Антон Дюжев – Мёртвая Материя (Новое издание) (страница 5)

«Неужели нападение?» – с тревогой подумал Теллер. Сначала он хотел обойти стороной это скопление людей, но что-то неудержимо тянуло его туда, какое-то смутное чувство тревоги. Ноги сами несли его вперед. Он словно потерял контроль над собой. Подойдя ближе, Майкл заметил, что зеваки обступили небольшой участок дороги. Значит, причина всего этого там. Но что именно, разглядеть было невозможно. Нужно было продираться сквозь толпу. К Майклу подошел полицейский. Он старался не смотреть в сторону толпы и был очень бледен. Присутствие здесь явно не доставляло ему удовольствия.

– Здравствуйте! – Громко и четко произнес он, обращаясь к Майклу. – Разрешите задать вам несколько вопросов?

Майкл кивнул, не отводя взгляда от толпы.

– Вы видели, что произошло? – Продолжил полицейский. Майкл отрицательно покачал головой. – Может быть, вы что-то слышали во время инцидента? Или до инцидента?

«Какое обезличенное слово – "инцидент" – подумал Майкл, – словно защищает от реальности!»

– Я был весь день на работе! А что, собственно, произошло? – Ответил Майкл вопросом на вопрос. Полицейский слегка замялся.

– Самоубийство… – прочистив горло, произнес лейтенант. – Местный житель обнаружил тело в парке.

– Майкл! – Раздался из-за спины голос Кофлера. – О, Майкл!

Мужчина обернулся. На старике не было лица. В глазах стояла безмерная печаль. Он угрюмо смотрел на Теллера.

– Нелли, она… – слова застряли у него в горле. Он лишь указал в сторону толпы. Дальше можно было не продолжать, Майкл и так все понял. Подсознательно он это предчувствовал. Он знал, что там лежит тело его соседки, той, что еще сегодня утром была жива. Что-то вспыхнуло глубоко внутри Майкла. Некое чувство, которое он еще ни разу в жизни не испытывал. Горечь. Она жгла огнем его сердце. Но почему? Ведь он почти ее не знал.

Яростно расталкивая зевак, Майкл направился к телу. Чем больше он прилагал усилий, чтобы проложить себе путь к центру, тем плотнее становилась толпа. Люди смешались в общую серую массу. Мужчина перестал различать лица. Все звуки словно стихли. Наконец ему удалось пробраться сквозь толпу. Впереди было оцепление. Грубо оттолкнув в сторону коронера, Майкл Теллер оказался прямо перед распростертым на асфальте телом. Картина, открывшаяся перед ним, поражала своей грубостью и реалистичностью. Она словно кувалдой ударила по сознанию. Тело девушки было перекручено в неестественной позе. Казалось, что в этом хрупком организме не уцелела ни одна кость. В некоторых местах кости торчали наружу. А от вида размозженного об землю черепа и кусочков мозгов, валявшихся повсюду, Майкла начало мутить. Из-под тела растекалась густая бурая лужа.

«Я мог её спасти!» – мысль, словно ледяной кинжал, пронзила Майкла, вызвав мгновенный, судорожный приступ тошноты. В животе скрутило, желчь обожгла горло. И тут его словно окатило ледяной водой – он уже видел это. Этот кошмар преследовал его во сне. Вытерев рукавом рот, Майкл поднял взгляд туда, где её жизнь оборвалась. Прямо под балконом его квартиры, на асфальте, алело тёмно-бурое пятно, расползаясь зловещим цветком по серой поверхности парка. Тот самый кошмарный сон. Теперь он знал, что источником этого пятна было маленькое, хрупкое тельце Нелли – или то, что от него осталось. Едкий запах гари ударил в нос. Майкл в ужасе взглянул на свои руки – они были перепачканы сажей. Вокруг, словно в кривом зеркале, отражались искаженные гримасой боли лица людей. Их взгляды, полные немого укора, прожигали его насквозь. Они надвигались, издавая нечленораздельные, утробные звуки, похожие на мычание. «Я всё ещё сплю? Это сон?» – отчаянно пронеслось в голове. Не дожидаясь развязки этого кошмара, Майкл сорвался с места, бросившись бежать, прочь от этого ужаса, прочь от этих глаз. Вслед ему смотрели лишь недоуменные взгляды случайных зевак.

«Я хочу вернуться!!!»

Странник пришел в себя на полу, в холодном поту. Он лежал на спине, задыхаясь в собственном крике. Вокруг, словно тени, маячили фигуры в серых комбезах, обеспокоенно склонившиеся над ним. Они что-то говорили, пытались привести его в чувство, но он не слышал слов. Звон в ушах заглушал всё. Перед глазами всё ещё стояла эта ужасная картина: раскинутое на земле, безжизненное тело. Странник подскочил, словно его ударило током, отталкивая от себя протянутые руки.

