Антон Гусев – Выживай! (страница 7)
– И что мне делать? Скорую вызвать? В таком состоянии мне даже через забор не перелезть.
– Через забор никому не перелезть. Я когда от остальных убегал, как раз вдоль него перемещался. Тут всё специально устроено так, что выбраться наружу невозможно. И связь не работает. Это же игра, организаторам нужно, чтобы игроки оставались внутри и играли. Не удивлюсь, если в полях работают снайперы, или вообще всё в округе заминировано.
– От остальных убегал? Что тут вообще происходит, пацан? Ты что, местный? – Пончо пододвигает “дырявого” поближе к себе.
– Игра происходит. Сколько точно игроков не знаю, думаю, что несколько сотен. На моём респе, том месте, где я с другими игроками ожидал начала, было девяносто два человека. Но я слышал вдали ещё голоса. Эта “заброшка” позволяет вместить сотни четыре игроков, может пять. Тысяче будет уже тесно. Даже учитывая, что в первые же секунды перебьют процентов двадцать-тридцать…
– Чего?! – Лама, наконец, притаскивает какую-то стекляшку. Таро берёт её и нарезание трусов на лоскуты сразу происходит быстрее.
– Ты почему такой спокойный, Велюр? В играх разбираешься, советы тут даёшь?! Может тебя специально к нам подослали?! – Пончо поднимается, всё ещё сжимая рукой сломанный нос, и двигается к школьнику. В руке у него заточка.
– Спокойно, дядя. Я такой же игрок как и ты. И я, в отличии от тебя, нормально перевариваю происходящее. Ты сериалы что ли не смотришь? До сих пор кассеты в видик пихаешь? Ну так и на кассетах в твою эпоху такое встречалось. “Бегущий человек”, например… Или “Куб”… Чем быстрее врубишься в то, что происходит, тем живее будешь – вот главное. Убери эту штуку от моего лица, ты бы лучше с тем мужиком снаружи таким смелым был.
– Слыш, пацан?!
– Отвали от него, Валера. – Перевернулся Танцор. – Видишь, парниша нам помогает. Он друг.
– Помогает? Друг? Вы трое бросили меня там подыхать! Друзья называется! С такими друзьями и врагов не надо! Трусливо свалили, пока он одного меня ногами там пинал! Он мне нос сломал! Вон до сих пор сочится! И шатается… Кажется… А навалились бы вместе, был бы шанс! Предатели…
– Шанс подохнуть. – Ворчит Танцор.
– А ты прав. – Соглашается Велюр. – Вместе шанс и правда был бы, особенно, если бы вы ножки от мангала расхватали сразу. Странно, что вы пришли в игру вчетвером и не справились всего с одним игроком, пусть и хорошо экипированным. Неужели у вас даже планов не было как тут развернуться?
– Пришли в игру? Ты о чём? Мы на шашлыки шли… Постой. Хочешь сказать, что ты пришёл сюда по собственному желанию?
– Ну, да. Как и все здесь. Мы когда в автобусе ехали, обсуждали. Большинство, конечно, не распространялось о таких делах, но взрослые часто такие болтливые…
– Ты кто такой, парень? – Лама обходит его со спины. – Ты специально ввязался в эту мясорубку насмерть? В таком возрасте? Зачем, Максим?
– Я – Велюр, а не Максим. Давайте обращаться друг к другу так, как велела система. У каждого из нас есть социальный рейтинг, и я пока не разобрался как он работает. Не хочу рисковать.
– Я повторяю вопрос…
– Хватит тут меня окружать! Я вам помог вообще-то. Мне обещали помочь с одним делом в школе. И я не хочу говорить об этом, дело личное. А вы четверо, значит, попали сюда случайно? Хех… Ну и “везунчики” же вы. А я смотрю почему вы с мангалом и пакетами. Там же еда, верно? Давайте выйдем, заберём? Скоро здесь будут другие игроки. Еда – ценный ресурс. Не уверен, что здесь нас будут кормить.
– Выйдем? Туда? – Лама скептически указывает на дверь. – С тобой и вправду что-то не так. Ладно, почему ты здесь действительно не моё дело, но идти туда это идиотизм. Вдруг этот здоровяк поджидает нас за углом?
– Парни, пацан прав. Ублюдок бы тогда не дал бы мне зайти внутрь. Он посмотрел на пейджер и сразу ушёл, помните? У него, видимо, задание было. И он его выполнил. Весьма успешно.
Танцор в ответ тяжело вздыхает.
– Значит пейджеры у вас четверых есть? Это уже хорошо, значит вы в игре. Не хотите идти за едой – не надо, я один тоже туда не сунусь. – Велюр привстаёт на мысочки и смотрит в окно. – Всё. Поздно уже. Первые игроки добежали до сюда. Блин, там такое месиво было на респе.
Пончо, Лама и Таро прилипают к стеклу.
– Ну что там?! – Ворчит Танцор. Ему кажется, что боль постепенно успокаивается, а может он просто привык к ней, но вставать пока рано.
– Люди бегут… – Шепчет Лама и поправляет очки. – Некоторые в крови. Бля, кажется это никакой не пранк. Мы в заднице. А я почему-то ещё надеялся…
– Посмотри на мой нос, если надежда уйти отсюда всё ещё в тебе теплится. Эй! Они хватают наши пакеты! Хватают и бегут дальше. Некоторые раздирают целлофан прямо на месте! Дикари.
