Антон Булычов – Семя Хаоса. Трилогия (страница 41)
— Приветствую героя Империи! — начал Парин, потом показал на своего приятеля. — Это Кринк из ордена Молний. Эти два мрачных типа — одни из лучших разведчиков Империи. Силен и Колин.
Они кивнули друг другу, и разведчики сели за стол, сразу заказав пиво и копченостей к нему. Хозяин таверны хмуро глянул на их значки из дерева, говорящие о том, что они не на дежурстве, и пошел собирать снедь. Пока несли заказ, больше молчали.
— Как у тебя дела, малыш? — спросил Колин Парина.
Тот почесал левой рукой затылок, похоже, потеря правой руки его уже не очень заботила.
— Хорошо. Мы с Кринком как раз придумали несколько весьма интересных ловушек для северян. Теперь ищем смолу для реализации задумки.
— В таверне вы ее вряд ли найдете, — заметил Силен.
— В таверне мы найдем вдохновение и новые идеи! — не согласился маг и лихо ополовинил свою кружку пива.
— Амброзий наградил вас орденом? — перевел тему Парин. Силен кивнул.
— За что? — влез Кринк.
— Силен прорвался из окружения северян и принес вести об их подходе. Без него стены, возможно, были бы взяты первым же штурмом. Охрана-то была только из стражников.
Глаза Кринка засияли, ему явно не терпелось влезть в драку. «Щенок!» — прогрохотал Месть.
— Я просто быстро бегаю, — произнес Силен.
Колин, который был в курсе, сколько северян Силен уложил, прорываясь, понимающе ухмыльнулся, а потом добавил.
— Если за этим столом и есть герой, то это ты, парень!
— Я? — смутился Парин.
— А кто придумал эти новые пушки, от которых страшно даже мне? И сообщил об опасности для магов? Ты, парень, знай, что сам достоин ордена за заслуги!
— Это не я, больше Ацелий и мастер Ара. Да и вообще, с севера меня вытащил ты! — Парин кивнул на разведчика. Тот хотел было возмутиться, но влез Кринк:
— Да у меня не друзья, а сплошные герои! Один я пока не воевал.
У Силена дернулась щека, а Колин просто мрачно выпил.
— Успеешь еще. Многим война надоедает после первого сражения. Если ты, конечно, его переживешь, — сказал разведчик.
— Мне вот точно хватило, — пробормотал Парин, потрогав правое плечо. Боги, парень еще не свыкся, просто хорошо отвлекается от потери. Силен отметил про себя больше не поднимать эту тему.
— Да я понимаю. Но все же… — Кринк пустился в болтовню, похоже, не замечая, что из троих собеседников ни один его не слушает, все погрузились в свои невеселые мысли.
— Скажи лучше, парень, зачем вы, Молнии, носите эти махины? — Колин мотнул головой в сторону рюкзака Кринка.
— Ну, вообще это тайна ордена. Но для героев не жалко ее выдать! — Он задорно подмигнул. Чем-то этот парень сильно раздражал Силена. В смысле, он раздражал Силена больше, чем любой другой маг или неопытный щенок. — Нам их делают Трансформаторы. Они из редких металлов, можно зарядить от нашей молниевой плотины. Ну и в случае чего могу его подзаряжать от больших источников тепла. Если коснуться вон того шнура, сняв часть оболочки, получаешь доступ к энергии молний.
— Но ведь вы можете использовать тепло, как остальные ордена? — спросил Парин. Похоже, парнишка немного разбирался в магии.
— Могу. Но при создании заряда теряется больше энергии, чем если использовать сразу электрическую энергию. — Он посмотрел на непонимающие лица вокруг и поправился. — Молния слабее выходит, если создавать ее от костра. Поэтому лучше уж таскать этот рюкзак, чтобы в бою сразу как жахнуть! Хотя вообще наш орден больше не про войну. Мы делаем всякие механизмы, работающие от молний, заряжаем их на плотине и гребем с этого деньги!
— Любопытно, получается зарядка только от тепла или электричества? — заинтересовался Колин.
— Ну да, мы, Молнии, не особо дружим с другими видами магии. Кстати, почему ты сказал электричество? Не думал, что разведчики знают основу электромагнитных взаимодействий!
Силен тоже обернулся к Колину. Сам он благодаря подсказке Милосердия понял, о чем речь. Но Колин такого знать вроде бы не должен.
— У меня был ранее знакомый Молния в гарнизоне, услышал как-то от него, что молнии правильно называть электричества, — заметил Колин, спокойно попивая пиво.
— Электричеством, — поправил его Кринк, расслабившись. — Кстати, может быть, зайдем после таверны в публичный дом? Я знаю один неплохой рядом!
Месть зарычал в голове Силена, как порой рычал, когда тот думал о сватовстве к Шаре. Разведчик даже схватился за висок от нахлынувшей головной боли.
