Антон Булычов – Семя Хаоса. Трилогия (страница 11)

Свои большие блокноты Асциена вела последовательно, как только один заканчивался, она начинала следующий. После нескольких дней записей она переписывала цитаты в тетради поменьше, каждая из которых была посвящена какой-то отдельной теме. У нее, к примеру, было по две-три тетради цитат о каждом из богов и тетрадей шесть цитат о Роланде. Если первые тетради она время от времени сжигала, то вторые хранила и всюду возила с собой. Это было не очень удобно, но это лучше, чем возить целую библиотеку. К сожалению, у Асциены не было абсолютной памяти. Средние тетради Асциена хранила в своих комнатах и перевозила в багаже. Это было ее персональное хранилище знаний. В средние тетради она переписывала все цитаты, хоть как-то касающиеся определенной темы. Правда, информация в тетрадях могла множество раз дублироваться. Например, если цитата касалась отношений между двумя богами, она записывала их в обе тетради, посвященные данным богам. Если же эта цитата еще имела какое-то отношение к важному событию, то записывалась еще и в третью тетрадь.

Помимо этого, она держала по одной небольшой тетради чуть больше каталога для разных гипотез, которые приходили ей в голову во время чтения исторических документов и последующей обработки информации. Далее, просматривая тетради по темам, она выписывала цитаты, которые подтверждали гипотезу на нечетных страницах, и цитаты, опровергающие гипотезу на четных. Если подтверждающих цитат набиралось хотя бы несколько десятков при паре опровергающих, то Асциена считала гипотезу рабочей и начинала предметно искать информацию о вопросах, связанных с этой гипотезой, окончательно убеждаясь в ее верности или ошибочности. Это был кропотливый процесс, и одна и та же цитата могла быть записана в разных тетрадях десятки раз, но, как считала Асциена, он был наилучшим для изучения действительно важных исторических событий. Ее последние открытия это подтверждали.

Она начала просматривать маленькие тетради, посвященные гипотезам, из тех, что взяла с собой, но потом оставила их. Из головы не шел давешний оратор, а точнее, поднятые им темы. Были ли боги богами или являлись просто сильными магами? Догмы церкви Роланда были единодушны в том, что этот вопрос на грани ереси. Но только она не следовала Догмам. Ее интересовало, как все было на самом деле. Действительно ли Роланд был богом? Она никогда не формировала эту гипотезу. Во-первых, Асциена была верующим человеком. Это было необычно для историка, но она и правда искренне верила в избранность Роланда, в его цель и путь. Даже то, что она знала о смерти Роланда от рук Великих богов, и то, что она не очень почитала самих Великих, не отменяло факта ее глубокой веры.

Ну а во-вторых, при всей терпимости церкви к работе своих ученых, вопрос о божественности Роланда сочли бы слишком наглым. Вряд ли ее бы казнили, но наверняка упекли бы на несколько лет в какой-нибудь дальний монастырь, лишив права посещать библиотеки. Асциена задумалась о годах без возможности прочесть что-то новое и записать свои мысли, о днях, посвященных работе в садах и огородах или помощи страждущим, и ее передернуло. Уж лучше казнь. Но если без записей просто вспомнить все, что она знает по этому вопросу…

На первый взгляд сам вопрос был глупый. Явление Роланда произошло во время Сражения Отчаяния. Две величайшие державы того времени сошлись в грандиозной битве. Хроники повествуют о сотнях тысяч сражающихся. Роланд появился среди этого хаоса и бойни, остановив битву за одно мгновение. Его сила послужила фундаментом для объединения воюющих государств, ставших ядром будущей Империи. Сама Асциена сомневалась в масштабах сражения. Хроники часто завышали в несколько раз численность сошедшихся армий. Вся армия Империи сейчас насчитывала около ста тысяч человек, сомнительно, что две державы древности, каждая размером с внутреннюю провинцию Империи, могли выставить такое же число солдат. Сама Асциена оценивала реальную численность войск в том сражении в десять-двадцать тысяч человек. Но даже с учетом этой цифры сложно представить мощь, необходимую для того, чтобы прервать в одно мгновение такое масштабное сражение. Причем хроники говорят о том, что Роланд не убил ни одного солдата. Это мало похоже на то, чего можно добиться, используя только магию. Хотя порой схожие подвиги приписывали и убийце богов Амеру. Вот только Асциена немного сомневалась в их правдивости.