– Уйдите! Не хочу… – хрипел он, отчаянно пытаясь вырваться из этого плена. Он должен был выбраться, бежать, вернуться! Дверь! Вот она, спасительная дверь! Странник рванулся к ней, сквозь строй непонимающих взглядов. Даже если заперта, он вышибет её, сломает, прорвется! Когда до цели оставалось всего несколько шагов, дверь неожиданно распахнулась, впуская в комнату тусклый свет. «Свобода!» – безумная мысль пронзила мозг. Но вместо вожделенной свободы в комнату вошла рыжеволосая женщина в строгой военной форме. Разглядеть её лица он толком не успел. Лишь острая боль, внезапно кольнувшая в грудь, заставила его пошатнуться. Ноги подкосились, тело налилось свинцовой тяжестью. Последнее, что Странник увидел, прежде чем тьма поглотила его, – пистолет-транквилизатор в холодной руке женщины-военного.

Как вам спалось?

Сознание вспыхнуло, словно кто-то грубо щелкнул выключателем. Рывком поднявшись, Странник огляделся. Он находился в тесной каморке, стены которой, словно застоявшаяся тина, тонули в мутно-зеленом цвете. Под ним – продавленная металлическая кушетка, укрытая лишь жалким подобием матраса. Заглянув под нее, он обнаружил не ножки, а лишь зияющее пространство. На чем же она держалась? Прикоснувшись к стене под кушеткой, Странник нащупал утопленные в металл болты. Кушетка была привинчена намертво. Поднявшись, он принялся изучать свою обитель. Рядом с кушеткой ютился прибитый к полу столик, на котором сиротливо покоились кусок мыла и видавший виды тазик с водой. У стены стояла канистра с мутной жидкостью, на которой коряво было выведено: «Вода». Дверь, массивная цельнометаллическая плита, притягивала взгляд. В центре ее чернел зрачок глазка. С этой стороны не было ни ручки, ни замка. "Тюремная дверь!" – с горечью констатировал Странник.

Это была скорее камера, чем комната отдыха. Но для кого? Для таких, как он – незваных гостей? Он вновь обвел взглядом свою камеру. Облупленные стены, осыпающаяся штукатурка, углы, разъеденные черной плесенью… Сколько же лет этой забытой богом военной базе? Странник подошел к тазику и заглянул в мутную воду. Оттуда на него смотрел парень лет двадцати пяти, с большими карими глазами, обрамленными густыми темно-каштановыми волосами. Трехдневная щетина подчеркивала широкие скулы и волевой подбородок. Ополоснув лицо, Странник вернулся на кушетку, погружаясь в раздумья. В обрывках воспоминаний он видел Майкла, но перед ним было совсем другое лицо. Значит, Майкл – кто-то другой! Но почему тогда он видел мир его глазами? Сбой в приборе для воспоминаний? Возможно, это всего лишь кошмарная ошибка?

В сознании всплыла картина: мертвое тело юной девушки. От этого видения его пробрала дрожь. Странник мотнул головой, отгоняя навязчивый образ. Вроде отпустило. Нужно разобраться во всем этом.

Внезапно раздался оглушительный грохот. Камеру трясло, словно от взрыва. Странника швырнуло на пол. Завыла сирена, режущим воем пронзая тишину. Вскочив, он увидел, как замигал свет. Так же внезапно, как и началось, все стихло. И тут произошло нечто еще более странное. Из динамика, который он до этого не заметил, донеслось потрескивание, а затем – холодный, механический голос, монотонно повторявший последовательность чисел: «31 387 72 17 473 6 2».

Этот голос показался ему до боли знакомым, но где он мог его слышать? Внезапно свет погас, и камеру залило призрачным неоновым светом. Он исходил от ламп, встроенных в потолок, и в этом мерцающем свете комната приобрела еще более зловещий вид. На двери Странник заметил странный знак, которого раньше не видел. Видимо, он был нарисован фосфоресцирующей краской и проявлялся только в темноте. Неровный круг с тремя лучами, расходящимися в разные стороны. Он потянулся к двери, словно завороженный этим символом. Поднеся руку, он уже готов был коснуться знака, но все оборвалось. Голос стих, включился обычный свет, и знак исчез. Развернувшись, Странник направился к кушетке, когда услышал звук отпирающегося засова. Дверь, отделявшая его от внешнего мира, распахнулась. Не веря своим глазам, он осторожно выглянул в коридор. Там царила зловещая пустота. Ни охраны, ни солдат.

Странник, крадучись, покинул камеру. На стене тускло поблескивала табличка с указателем выхода, словно манящая призрачным лучом надежды. Не теряя драгоценной секунды, он двинулся вперед, влекомый этой хрупкой нитью. Коридор зиял десятком распахнутых камер, черными провалами глядящих в душу. Миновав этот зловещий ряд, Странник достиг двери, ведущей из тюремного крыла. Она, на удивление, оказалась не заперта. Легкий толчок – и дверь подалась, открывая проход в пустую комнату. Далее следовала череда небольших, проходных помещений, чье назначение оставалось загадкой. И вот – снова коридор, за которым маячил перекресток.

"И куда теперь?" – пронеслось в голове Странника, когда он огляделся.