— Эй, герой, что это с тобой? — забеспокоился маг.
— Всю ночь был на стене, не выспался. Так что в поход за весельем без меня.
— А я для такого вообще слишком стар, — добавил Колин.
Кринк удивленно посмотрел на него, потом перевел взгляд на Парина. Тот не ответил, только отчаянно покраснел и потянулся за кружкой. Маг громко расхохотался.
— А я пойду, был рад познакомиться, ребята! — помахав им рукой, он подхватил рюкзак и вышел из таверны.
— Странный парнишка, где ты его подцепил, Парин? — поинтересовался Колин.
— Он не плох, особенно по сравнению с другими магами.
— В смысле не самый напыщенный осел на свете? Да, я заметил. — Колин допил пиво и попросил еще кружку.
— Последняя, — одернул его Силен, заказывая себе также вторую. Колин кивнул.
— Крайняя! Как дела, парень? — участливо повернулся к Парину разведчик.
— Вы о чем?
— Обо всем. Что говорит Ацелий? Его мнению стоит довериться.
— Что северяне готовят сюрприз, мы будем к нему не готовы, и хорошо, если наши останки когда-нибудь найдет пьяный археолог-самоучка.
Колин хмыкнул.
— Почему-то такого я и ожидал. Значит, готовимся к худшему. Жаль, мост через Меридиан только один. В случае чего будет адом отход из Нижнего города.
— Зато перекрыть его и защищать будет не сложно, — не согласился Парин.
— Ну, если за дело возьмутся северные маги, а наши будут сидеть в кустах, боясь за свои жизни, хрен ты что удержишь! И стены, и мост возьмут, вопрос времени! — эмоционально продолжил Колин.
— Ацелий мысленно уже отдал стены, — пробормотал Парин. Когда разведчики посмотрели на него, добавил: — Основная подготовка сейчас идет к уличным боям. Будет много сюрпризов, и все неприятные для северян.
— Это радует, но уличные бои — всегда большая кровь, — заметил Силен.
— Лучше так, чем всем полечь на стенах, — не согласился Парин. Потом помрачнел. — Но да, потери Ацелий прогнозирует большие. А насколько он обычно прав, вы сами знаете.
Все трое молча допили пиво и разошлись по казармам.
Когда Силен и Колин пришли в дальнюю казарму, было еще четыре часа до смены. Серый спокойно дрых, но когда они проходили мимо, приоткрыл один глаз. Сон у бывшего охотника был чуткий. Разведчики заняли свободные койки. Силен уснул быстро, провалившись в очередной свой кошмар.
Красный от крови снег, мешанина из останков. Шумное дыхание над ухом. Он рванулся в сторону и почувствовал боль в руке. Снег падал на глаза, весь мир погрузился в белый мрак бурана…
Безумно красивая женщина подошла к нему, обняв за шею. «Люблю», — прошептали ее губы прямо ему в ухо. Она распалась синими языками пламени, заставив Месть вопить от горя…
Две девочки, обнявшись, сидели на полу маленькой хижины. Их лица были бледно-синими, они были мертвы. Старшая обнимала младшую с такой чуткой заботой. На ее щеке сверкала льдинкой одинокая слеза…
Две армии подошли к городу. Началось форменное избиение. Он на крыльях ветра спустился с небес и под крики Милосердия начал отбрасывать сражающихся друг от друга. Но, несмотря на его старания, кровь текла рекой по улицам города. Поток сбил его с ног, залил красным глаза. Он начал задыхаться, тонуть в крови под безумный смех, что был страшнее смеха Мести…
Степь пылала от горизонта до горизонта. По ней метались обезумевшие от боли и страха лошади. Среди пожаров стояла сотня людей, одетых в белое, подняв руки к небесам. Он сдержал пламя, дал им надежду. Они побежали к нему, но дорогу им преградила рыжеволосая женщина в полном доспехе со шлемом в форме головы дракона под мышкой. Огонь объял весь мир, и не спасся никто…
Одинокий путник сидит у костра. Он плачет. Это его путь. Это его слезы…
Строгое лицо мужчины с небольшой бородкой, глаза скрыты за слепящими молниями. Он кашляет кровью. Молнии гаснут, и карие глаза наполняются ужасом. Силен видит в них свое отражение…
Дождь падает на землю тяжелыми каплями, он несет смерть. От него пахнет смертью. Все живое гибнет вокруг. Он плачет, не в силах это остановить…
Закат окрасил горизонт алым. На пологом холме стоит маленькая деревня. Уютный дом на отшибе ярко пылает синим пламенем. Это его дом. Это его деревня. Это его жизнь. Все исчезает в ярко-синем пламени…
Силен проснулся от гула труб. В казарму заглянул посыльный.
— У вас полчаса на сборы, потом живо к стене! Штурм Врат Императора!