Вторым важным фактом в пользу божественности Роланда был цикл его пророчеств. В первые годы становления Империи Роланд сделал целый ряд пророчеств, большинство из которых осуществились в последующие годы и позволили Империи занять почти все земли континента, кроме негостеприимных пустошей Крайнего Севера за горами Аммел и бескрайних степей запада. Догмы говорили, что дело во всеведении Роланда, и видели тут божественную природу. Сама Асциена сомневалась, что дело в знании будущего. Слишком хорошо были спланированы пророчества. В них не было ничего лишнего, кроме того, что помогало сплотить империю. Скорее, пророчества были целями Роланда на ближайшие сотни лет, сформулированные так, чтобы облегчить достижение этих целей. Ведь будучи божественно всемогущим, он сразу мог сформулировать знамения, которые сам же и выполнял, тем самым укрепляя свою власть. Впрочем, это делало Роланда в глазах Асциены еще более могучим. Ведь тогда это он спланировал и осуществил несколько солнечных затмений, осушение реки, появление горного хребта и многое другое. Разве можно существо, способное менять русла рек, поднимать из земли горы и затмевать солнце мановением руки назвать не богом, а как-то иначе? Даже если будущее ему недоступно. Асциена считала этот аргумент важным доказательством божественной силы Роланда. Кто умнее — человек знающий, что произойдет и просто болтающий об этом, или человек, способный продумать свои действия так, чтобы все были уверены, что он знает будущее? Для Асциены ответ был очевиден. Как и то, что ум равносилен силе.

Эти раздумья подтолкнули ее к следующей мысли. Все знания, накопленные человечеством за эти долгие годы, исходили от Роланда. Он основал академию в Империи, курировал все научные открытия, технические разработки. Он дал людям сначала сталь, затем крупные промышленные комплексы, потом паровые дороги. За время Войны богов многие знания были потеряны безвозвратно. Кое-что, например, пушки и порох удалось с трудом сохранить. Электрическая плотина, которой сейчас пользуются Молнии, способы превращения металлов, которые помогают Трансформаторам получать удивительные вещи, все это заложено Роландом. Да и сами знания о магии, о Семени Хаоса тоже были даны Роландом. Для нее такие обширные знания в темные века человечества были важным доказательством если не божественного, то близкого к этому.

Ну и, конечно же, создание народа титанов. Роланду для строительства в Империи величественных зданий, мануфактур, ровных дорог нужны были идеально послушные и ужасающе сильные работники. И Роланд их создал. Отличительно, что они не были рабами, им платили за их труд и даже уважали. За все время только еще одному богу, а точнее, богине Элипг удалось создать отдельную расу. Она создала Высших, своих идеальных слуг, и Низших, идеальных солдат. Так она считала. Другие считали Высших чересчур высокомерными и чванливыми занудами, а Низших неуправляемыми полулюдьми. В любом случае до титанов им было далеко. Титаны были образцовыми работниками, трудящимися на благо Империи, а вот Высшие и Низшие имели массу недостатков. И только одно преимущество: рабскую преданность своей богине Элипг и ее ученице Алой. Счастье, что Высшие не имели способностей к магии, были союзниками Империи и худо-бедно контролировали Низших. Те и без того были ходячей катастрофой для всех людей, живущих рядом с этим звериным племенем.

Раздумья Асциены прервало появление квестора, который извинился за долгое ожидание из-за проблем во дворце и начал составлять для них официальный запрос на прекращение пользования императорской библиотекой. Всего через полчаса они с Милой получили возможность покинуть дворец и, собрав вещи, выехать из столицы Империи.

Глава 8

Силен. Мост Кинетика

Кровь лилась по его рукам. Он шагал по кровавым лужам. Воздух был тяжелый, вязкий и очень горячий. Каждый вздох давался с трудом, его приходилось отвоевывать. Вокруг клубились безликие тени на фоне багрового зарева. Тени протягивали к нему неестественно длинные руки с когтями или кинжалами. Он не мог понять разницы. Думать было сложно. Меча нет, он потерял свой меч. А с ним и еще что-то важное. Что-то, о чем он даже не мог вспомнить.

Силен резко проснулся. Сознание толчком вернулось, прогнав сон. Он не запомнил, что было во сне. Какие-то тени, движение, боль. Точнее он вспомнить не мог.

«О да! Старые, милые воспоминания!» — проснулся в глубине сознания Месть. Последние дни он появлялся все чаще. Теперь Силена Месть уже не пугал, он начал привыкать к этому жестокому голосу на границе своего разума.

Последние четыре дня были тяжелыми. Ему удалось поднять мужиков во главе с Опленом и убедить их уходить сразу, не пряча добро. Пять трупов северян на поле очень ему в этом помогли. Несколько парней покрепче вооружились вилами, три охотника сменили наконечники на стрелах, Силен оставил себе меч и два кинжала. Мужики были разумными и под мечи не лезли, слушали Силена. Ну и лучники сильно помогали, хотя бить в щели доспехов и не привыкли. За эти четыре дня они истребили еще три пятерки разведчиков северян. Те, увидев толпу мужиков и баб с детьми, решали, что легко их рассеют, и нападали. Их ждали стрелы в упор, неровный и жидкий строй из вил и готовый убивать Силен. Пока шли первый день, мужики обсуждали, где это он набрался такого опыта, что изрубил пятерых северян. После первой стычки, посмотрев на него в деле, разговаривать об этом перестали. Просто все стали держаться от него подальше.