Антон Емельянов – "Фантастика 2024-146". Компиляция. Книги 1-24 (страница 193)

— А мы? — Михаил посмотрел на брата, потом на Меншикова.

— Для вас у меня будет другая важная просьба, — Александр Сергеевич вздохнул. — Учитывая щепетильность ситуации, важно, чтобы в каждой из частей, что продолжат сражаться, был представитель царской семьи. Чтобы, какие бы слухи до них ни дошли, солдаты всегда знали, что идут в бой вместе с Романовыми.

— То есть один из нас чуть позже отправится с эскадрой Владимира Алексеевича, — Николай кивнул на Корнилова. — Второй же — прямо сейчас.

— Я второй! — Михаил поспешил выбрать себе направление и чуть не покраснел, думая о том, ради кого это сделал.

Меншиков еще пару минут объяснял тонкости ситуации, а потом отдельно повернулся к младшему из великих князей.

— Твоя задача, — проговорил он, — тем сложна, что до последнего нельзя будет говорить о том, что случилось в Санкт-Петербурге. Как бы сильны ни были наши солдаты, сейчас они живут верой в нашу помощь, но если ее убрать — могут не выстоять. Начнут сомневаться рядовые, и у них дрогнет рука в бою. Начнут сомневаться командиры, и они могут не решиться на то, что точно бы сделали в обычной ситуации. Пока не придет подкрепление, пока не привезут от меня последние приказы, ты должен будешь молчать. А потом… Стать знаменем, что покажет всем и каждому: Романовы здесь, Романовы с ними. Сможешь?

— Смогу! — рубанул Михаил.

Сейчас

Вернув бомбардировщики, я опять прыгнул в самолет и полетел к Гамидие, чтобы из первых рук узнать новости с большой земли, а заодно понять, на какие еще силы мы теперь можем рассчитывать. Вместе со мной приземлился еще один «Чибис», из которого с места второго пилота тут же вылез Михаил. Я недобро прищурился, пытаясь по раскраске самолета понять, кто же это вместо дела занимается развозом великих князей. Но потом понял, что это не мой самолет… Вернее, мой, но не из тех эскадрилий, которыми я командовал тут.

— Митька! — узнал я пилота-казака, спрыгнувшего с другой стороны «Чибиса».

— Григорий Дмитриевич! — он тоже меня узнал, даже с азиатским загаром и в летном шлеме, а потом просто взял и бросился на шею. — Живы! А мы ведь шли мимо всех этих турецких крепостей, видели издалека союзный флот там, дальше, и думали, как с такой силой можно справиться… А вы все взяли, всех сдержали — невероятно!

Даже меня засмущал, чертяка. А уж как от него, наверно, девицы млеют.

— Ты один или с Дубельтом? — спросил я.

— Леонтий Васильевич тоже приехал, но меня Меншиков поставил на эскадрилью, так что мы теперь по отдельности, — смутился казак.

А я только сейчас заметил у него на плечах погоны капитана. Вот мы и в званиях сравнялись. Обидно? Нет! Горжусь!

— Григорий Дмитриевич, — великий князь наблюдал за нашей встречей со стороны и вот не выдержал. — Нам надо будет поговорить.

— Не думаю.

— О деле! У меня важные новости из Санкт-Петербурга, о которых я не мог сказать ранее…

На такое мне уже нечего было возразить, пришлось соглашаться. Только попросил Митьку заглянуть ко мне в палатку и передать Леонтию Васильевичу взятые у турок записи, а потом повернулся к Михаилу. Если честно, не ожидал ничего серьезного, но четвертый сын царя сумел удивить, вывалив на меня такой ушат… Как оказалось, Николай все-таки умер — опять от простуды! Судьба, что ли? Александр снова решил закончить войну побыстрее — неудивительно, если ему там Константин с дружками по ушам ездит со всякими реформами. Но Меншиков — вот уж не ожидал от старого князя — решил прикрыть нам задницы. Как мог, но решил. Отдал под свою ответственность приказ и отправил еще почти десять тысяч солдат к нам. А главное…

— Это приказ о присвоении вам полковника, — Михаил достал помятый лист бумаги. — Теперь вашего звания будет достаточно, чтобы руководить всем корпусом.

— И генералами?

— Они все упомянуты в приказе брата и не смогут выполнять свои обязанности, не нарушив его, — Михаил покачал головой. — В общем, будете главным, а Павел Степанович и остальные вам помогут, но уже как частные лица. Я успел с ними переговорить, и они согласны.

На мой взгляд, Меншиков с великими князьями придумал что-то уж слишком сложное, но им это было важно. Не только сделать дело, но и сохранить верность царю насколько это возможно. Впрочем, учитывая бесконечные перевороты, в этом был смысл. А то ведь некоторым дай только повод заявить, что «царь ненастоящий», и где-нибудь вспыхнет бунт. А потом тысячи и тысячи ненужных смертей. Что ж, надо им играть в эти игры — сыграем!

— Согласен, — кивнул я. — И кто тут старший?

