От горьких вздохов и от слез смущенных,
исторгнутых душой, лишенной сна,
влажны стволы, листва сотрясена
седых дерев, Алкиду[196] посвященных.
Но заговором ветров возмущенных
листва от гнета вздохов спасена,
и влага слез в стволах потаена —
уже ни слез, ни вздохов укрощенных.
Мой нежный лик и тот расстался с данью
очей моих — она бесплотной дланью
тьмы — или ветра — стерта потому,
что ангелица, дьявольски земная,
не верит мне: горька тщета двойная —
вздыхать на ветер и рыдать во тьму!
«Я ПАЛ К РУКАМ ХРУСТАЛЬНЫМ; Я СКЛОНИЛСЯ...»[197]
Я пал к рукам хрустальным; я склонился
к ее лилейной шее; я прирос
губами к золоту ее волос,
чей блеск на приисках любви родился;
я слышал: в жемчугах ручей струился
и мне признанья сладостные нес;
я обрывал бутоны алых роз
с прекрасных уст и терний не страшился,
когда, завистливое солнце, ты,
кладя конец любви моей и счастью,
разящим светом ранило мой взор;
за сыном вслед пусть небо с высоты
тебя низринет,[198] если прежней властью
оно располагает до сих пор!
«ПОКА РУНО ВОЛОС ТВОИХ ТЕЧЕТ...»
Пока руно волос твоих течет,[199]
как золото в лучистой филиграни,
и не светлей хрусталь в изломе грани,
чем нежной шеи лебединый взлет,
пока соцветье губ твоих цветет
благоуханнее гвоздики ранней
и тщетно снежной лилии старанье
затмить чела чистейший снег и лед,
спеши изведать наслажденье в силе,
сокрытой в коже, в локоне, в устах,
пока букет твоих гвоздик и лилий
не только сам бесславно не зачах,
но годы и тебя не обратили
в золу и в землю, в пепел, дым и прах.
«В ОЗЕРАХ, В НЕБЕ И В УЩЕЛЬЯХ ГОР...»[200]
В озерах, в небе и в ущельях гор
зверь, рыба или птица — тварь любая,
заслышав плач мой, внемлет, сострадая,
беде, меня томящей с давних пор,
и даже если горе и укор
вверяю я ветрам, когда сухая
жара придет, всю живность увлекая
в тень рощ, в глубины рек, в прохладу нор,
то всякий зверь, в окрестности живущий,
бредет за мной, дыханье затая,
оставив лоно вод, луга и кущи,
как будто эти слезы лил не я,
а сам Орфей — настолько всемогущи
его печаль и нега, боль моя.
«КОСТЬ ГАНГА, МРАМОР ПАРОСА, БЛЕСТЯЩИЙ...»[201]
Кость Ганга, мрамор Пароса,[202] блестящий
эбен и золотую филигрань,
сапфир, с Востока привезенный в дань,
мельчайший бисер и рубин горящий,
диковинный янтарь, хрусталь слепящий 
