Что ланиты Авроры
Посрамляют без спора.
ПОЭТ ЗАЩИЩАЕТСЯ ОТ АМУРА ПОСРЕДСТВОМ ЛИРЫ
Коль моими насладиться
Песнями Амур желает,
То, сокрывшись за ресницы,
Стрелы взглядов посылает,
Для засады выбрав око
Амариллиды жестокой.
И, стрелою уязвленный,
Лук другой беру я в руки,
Наущеньем Аполлона
Нахожу отрадны звуки,
Чтобы ранили напевы
Неприступной сердце девы.
Жгучих ран не заживляют
Ни бальзам, ни заговоры,
Если сердце уязвляют
Девы огненные взоры,
И утешится несчастный
Только лирой сладкогласной.
ПОЭТ НЕ ЖЕЛАЕТ БОЛЕЕ ЛЮБИТЬ ПРЕКРАСНУЮ ДАМУ
Лестью пленяться ли,
Гнева страшиться ли
Сына Венерина,
Иго носить его
Сладостно-горькое
Полно уж мне.
Чудище адское,
Исчадие Тартара,
Змееволосою
Вспоенное Фурией,
Иго носить твое
Полно уж мне!
Может бродить теперь
Дева жестокая,
Где ей захочется:
Больше не буду я
Искать следы ее,
Гнаться за ней.
Утром и вечером
Денницей — Геспером
Хочу любоваться я:
Долго в тумане слез
Очи не видели
Звездных огней.
Пусть вероломная
Дух сокрушила мой, —
В пепел сожженное
Сердце, учись опять
Счастью и вольности
Радостных дней!
ФУЛЬВИО ТЕСТИ{95}
ЕГО ВЫСОЧЕСТВУ ГЕРЦОГУ САВОЙСКОМУ
Карл, доблесть сердца твоего — порука:
Пробьет свободы италийской час!
Но медлит что? Что ждет оно? Для нас
Досуг твой и покой — страстная мука.
Да узрит мир твои победы ныне,
Взвей знамена, зови отважных в строй!
Тебе союзник — Небо, пред тобой
Судьба склонилась — мужества рабыня.
Царица моря[311] пусть покоит тело,
Румянит щеки, мягкий локон вьет,
Пусть Франк следит, как близкий бой идет, 
