смотрел.

Он не знал, сколько прошло времени. Может, минута. Может, час. Восток горел. Не закатным огнём – другим, страшным, неестественным. Небо там пульсировало багровым и оранжевым, будто сама заря сошла с ума и не знала, когда ей погаснуть.

Но гриба не было.

Дмитрий всматривался в горизонт, пытаясь понять, что же он видит. Там, далеко-далеко, над пустыней поднималось что-то странное. Не столб – скорее мутное, тёмное пятно, которое расползалось в вышине, подсвеченное снизу этим адским свечением. Оно росло медленно, тяжело, как будто нехотя.

– Не так, – прошептал он. – Это не так.

Он видел сотни фотографий ядерных испытаний. Гриб всегда поднимался быстро, чётко, оформленно. А это… это было похоже на то, как если бы земля выдохнула. Огромная туча пыли, грязи, камней – она не взлетала, а вываливалась наружу, как кровь из разорванной артерии.

Город за спиной начал просыпаться.

Сначала крикнул кто-то на стене – резко, испуганно. Потом залаяли собаки. Десятки, сотни собак по всему Пер-Нехету – они выли так, как воют перед землетрясением. Дмитрий слышал топот ног по каменным плитам, женские крики, детский плач. Кто-то звал стражу. Кто-то молился – громко, в голос.

Люди выбегали из домов и застывали, глядя на восток. Там, где всегда вставало солнце, теперь поднималось что-то другое. Оно не обжигало взгляд, но света было столько, что в нём тонули даже звёзды. Мутное облако над горизонтом расползалось вширь, затягивая небо.

Дмитрий всматривался в горизонт, пытаясь понять масштаб. Без гриба, без чётких ориентиров – только мутное зарево и тёмная взвесь, расползающаяся в вышине.

Он попытался прикинуть расстояние старым способом – палец, градусы, высота облака. Но тут же понял, что это бесполезно. Все эти прикидки работают, когда знаешь высоту цели. А он не знал. Может, облако поднялось на двадцать километров, может, на все сто. Без разницы – без точки отсчёта любой расчёт превращается в угадайку.

Он опустил руку.

– Бесполезно, – сказал он вслух. – Слишком много неизвестных.

Главное было не в расстоянии. Главное – облако вело себя не так, как на всех известных ему кадрах. Оно не взлетало стремительным грибом, не рвалось вверх. Оно вываливалось наружу тяжело, медленно, как будто земля выдыхала пыль после чудовищного удара вглубь.

Подземный взрыв. Глубокий. Очень мощный.

И если там, в пустыне, рвануло так, что пробило толщу породы насквозь, значит, били по цели. Цель была под землёй.

– Там что-то было, – тихо сказал он. – И они по нему попали.

Но кто? И главное – во что?

Он смотрел на мутное облако, медленно расползающееся над горизонтом, и чувствовал, как внутри поднимается холод. Не от страха – от понимания. В пустыне, на глубине, о которой никто из живущих не знал, лежало что-то. Что-то, что сочли достойным удара невиданной мощности.

Что-то, что они уничтожили.

Или попытались уничтожить.

Он вспомнил спутник. Ракеты, взлетевшие из пустыни. Перехват. И эту последнюю точку, которая рванула прочь и скрылась за горизонтом, чтобы через мгновение поднять на воздух половину пустыни.

– Они били по цели, – тихо сказал он. – Спутник был приманкой. Или наблюдателем. А настоящий удар пришёлся вон туда.

Дмитрий на негнущихся ногах пошёл в свою спальню.

Руки дрожали. Он зашёл, рухнул в кресло и потянулся к кувшину с водой – и тут краем глаза увидел какое-то светлое пятно.

В углу комнаты, у самого окна, стоял человек.

Дмитрий замер. Кувшин застыл в руке на полпути ко рту.

Он узнал его. Один из жрецов Птаха. Сенусерт. Так его, кажется, звали. Присоединился к ним около полутора лет назад, когда Дмитрий только вернулся из Сирии. Работал хорошо, не спорил, в глаза не лез. Лет чуть больше сорока. Откуда родом – никто толком не знал. Да и не спрашивали. В новом Египте таких хватало.

