Антология – Европейская поэзия XVII века (страница 87)

На голове поместила корзинку, А на руках ее — малый ребенок… «Господи, господи! Лютого зверя Ты перед нею поставь на дороге, — Может, вернется…» Но нет, не вернулась. «Господи, господи! Пусть ее лучше Каменный дождь осыпает из тучи, — Может, вернется…» Но нет, не вернулась. «Здравствуйте, здравствуйте, добрые люди! Боже мой, боже мой! Что это значит? Всем поклонилась, а вы — как немые…» «Келемен — муж твой — дал клятву такую: Чья бы жена ни явилася первой, — Камнем обложим ее, замуруем И обожжем… Ты явилася первой». «Что ж, если он меня так ненавидит, Я соглашаюсь…» Сняли корзинку и взяли малютку, Стали закладывать женщину камнем: Скрылись колени — считала за шутку, Скрылся живот — посчитала за глупость, Грудь заложили — поверила: правда! «Мальчик мой! Люди тебя не оставят: Добрая женщина грудью накормит, Добрые дети с тобой поиграют, Птицы тебя убаюкают пеньем, Мальчик мой милый!..» «Где моя мама, отец мой, отец мой!» «Полно, малютка, воротится к ночи». Ночь наступила, а матери нету… «Где ж моя мама, отец мой, отец мой!» «Полно, сыночек, под утро вернется». Утро проходит, а матери нету… Умерли оба…

АННА МОЛНАР

В путь собрался Мартон Айго, В путь — в далекую дорогу. Повстречал он Анну Молнар У домашнего порога. — Не пойду я, Мартон Айго, На кого я дом покину? На кого оставлю мужа И трехмесячного сына? Будет плакать сын мой милый. Не пошла. Похитил силой. Двое скачут по дороге. Друг за другом едут двое. Под ветвистым старым дубом Оба спешились от зноя. — Посмотри в глаза мне, Анна. Отчего лицо ты прячешь? На щеках я вижу слезы, — Ты о чем, голубка, плачешь? Отвечает Анна Молнар: — Что вы, сударь! Я не плачу, То роса с вершины дуба Пала каплею горячей. По ветвям взобрался Айго И с вершины на поляну Уронил палаш свой острый… — Подыми! — он просит Анну. Но она швырнула метко