Антон Дюжев – Мёртвая Материя (Новое издание) (страница 13)
Внезапно, мир взорвался болью. Удар обрушился на челюсть, раздался хруст ломающихся костей. Бокскар ударила его рукоятью пистолета.
– Капитан, это лишнее! – Попытался остановить её один из солдат.
– Молчать! – Рявкнула она. – Говори, где Красная Комната! Ты узнал, где она?
– Если не скажешь сейчас же, ты труп! – Странник чувствовал, как обломки костей впиваются в мягкие ткани. Говорить было почти невозможно. Смеяться, впрочем, тоже. Но он продолжал.
– Капитан, он не может говорить! У него сломана челюсть!
– Смеяться может, значит, и говорить сможет! Принести сыворотку! – Скомандовала она.
– Но, мэм, в его состоянии это опасно…
– Исполнять!
– Есть!
В камеру внесли серебристый чемоданчик. Бокскар извлекла шприц и ампулу с золотистой жидкостью. В мгновение ока содержимое ампулы перекочевало в шприц.
– Держать на прицеле! Дернется – стрелять! – Она приблизилась к Страннику, потрясая шприцем перед лицом. – Знаешь, что это? Сыворотка. Она развязывает язык. Но не все выдерживают её воздействия. Кто-то сходит с ума. У кого-то отказывает сердце. Мне даже жаль тех, на ком приходится её испытывать. Но не тебя. Ты же не человек! Ты – просто существо!
Странник замолчал, вся его сущность сосредоточилась в одной точке.
– Ты скажешь, где Красная Комната? – Он утвердительно кивнул. – Тогда говори.
Бокскар наклонилась ближе, жадно ловя каждое слово.
– Она… была… там… я… её… видел… – каждое слово отдавалось болью и хрустом сломанных костей.
– Кого?
– Девочку… в белом платье… с золотистой… лентой… в волосах…
Бокскар отшатнулась, словно её коснулся огонь. Глаза расширились от ужаса, лицо побледнело. В её взгляде читалась растерянность. Она знала, о ком он говорит. Знала!
Несколько секунд она стояла неподвижно, словно парализованная. Потом встряхнула головой и резким движением вонзила шприц в руку Странника. Тот почувствовал, как по телу разливается неземная легкость, как уходят боль и страх, оставляя место блаженному небытию. Увидев, что сыворотка подействовала, капитан продолжила допрос:
– Где находится Красная Комната? Говори!
– Девочка с золотис…
– Заткнись и отвечай на вопрос!!! – Взревела Бокскар.
– Нет!
– Что нет? – не поняла капитан.
– Они убьют меня!
– Он бредит, капитан!
Бокскар приставила дуло пистолета вплотную к виску Странника: – Последний шанс! Или говоришь, или…
Она взвела курок.
– Считаю до пяти! Раз…
– Нет!
– Два…
– Нет!
– Три…
– Кто ты?
– Четыре…
Странник смотрел в чёрную дыру дула, не отводя взгляда. Он был готов.
– Пять!
– Отставить, капитан! Уберите оружие! – В комнату ворвался Стимсон, в сопровождении вооруженных солдат. В руке он держал пистолет. – Я сказал, уберите оружие, капитан! Немедленно!
– Но, сэр! Он что-то знает… – Попыталась возразить Бокскар.
– Молчать! Исполнять приказ! – Прогремел полковник.
Несколько мучительных секунд Бокскар боролась с собой, разрываемая между яростью и подчинением. Наконец, она опустила пистолет.
– Развяжите Странника и окажите ему медицинскую помощь!
В комнату вошли люди в серых комбинезонах с красными крестами на рукавах. Медики. Они оттеснили капитана и освободили Странника. Комната наполнилась людьми. Дымящийся прибор унесли. Капитана увели под конвоем. Один из медиков вправил челюсть Страннику. К нему подошёл Стимсон, что-то говорил, но тот не слышал. Странник слышал шепот. Шепот из стен. Он нарастал, становился все громче и громче. За шепотом появились тени. Неясные, эфемерные, они выплывали из стен, заполняя собой все пространство. Это их шепот. Но никто, кроме него, не замечал их. Шепот становился оглушительным, в шипящем звуке скользили цифры: 31 387 72 17 473 6 2. Тени приближались, тянули свои руки.
"Это те, кто был до нас…"
– ХВАТИТ! – Закричал Странник. Военные замерли, как вкопанные, и уставились на него. К нему подошёл полковник:
– Не бойся, сынок. Больше такого не повторится.
– Я знаю, где находится Красная Комната! – Странник посмотрел в глаза полковнику.
– Где же?
– Там, где жизнь сме…
Выстрел. Еще один. Жгучая боль пронзила грудь. Запах гари. Он посмотрел вниз. Роба разорвана, внутри зияет обугленная рана. Кровь хлынула наружу. Последнее, что он увидел – лицо Бокскар, искаженное яростью, сжимающую в руке пистолет. И изумленное лицо полковника. Солдаты повалили женщину на пол.
Рот наполнился кровью, он почувствовал её металлический привкус. Дышать стало трудно. Видимо, пуля задела легкое. Он чувствовал, как кровь покидает его тело, конечности немели, сознание угасало. Страха не было. Он был готов. Словно это было освобождением.
"Ты умираешь…"
– Я знаю.
Над ним склонился побледневший Стимсон: – Прошу, скажи, где Красная Комната?
– Она… там… там… – больше Странник не смог ничего произнести.
– Он умер, полковник! – Произнес медик.
Механический голос из динамиков начал обратный отсчет.
Странник слышал его, пока умирал. Чувствовал, как перестает существовать, как вместе с кровью его покидает жизнь. Он знал, что это конец.
Неожиданно, комната задышала иной жизнью. Стены, словно подернутые мхом, потемнели до глубокого изумрудного, а краска растрескалась, явив на свет древнюю, исщербленную штукатурку. И в тот же миг реальность дрогнула. Странник обнаружил себя в сердце другой комнаты – темной, квадратной, угнетающе-симметричной. Стены из материала, похожего на полированный Вольфрам, множили его отражение до бесконечности. Он видел себя со всех сторон сразу, не глазами, но каким-то иным, непостижимым чувством. Бесчисленные двойники стояли к нему спиной, погруженные в густой, почти осязаемый мрак, сквозь который, однако, прозревал странный, неземной свет. Неотвязное чувство déjà vu сковало его разум – казалось, он уже бывал здесь, в этом жутком, зеркальном лабиринте.