Антон Булычов – Семя Хаоса. Трилогия (страница 37)
И если с Пироманами проблем не было из-за специфики их магии, ведь они и так чаще других держались в тылу войск, пока их способности не понадобятся, то с другими орденами пришлось поломать голову. Роль Пироманов в обороне была закрывать дыры в стенах пламенем и прикрывать отступление войск, чтобы под огонь не попали дружеские войска. И так как им не требовалось менять тактику и тренироваться, Ацелий с подачи Парина обязал их работать с мастером Арабринусом на новых сталелитейных печах.
С Бегунами все тоже получилось более-менее просто. Их роль теперь состояла в том, чтобы быстро ликвидировать прорывы вражеских войск с тыла. В итоге основной подготовки Бегунов на этом этапе стала работа с картами Нижнего города. Самые подробные карты, имеющиеся в распоряжении легиона, копировались и раздавались магам. Они должны были знать все переулки, даже самые узкие, чтобы как можно быстрее оказывать помощь группам солдат во время предстоящих уличных боев.
Ацелий с Парином также придумали, как быть с Кинетиками. Теперь им отвели не атакующую роль, а защитно-вспомогательную. Если до сих пор Кинетики взлетали сами, то теперь они должны были поднимать несколько арбалетчиков, чтобы те могли беспрепятственно стрелять из удобной позиции. При этом Кинетики смогут защитить их от стрел противника, кроме тех, новых. Но тут Ацелий решил рискнуть. Подумав, он решил, и Парин с ним согласился, что таких болтов не очень много, и северяне не будут тратить их на обычных солдат, когда поймут, что теперь парят не маги, а обычные арбалетчики. Помимо этого Кинетики, как и ранее, могут защищать строй от навесного огня противника. Так что Кинетики тренировались совместно с арбалетчиками под громкие ругательства последних, которые никак не могли привыкнуть, что невидимая сила поднимает их над землей. Окружающие стрелки, ждущие своей очереди, ржали над каждым пассажем менее удачливых сослуживцев, чья очередь стрелять была в этот момент. Чтобы спустя несколько минут самим отчаянно ругаться, пытаясь одновременно и целиться в мишень, и не смотреть вниз, пока отстрелявшие свое смеялись над ними.
А вот с Молниями была беда. Ни претор-легат, ни его адъютант не представляли, что с ними делать. Потенциал этих магов был бы полезен, но на узких улицах их молнии были бы чересчур опасны для своих войск. А выпускать их без прикрытия, значит, подставить под стрелы, часть которых может их убить. Ацелий уже плюнул было, решив просто поставить их с Кинетиками отражать навесной огонь противника, ведь Молнии могли оттолкнуть наконечники стрел, если они были из стали. Впрочем, у них это выходило куда хуже, чем у Кинетиков. Но Парин не сдавался. К тому же он немного сдружился с одним молодым магом из Молний. Кринк, так его звали, был земляком Парина. Его родитель также был известным торговцем, они были конкурентами с отцом Парина. Вот только для молодых людей встретить кого-то из своих мест здесь, на севере, было как глоток чистого воздуха. Они быстро нашли общий язык и теперь часто проводили вместе вечера в какой-нибудь таверне. Кринк был заядлым любителем пива и вина, тогда как Парин чаще всего тянул весь вечер одну кружку пива, едва выпивая четверть. Ему хватало понедельников.
Однако сегодня Кринк нашел Парина днем, когда тот следил за тренировками Кинетиков. Посмотрев на ругающихся арбалетчиков, болтающихся в воздухе, молодой маг улыбнулся.
— Эк они наворачивают!
— Вчера было хуже, сейчас они скорее уже не от души, а чтобы порадовать остальных, — заметил Парин.
— Я тут слышал, что у вас большие проблемы, господин адъютант претор-легата!
Парин нахмурился.
— Ты о чем?
— О нас, могущественнейших магах Империи. — Кринк выпятил грудь и надул губы, но потом не выдержал и рассмеялся. Парин все еще смотрел на нового приятеля с недоумением, и тот пояснил: — Я о Молниях. Не знаете, куда нас пристроить?
— Ну, мы нашли выход. Будете в кои-то веки делать что-то полезное и защищать легионеров от стрел.
— Скукота! Я тут кое-что придумал, думаю, тебе понравится.
Парин прищурился недоверчиво, у Кринка было специфичное чувство юмора, в прошлый раз эта фраза предваряла показ старого вояки, который рыгал по нотам. Кринк купил ему пять кружек пива и хохотал каждый раз, как ребенок.
— Не дрейфь, зануда! Это связано с магией. Мой учитель мне кое-что рассказывал. Я позволил себе одолжить пару солдат от твоего имени! Вот смотри!
Он махнул рукой, двое солдат втащили на плац большой ушат воды и вылили под ноги арбалетчикам, ожидающим в очереди. Кринк улыбнулся, коснулся шнурка, идущего от его массивного рюкзака, какие носили все Молнии, присел и коснулся мокрого песка. Слегка затрещал воздух, и часть солдат начала ругаться, подпрыгивая. Кринк радостно засмеялся. Арбалетчики было хотели возмутиться, но, распознав Молнию, замерли.
