Антон Гусев – Выживай! (страница 9)
– Не за что, Максим. Не за что.
Глава 6. Дрозд
“Всё-таки завод – идеальное место для игры! Организаторы снова на высоте”, – размышляет Дрозд. Он сидит, поджав ноги, среди ржавого леса торчащей во все стороны арматуры. Её переплетения настолько плотные, что разглядеть человека в таком месте практически невозможно, особенно в быстро сгущающихся сумерках.
Под рукой он держит полуметровый кусок железяки, усмехаясь насколько его находка эффективнее барахла, ради которого несколько минут назад было пролито столько крови. Для опытного выживальщика оружие повсюду. Профессор нейропсихологии был выживальщиком-теоретиком, но настолько опытным, что со стороны могло показаться, что он всю свою жизнь провёл, скрываясь на старых заводах.
“Выдыхай, Адриан. Каждая минута отдыха экономит силы и увеличивает шансы на победу. Не торопись. Совсем скоро, когда начнётся первое массовое испытание, ты увидишь на экране сколько народу уже успело отдать концы и порадуешься, что сидел всё это время тихо и спокойно”.
Где-то совсем рядом кто-то шуршит. Но главное преимущество его укрытия заключается в том, что подобраться к нему бесшумно невозможно. Он прищуривается и сквозь стёкла очков замечает тень, направляющуюся прямо к нему.
Дрозд дожидается, пока тень приблизится и выходит из своего укрытия навстречу незнакомцу. В руках он сжимает свою оружие, про себя сокрушаясь из-за того, что пришлось перепачкать ладони ржавчиной.
– Хорошие идеи не приходят в одну голову верно? – Он распрямляется и опирается рукой за кусок железа над головой, чтобы казаться ещё выше.
– Кто здесь? У меня нож…
Дрожащий голос незнакомца прибавляет ему уверенности.
– Не стоит, приятель, я тоже не с пустыми руками. Ты ведь видел в своём пейджере социальный рейтинг, да? Сто очков, верно? Не трать их понапрасну. Убийство вне заданий снижает рейтинг, а ни тебе, ни мне этого не нужно. На первое задание отводилось ровно пять минут, и они уже давно истекли, значит сейчас у нас свободное время. В игре участвует пятьсот человек. В случае моей смерти твой шанс на выживание незначительно увеличится, но поверь мне, от снижения рейтинга ты потеряешь куда больше.
– Откуда ты столько знаешь? – Незнакомец опускает нож и медленно приближается. Ничем не примечательный мужчина средних лет. Зажатый.
– Я расскажу. По секрету. Идёт? Присядь-ка вон сюда, друг, профессор Адриан расскажет тебе кое-что интересное.
Незнакомец опускается на землю. Нож он по-прежнему держит рядом.
– Какой у тебя ID… Прозвище какое дали? Лучше привыкать к ним постепенно.
– Кабан. Я – Кабан. – Человек достаёт пейджер и путаясь в кнопках демонстрирует экран.
– Я бы поверил тебе на слово, Кабан. В этом месте, вера – очень важный аспект выживания. Может быть даже самый важный. Успокойся и убери нож в карман, посмотри на старика, думаешь я способен справиться с тобой в одиночку?
Кабан оценивающе смотрит на сидящего напротив старика и немного расслабляется. Но нож не выпускает.
– Там… Просто… Твою мать, я не был к такому готов.
– К такому обычно никто не готов в том-то и дело. В этом вся суть игры, мой друг, Кабан. Я, кстати, Дрозд и я тот, кто много-много лет находился по ту сторону во-о-он тех камер. Они здесь повсюду развешаны. Кабан и Дрозд, у нас с тобой прямо-таки лесное братство. Будем союзниками? Я довольно хорошо ориентируюсь в том, как тут всё устроено, буду за старшего. Будешь слушать меня, проживёшь гораздо дольше, чем в одиночку.
– А потом что?
– Потом? Ты о чём?
– Ну… Потом… Когда мы вдвоём останемся? Прикончишь меня, да? – Кабан опять напрягается. Кажется, что он вот-вот сорвётся с места и побежит обратно.
– Никогда не знаешь, когда система посчитает нужным закончить игру. Часто выживает гораздо больше, чем один человек, мы же не в фильме “Горец”, да?
– Горец?
Дрозд вздыхает. Он ясно видит, что сидящий перед ним мужчина до сих пор не отошёл от увиденного. Но вместе с тем уже совершенно отчётливо понимает, что он останется. Останется и будет выполнять всё до последнего слова. Люди не способные опираться на себя, вынуждены опираться на других. Даже незнакомцев.
– Это такой довольно старый сериал. Ты помоложе меня, может ещё не застал. Там воины рубили друг другу головы, забирая силы поверженных врагов. А девиз горцев был “останется только один”. Так вот в этой игре оставаться одному совсем не обязательно. Поверь, я знаю о чём говорю. Ну что, будешь союзником Дрозда, Кабан?
Он протягивает руку и Кабан её пожимает.
– Что будем делать, Дрозд? Смотрю, ты себе тоже оружие раздобыл? Я заметил, что ты первый свалил из этого ада. Заметил, как ты себя ведёшь. Ты точно знал, что будет и поэтому я тебе верю.