— Адмирал Владимир Алексеевич Корнилов по флоту, генерал-лейтенант Горчаков Петр Дмитриевич по армии, — отчеканил Митька.

— Горчаков? — я был удивлен.

— Узнал, что его воспитанница вернулась из плена, и захотел ее увидеть. Меншиков не очень хотел его назначать, но отказ мог расстроить все планы…

Парень еще что-то говорил, но я его уже не слушал. В ушах опять застучало — Юлия Вильгельмовна, Горчаков приехал за ней, а она мертва. И мало того, что эта смерть чуть меня не сломала, так она сейчас и все дело может разрушить.

— Мне надо поговорить с ним, — я решительно двинулся вперед.

Горчаков принял новость о смерти Юлии неожиданно спокойно. Только смерил меня взглядом, попросил занести ее вещи и закрылся у себя. О том, что генерал ведет себя странно, говорило лишь удивленное выражение лица его адъютанта, который рассчитывал получить новые приказы, но его просто отказались принять.

— Пехоту высаживайте на азиатский берег, — я отдал распоряжение вместо Горчакова. — Собирайте припасы и будьте готовы выступать уже завтра. Командира я пришлю отдельно.

— Вы?

Я не стал ничего объяснять и спорить — просто показал приказ о своем назначении, а сам пошел искать Корнилова. Впрочем, это было несложно. Владимир Алексеевич даже и не думал покидать «Париж», проверяя, как тот перенес переход и насколько готов в новому бою. О том, что «старый» уже был, говорили следы на броне и подпалины по всему корпусу.

Присмотревшись, я понял: броненосец выглядел устрашающим и совершенным только издалека. Вблизи стало очевидно, что стали на полное покрытие корпуса просто не хватило — в итоге остановились только на бронепоясе для того, что в воде и на два метра выше. Дальше шли уже листы толщиной всего в пару сантиметров — то, что мы готовили для броневиков Руднева, но чего явно было недостаточно для корабля линии.

И паровой двигатель — с неба мне показалось, что его успели поставить заранее, но нет. На палубе стояли — сейчас без дела — самые обычные турбины, что мы ставим на «Киты». На «Париж» вот их тоже хватило, но, судя по расположению и компоновке, делали все это точно в самый последний момент.

— Григорий Дмитриевич, — над бортом показалась голова Корнилова. — А мы тут повоевали по пути.

— И как показал себя броненосец «Париж»?

— Броненосец… Ха! Это точно звучит лучше, чем просто броневой корабль. Броневики на суше, броненосцы на море! И показал себя «Париж» лучше, чем кто-либо мог представить. О союзной эскадре в Черном море после того, как мы встретились, можно просто забыть.

И Корнилов рассказал, как подловил Дешена, лишив французского адмирала даже шанса помешать нашей переброске сил.

Глава 24

Стою, слушаю, как местные научились воевать даже без меня. Внутри тревожно ноет что-то жалкое — мол, а кому ты теперь будешь нужен? Но эта часть меня давно лишена права голоса.

— И вот мы пересчитали модель установки брони с учетом уже готовых пластин. Кажется, должны были серьезно проиграть в скорости, но твой математик — гений, — Корнилов похвалил Лобачевского. — Потеряли только один узел! При этом как мы держали залп… Когда заставили Дешена принять бой. Он ведь сначала не хотел. Я-то думал, сразу явится, как гиена, стоит только выйти из Севастополя перед одним из постоянно снующих мимо пароходов. Но нет, он предпочел держаться подальше и даже сам отошел от берега, стоило нам двинуться в сторону Балаклавы.

У нас было не так много времени, но я не прерывал адмирала. Тут и ему нужно было выговориться, и мне понять, на что теперь способен «Париж».

— Ну, мы тогда и пошли на хитрость, — продолжил Корнилов. — Ночью вышли в море. Тайно, как мы обычно делаем, когда прорываемся к Азовскому морю или к Константинополю. Ну и Дешен решил, что теперь все тоже так и будет. Да и как ему найти нас?.. В общем, нас не ждали, а на следующее утро мы подлетели на «Париже» прямо к Балаклаве. Как нас обстреливали!.. Сто раз должны были потонуть, но выдержали! Сами потопили «Маджишен» и «Амазон» прямо на входе в бухту, и теперь минимум месяц остальным кораблям оттуда не выбраться.

— Повреждения тогда получили? — я кивнул на помятый корпус.

— Да, — Корнилов сразу нахмурился. — Мачты побили ловко, уходили на одной. И времени чинить все нормально не было. Хорошо, твои ребята предложили поставить уже готовую систему винтов с нового «Кита». Думал, дойдем досюда, вернем все обратно, но… Времени же нет?

— Нет.

— А и не надо! — Корнилов решительно рубанул рукой. — Без мачт на одном пару мы тоже неплохо шли. Даже наловчились управлять и маневрировать. Жалко, что машины быстро под корпус не спрятать, но даже так мы просто врагу не дадимся.

— А может, еще и будет у нас время все нормально доделать… — тихо ответил я.