— Извините, ребята! С меня пиво сегодня вечером! — Солдаты неуверенно заулыбались. — Видел? Если в воде растворить много соли, то она хорошо передает электричество. В смысле молнии, как называете их вы, непосвященные в науки неучи. Если соленую воду разлить под ногами наступающих, то мы сможем их чудно поджарить, как маленьких цыплят! Ты любишь цыплят, Парин?
— Обожаю. Думаешь, если разлить много воды, то молнии будут бить только в тех, кто стоит на влажной поверхности?
— Почти уверен! Если найдешь десяток солдат, готовых рискнуть и постоять под молниями, и десяток манекенов в железных доспехах, то можем попробовать.
— Да, конечно. А ты идиот! Не мог сказать раньше?
— Ну, я о ваших с претор-легатом проблемах узнал только недавно. Кстати, где старый лис? — Кринк неуверенно начал озираться по сторонам. Ацелий был старше, опытнее и злее на язык, поэтому привычный сам балагурить маг немного его опасался.
— Устраивает экзамен Бегунам на знание переулков Нижнего города.
— О, бедные собачки! В общем, с водой трюк простой, и его можно устроить где угодно, но есть еще более интересная штука. Если достать много стальных длинных шестов, обернуть бумагой и пропитать смолой, то может получиться очень эффектно!
— Что? Давай ближе к делу.
— Смотри, есть вещества, по которым электричество… тьфу ты, молнии идут легко, а есть те, по которым молнии почти не идут. Так вот, если металл обернуть просмоленной бумагой в несколько слоев и жахнуть с одного конца молнией, то заряд ударит с другого конца, тогда как за бумагу можно держаться рукой и ничего не почувствовать… В теории.
— То есть если протянуть такие шесты с обмоткой вдоль улиц и дождаться, когда тяжелая пехота окажется у одного из концов шеста…
— То я могу ударить в другой конец молнией, и она жахнет по пехоте противника…
— А наша пехота останется невредима! — Парин широко улыбнулся. Кринк улыбался не менее широко. Он любил устраивать такие розыгрыши. Как правило, болезненные, но не смертельные. Вот только для солдат противника он готов был сделать исключение и сотворить весьма смертельный розыгрыш.
— Да ты все уловил с ходу! Умный парень, я всегда так говорил!
— Это будет идеальная ловушка. Мы можем отступать по улицам, где будут установлены такие шесты. Здорово! Почему Молнии не сообщали о таком нам раньше? — удивился Парин.
Кринк смутился.
— Ну, знаешь… Честно говоря, в армию наш орден отправляет лишь отборных идиотов. Они только и умеют, что пускать заряды без толку. Мастера так меняют энергию в пространстве, что молния всегда бьет туда, куда нужно! Я пока так не могу. Но видел, как мой учитель разрядом бил на двадцать метров в нужную точку.
— Боги! Это же безумие. Мы мучились такое долгое время, а ответ знали все? Они идиоты?
Кринк покраснел и опустил глаза.
— Извини, Парин. Я тут ни при чем, это все Совет. Ну да, им все равно, сколько умрет солдат… — Кринк неловко помялся, замолчав.
— Скажи мне вот еще что, откуда тогда у нас в армии взялся ты? Ты-то не похож на идиота. Иногда, по крайней мере.
— О, спасибо, мой друг! Ну… Я попал в неловкую ситуацию, если честно.
— Неловкую? Это какую?
— У нас во время обучения был один старикан из Совета ордена, который ко мне часто придирался… Вот я ему как-то и запустил мышь под крышку обеденного подноса.
Парин рассмеялся, чего-то подобного он от Кринка и ожидал.
— Да, смейся, смейся! Так вот, он поорал, а затем взял меня в ученики. — Парин подавился смехом и недоверчиво уставился на молодого мага. — Ага. Я тоже удивился, а тот сказал, что ему нравятся ребята с характером. Многому меня научил, а потом отправил сюда, сказав, что тут я стану серьезнее и спокойнее, после чего он будет голосовать за включение меня в Совет ордена. — Парин присвиснул. Совет ордена — это серьезно! — Впрочем, в последнее я не очень в это верю. Хотя… Аримус странный дедок. Чем-то похож на твоего шефа…
— Ну, я готов отправить твоему учителю сотню благодарностей и больше не буду обижаться на твое идиотское чувство юмора, раз оно и привело тебя к нам в легион! — Парин хлопнул левой рукой приятеля по плечу.
— Пошли искать смолу и бумагу?
Спустя несколько часов они попробовали вариант с водой, только Парин решил использовать две группы манекенов. Так было менее весело, на что посетовал Молния, зато безопаснее. Действительно, молнии Кринка били во влажный песок, не задевая ближайшие манекены. Способ был не очень удобным, иногда отдельные заряды все же разлетались по сторонам, но он позволял взять хоть какой-то контроль над силами магов. Ацелий подошел как раз во время одного из экспериментов и удивленно присвистнул.