реклама
Бургер менюБургер меню

Антология – Только это теперь и важно (страница 24)

18
И если сирены – смирно лежи, и если грохот и визг ломает бетонные этажи, ты молча на это дивись. …В этот раз упала завеса и бессильное пало окно, нет опоры, границы от стресса, все пространство обнажено, есть ударной волны превосходство над уютным кошачьим мирком — и ударное это уродство не желает знать ни о ком. Вылезают скелеты из кожи, чтоб с собою забрать его в ад, он не видит, какие рожи рвались в рай и били в мамад[1] Хозяйка вернулась, сказала: «Держись! Уходим с тобою в подвал». Он был черно-белым, как ночь или жизнь, но он об этом не знал.

Библиотека приключений

Насыпьте мне имен для насыщенья глаз, я вспомню голоса меня будивших строк, звон шпаг, и скрип весла, и тщательный рассказ о технике лассо, долблении пирог. В любой чугунной тьме луч должен напрягать, сгорают корабли, но Робинзоны вплавь, толкая сундучок, меняют берега. Движенье авантюр преобразует явь. Давайте созывать друзей на эшафот, течение речей выносит к топорам, пусть тяжелее нет учения свобод, но руку за него я с легкостью отдам. Я снова захочу попасть в Кара-Бугаз, не ловлен Моби Дик, и не пропал мятеж!.. За золотым руном уходит Зоркий Глаз, но ждет его страна воинственных невежд. На голову свою забавы не ищи, за огненной водой ты лучше бы сходил. Какие, говоришь, по чугуну лучи? Ты глазки-то промой, седой библиофил.

«Единоверцы и единоверки…»

Единоверцы и единоверки не всех равняют по единой мерке, кого по стенке, а кого по струнке, кого по шконке, а кого по шкурке. И одного не выбрать произвольно: не больно страшно или страшно больно? Единоверки и единоверцы, ключ Буратино от заветной дверцы: придет и в счастье ткнет вас длинным носом. Надежное, простое, без износа. У виртуального камина ожидая, минуто-киловатты прожигаем. Тут главное не вера, а единство, сомнение обиднее ехидства, и даже одинокие похожи томленьем выбора и выбором расхожим. Мы рождены, чтоб сказку сделать рентой. Единосущны и единосмертны.

«Сизый город требовал: „Пари!“…»

Сизый город требовал: «Пари!», витражи, рискованные треки, повели по небу сизари — карлики, великие Лотреки.