Сейчас он стоял и молчал. Смотрел немигающим взглядом прямо на Дмитрия. Без поклона. Без почтения. Просто стоял.

Дмитрий ждал. Жрец молчал.

– Что тебе нужно? – спросил Дмитрий. Голос сел, пришлось повторить. – Что тебе нужно?

Тишина.

Жрец не отвечал. Только смотрел.

Дмитрий почувствовал, как внутри начинает закипать. Слишком много за одну ночь. Спутник. Ракеты. Взрыв. Этот чёртов гриб, которого не было, но который теперь горел у него в глазах. А теперь ещё и этот…

В голове пронеслось: «Он пришёл убить меня. Его послали старые вельможи. Эйе. Ай. Они ждали момента. Теперь этот взрыв – они скажут, что боги гневаются. Что я навлёк проклятие. И пока город в панике, они…»

Дмитрий дёрнулся, пытаясь встать. Хотел закричать, позвать стражу, но голос не слушался. Тело не слушалось. Только сейчас он понял, что так и сидит с кувшином в поднятой руке – и не может ни поставить его, ни поднести ко рту.

Пальцы застыли. Мышцы застыли. Даже дыхание, кажется, замедлилось.

Жрец сделал шаг вперёд. Один. Потом ещё один.

Дмитрий смотрел на него и не мог пошевелиться.

– Не бойся, Дмитрий, – сказал жрец тихим, ровным голосом.

Дмитрий сначала не понял. Слова были знакомые, но какие-то чужие, не те, что звучали вокруг последние годы. А потом до него дошло.

Русский.

Жрец говорил с ним по-русски.

И назвал его по имени.

Из горла Дмитрия вырвался странный звук – не то писк, не то хрип. Он пытался что-то сказать, но слова не складывались. Язык заплетался, мысли разбегались.

– Я… я не… – выдавил он наконец. – Я не хотел… просто как-то так получилось… Я думал… думаю, это сон… кошмар…

Он сбивался то на русский, то на египетский, сам не замечая. Говорил и не слышал себя. Руки дрожали, кувшин в пальцах ходил ходуном.

– Я не специально… это не я… спутник… ракеты… этот взрыв… я не знал, что так будет…

Жрец нахмурился. Совсем чуть-чуть, одними уголками глаз. И посмотрел Дмитрию прямо в глаза.

Долгий взгляд. Спокойный. Тяжёлый.

Дмитрий почувствовал, как внутри что-то отпускает. Дыхание, ещё минуту назад рваное и поверхностное, начало выравниваться. Сердце перестало биться как бешеное. Мысли перестали метаться.

– Всё в порядке, Дмитрий, – сказал жрец всё тем же ровным голосом. – Я друг. Ты в безопасности. Всё хорошо. Ты ни в чём не виноват. Ты всё правильно сделал.

Пауза.

– Попей воды.

Дмитрий посмотрел на кувшин в своей руке, потом на жреца, потом снова на кувшин. Поднёс к губам и прильнул прямо к горлышку.

Вода лилась в рот, текла по подбородку, но он не останавливался. Пил долго, большими глотками, не отрываясь, глядя на жреца поверх кувшина.

Слова подействовали. Странно, но подействовали. Как будто кто-то нажал кнопку «сброс» в его голове.

Он допил до половины, медленно поставил кувшин на столик и с тяжёлым выдохом откинулся на спинку кресла.

– Кто ты? – спросил он. Тихо. Устало. Без истерики.

Жрец чуть склонил голову.

– Пусть будет Сенусерт. Можешь обращаться ко мне как все, имя не важно.

– Ты видел, что произошло, – продолжил жрец. – И это наверняка вызвало у тебя ряд вопросов. Нужно как можно скорее ввести тебя в курс дела.

С улицы доносились крики и стенания. Толпа пришла ко дворцу, стража из верных воинов не пропускала её, но было слышно – люди требуют ответов. Фараон должен выйти к ним. Должен сказать хоть что-то. Но сначала…