– Опоздали. – Констатирует Велюр. – Вся еда достанется другим. И мангал тоже.
– Эй, пацан, давай рассказывай, что случилось на респе твоём? Как всё там происходит.
– Да нечего рассказывать особо. Кладём телефоны в синие ящики – получаем пейджеры. Регистрируемся и получаем клички. Далее все хватают оружие первого уровня, и система даёт задание. Начинаются крики. Оружие, кстати, достаётся случайно, я видел в ящике разное: куски стекла, гвозди, деревяшки. В основном всякий хлам. Я сразу понял, что мне нужно быстрее покинуть это место. Мне система выдала вот что.
Велюр достаёт пейджер и показывает сообщение:
– Зачем мне рогатка? Разве что за голубями охотиться, раз уж мы всю еду прохлопали. Я протиснулся к ящику и выхватил единственно ценное, что там было и рванул. И не прогадал.
– И что же это было?
– Сначала договоримся. Будем вместе, в команде. Мне одному здесь туго придётся, я не воин, сами видите. Но я сообразительный. И быстрый. А с вас, дяди, защита. Идёт?
– Хватит так нас называть, какие мы тебе дяди? – Усмехается Лама. Он уже внутренне согласился с предложением смышлёного пацана. Который, тем более, сэкономил им немало здоровья.
– Почему бы нам просто не обыскать тебя и не забрать то, что ты там стащил, а?
– Потому что я спрятал это. Думаешь, я бы согласился впустить сюда четырёх мужиков из которых двое покоцаны, если бы не был уверен в безопасности своей находки? Да и к тому же моя личная ценность куда выше всех находок. Вы ещё не поняли этого?
– Ты нам жизнь спас. Конечно, я – за. – Лама поднимает руку.
– Добро пожаловать. – Кивает Таро.
Танцор, не поднимаясь с пола, тоже поднимает руку. Он не в том положении чтобы спорить и на всё согласен, лишь бы не остаться сейчас в одиночестве.
– А я против, Велюровый Максим. Личная ценность у него… Но после случившегося, я и вам троим не верю, поэтому хрен с ним, потерплю. Давай показывай, что ты там умыкнул?
Велюр кивнул и скрылся в темноте ангара, а через минуту вернулся, хитро улыбаясь.
– Ну что дяди, вместе до конца? – он выставляет руку, чтобы остальные положили свои сверху.
– Вместе до конца! – Поддерживают остальные.
– Хорошо. Ну а теперь смотрите, что у меня есть. Это карта. Карта завода.
Глава 5. Велюр
– Гений, говорите? – солидных лет мужчина с белой бородой “колышком” берёт в руке толстую медицинскую карту.
– Безо всякого сомнения. IQ 174. Гениальность с отклонениями, на грани социопатии. Стандартный тест Векслера он прошёл за семнадцать минут, вместо положенных шестидесяти. Не просто решил – нашёл логические ошибки в некоторых заданиях и отметил их карандашом на полях со смайликами. Я видел фотографии. Тест проводился в НИИ психологии в Москве, в закрытом кабинете под наблюдением специалистов. Информация достоверная.
– В клинике все говорят о нём как о каком-то маньяке. Вы тоже его боитесь?
– Виктор Петрович, прошу вас, не надо его недооценивать. За этим чудовищем в обличьи ребёнка тянется хвост из нескольких загадочных смертей. Последний случай коснулся вашего предшественника, но вы и сами, разумеется, об этом знаете. У зверёныша конституциональная задержка развития, что-то с гормонами, я не эксперт в таких делах. Он выглядит как школьник, хотя ему уже двадцать. Не дайте ему ввести себя в заблуждение.
– Вы весь мокрый. Что там произошло?
– Плановая беседа с ним. Они у нас всегда проходят… напряжённо. Но вам это пока скорее всего не грозит. К новичкам он присматривается и старается произвести максимально положительное впечатление. Чёрт, кажется, что это он взрослый, а не я… Хотя мне уже за пятьдесят.
– Успокойтесь, пожалуйста, коллега. Раз уж мы теперь работаем вместе, можете на меня рассчитывать. Я впервые в учреждении закрытого типа, но поверьте, у меня достаточно опыта, чтобы заниматься подобного рода работой. Я подробно ознакомился с каждой строчкой в его карточке и готов ко встрече.
– Да? И что думаете о том случае в летнем лагере? Как думаете, как он это сделал?
– Вы про самоубийство куратора? Мне кажется, всё довольно очевидно…
– Самоубийства? Виктор Петрович, прошу извинить меня за этот вопрос, думаю, что задал его преждевременно. Вы скоро всё сами поймёте и тогда я спрошу ещё раз, хорошо? Разрешите идти?
– Разрешаю.
Оставшийся в одиночестве профессор смотрит на закрытую дверь, в которую ему предстоит зайти. Ореол, который окутывает пациента, которого ему передали, постепенно проникает и в него, и он признаёт это. Чтобы развеять это чувство он глубоко вздыхает и только потом поворачивает ручку.