– Знал. И знаю, что будет дальше. Мы просто посидим здесь ещё немного и подождём следующего задания. Скорее всего задание будет индивидуальное, то есть мы будем проходить его один на один. Не думаю, что они устроят массовую резню в самом начале. Тяжёлое вхождение в роль игрока не позволяет людям раскрыть свой потенциал сразу. Никому не нужны пустые смерти.
– Потенциал?
– Преобразование. Всё дело вот в этом. – Дрозд стучит по голове кончиком пальца. – Видел символ на ящике? Два полушария, сшитых между собой красной нитью. Сшитых, понял? Прошивка. Важно перепрошить мозги. Перепрошить и посмотреть, что будет. Ты увидишь. И, может быть, даже поймёшь.
– Бля… – Бормочет Кабан. – Бля-бля-бля… Зачем я вляпался в это дерьмо…? Это какая-то секта, да?
– Так. Постой. Первое правило нашей команды, не материмся, хорошо? Не люблю я это. Меня отец воспитывал по-другому. Да и может помешать всё это делу. Хочешь что-то по делу сказать – говори. А не хочешь лучше помолчи. Нечего бормотать без толку.
– Извините, Дрозд. Я что-то сам не свой… А вы… То есть ты, зачем участвуешь? Ты здесь следишь за всем изнутри, да?
– Я такой же игрок, как и ты, как и все здесь. А цель у меня самая простая. Прошивка. Раньше я других прошивал, а теперь пора и самому прошиться. Знаешь же эту поговорку: убивать может только тот, кто сам готов быть убитым. Я с ней согласен.
– И какой план? Как нам достать оружие? Здесь есть что-то посерьёзнее ножиков?
– План простой – следовать указаниям системы. Побольше выигрывать, поменьше проигрывать. А главное правило система выдаёт почти под каждым своим сообщением. Помнишь, что там написано?
– Выживай?
– Точно. – Дрозд понимает, что его новый союзник наконец-то пришёл в норму.
Пейджер пищит.
– О! Ни к ночи помянутый… Давай-ка почитаем.
– Похоже начинается! – На лице Дрозда появляется улыбка, он медленно встаёт.
– А можно отказаться? – руки Кабана дрожат. – Мне нужно переместиться в какой-то крематорий. Это ведь где людей сжигают, да?
– Отказываться не рекомендую. Отказы воспринимаются системой как нарушение правил игры. У тебя, как и у меня, всего пятнадцать минут на то, чтобы разобраться, где находится зона назначения. Название скорее всего условное, но что-то общее с крематорием, там, куда тебя отправляют, точно будет.
Они медленно выбираются из своего укрытия, стараясь не оцарапаться о ветки металлического леса.
– Дрозд, а что будет если социальный рейтинг снизится, а? Думаю, может пропустить задание, если оно ну… Совсем не понравится?
– Если критически снизится, то на тебя будет объявлена охота. Ты станешь желанной целью для любого желающего, а особенно для охотников. Они тоже игроки, но специальные. У них, как правило, со старта амуниция получше, да и в охотники попадают как правило люди не случайные, а с навыками. Вроде местной полиции. Так что лучше играй честно. А после игры встретимся здесь же, в нашем железном лесу, да, Кабан?
Они очутились на дороге, ведущей обратно к побоищу. Другая сторона потрескавшегося асфальта упиралась, а потом огибала большой ангар. Метрах в пятидесяти впереди высился забор. По дороге быстрым шагом перемещались игроки. Никто не проявлял агрессии, каждый получил задание и пытался разобраться, где находится зона его индивидуального задания.
Внимание Дрозда привлекла группа из пяти человек. Они громко обсуждали между собой план действий. Один и пяти, самый здоровый, прихрамывал. Они явно понимали куда идут и смотрели не по сторонам, а на клочок бумаги, зажатый в руке какого-то подростка. Он узнаёт этого подростка. Тот школьник, который так своевременно покинул место побоища вместе с ним.
– Друзья, не будете ли так любезны подсказать дорогу мне и моему приятелю? – Дрозд прячет арматуру за спину и с широкой улыбкой подходит к незнакомцам. – Я видел тебя там, у автобуса, парень. Мы с тобой вместе приехали.
– Добрый вечер! Я вас помню, дедуля. Ловко вы улизнули оттуда! Ну и чуйка у вас! Куда распределили?
– Старость, а не чуйка. С возрастом прибавляется опыт. Коллектор, пожалуйста.
– И крематорий. – Вворачивает Кабан, высовываясь из-за плеча профессора.
– Да пойдём уже! Нахрен они тебе сдались? Ты тут местным экскурсоводом поработать решил? – Коротышка с сильно ушибленным носом злобно таращится на него.
Дрозд улыбается и доброжелательно кивает.
– Подскажем. – Подросток отпихивает руку коротышки, который пытается вырвать карту и с готовностью указывает на толстую трубу, которая высится прямо за лесом арматуры. – “Коллектор” прямо за этой трубой, дядя. Здесь рядом. А сама труба называется “Мокрая башня”, на будущее. “Крематорий” тоже недалеко, но тебе вот тут лучше пройти, не доходя до ангара. Если встретимся как-нибудь, расскажешь, что там. Названьице, конечно, так себе.