Anthony Saimski – Где-то во времени. Часть вторая. (страница 43)

Гарик посмотрел в мою сторону и грустно помотал головой.

— Так-так, парни, — затараторил Вишняков. — Вы же помните, что нам надо домой вернуться?

— Конечно, — не стал спорить я.

— Это хорошо. Просто у вас сейчас такой вид, будто вы готовы переработку бежать искать и на винтики разбирать…

— Нет, Володь, — улыбнулся Игорь. — Мы даже не знаем, где эта хреновина паркуется. К тому же я не захватил гаечный ключ походящего размера, чтоб ее разбирать. А ты, Тохан?

Я наигранно похлопал себя по карманам брюк и помотал головой.

— Ладно, пойдем в машину. Похоже, наша очередь подошла.

Гарик докурил и выкинул бычок в отпечаток гусеницы.

«Наше незнание того, где прячется переработка, вполне естественно, — подумал я, поднимаясь. — Мы в эту историю вообще случайно вляпались. А вот почему пресловутые кустосы до сих пор ее не вычислили и не попытались уничтожить — хороший вопрос…»

Отряхнувшись, мы направились к Боливару. Я невольно вспомнил слова Разин Ренас, связанные с шаром. Точнее с окружностью. Жаль, что из-за пресловутого косячка я плохо помнил последнюю часть разговора, но, может быть, эта гусеничная махина тоже была частью этой самой окружности? Окружности, на которой события постоянно повторяются, но не точь-в-точь, а с небольшими вариациями? Что бы это ни значило. Может быть, поэтому кустосы не могут найти и уничтожить переработку, а просто преследуют ее до бесконечности в этом замкнутом круге? Подобно временной петле из «Терминатора»?

За размышлениями на подобные темы я и провел остаток дня. Тем временем, перебравшись через отпечатки гусениц, караван продолжил движение. Гарик оказался прав, и до следующей цепочки следов мы так и не добрались, повернув параллельно имеющимся. Зато их вполне можно было различить сквозь облака поднятой пыли за боковыми стеклами буханки.

Наутро следующего дня шрамы на поверхности плато резко оборвались, и грузовики продолжили движение. Казалось, солнце начало припекать еще сильнее, выжигая и без того редкие островки растительности и мелких кустарников. И вот среди выгоревших красок, бескрайнего светло-голубого неба, огромных облаков белёсой пыли нашему взору предстал торговый город Раухаш.

На подъезде к поселению караван выбрался на старое асфальтовое полотно. Впрочем, надо отметить, что дорогу здесь старались поддерживать в надлежащем состоянии. Деформированное ограждение заботливо выкрасили в бело-черный цвет. Мелкие выбоины и трещины засыпали щебенкой и залили какой-то черной массой наподобие гудрона. Особо крупные дефекты полотна предусмотрительно огородили, а рядом стояли топливные бочки с прикрепленными к ним дорожными знаками объезда. Через окно буханки я отчетливо различил, что емкости для устойчивости были заполнены песком и осколками каменных цветов.

Но, несмотря на всё это, назвать Раухаш гордым словом город можно с большой натяжкой. Очевидно, что он и до вторжения был небольшим, а теперь и подавно. Даже город вырванных сердец на его фоне смотрелся крупным мегаполисом с частой застройкой.

Обитаемыми оказались лишь несколько улиц с рядками двух и пятиэтажных коробок. Остальные же здания, видневшиеся сквозь просветы, стояли неухоженными и без стекол. Как и всё в этом мире, дома казались столь же обыденными, разве что концепция округлых крыш, напоминавших спиленные верхушки цистерн, прослеживалась и здесь.

Зато фасады были выкрашены в приятные пастельные оттенки желтого, зеленого и голубого. Точно такими же клан Песта покрывал элементы своих грузовиков и фургонов. Впрочем, мне подумалось, что изначально цвета наверняка были яркими и насыщенными, а нынешний оттенок приобрели, выгорев на солнце.

Мы уже знали, что Раухаш расположен по пути к точке проведения соревнований за право обладания. Многие кланы останавливались именно здесь для совершения торговых операций и обмена последними новостями. Специально для этого прямо за жилыми улицами расчистили просторные стоянки. Рядом с каждой из них располагался пятиэтажный дом, который хоть и привели в порядок, но он выглядел более обветшалым. Получалось, что востребованы такие здания были лишь раз в пять лет, когда Раухаш наводняли участники соревнований.

Еще в глаза бросалось огромное количество водосточных труб, спускавшихся по углу каждой постройки. Даже вдоль фасадов бесхозных и полуразвалившихся коробок виднелись конструкции из листового железа и громоздкие резервуары, стоявшие рядом.

При подъезде к Раухашу я заметил большие цистерны наподобие тех, в которых хранились ГСМ. И действительно, издалека всё это напоминало самую настоящую нефтебазу, вот только расположена она была вопреки всякой логике и правилам техники безопасности.

Во-первых, полностью отсутствовала земляная насыпь, которая просто обязана окружать подобное хранилище. Во-вторых, цистерны примыкали к фасаду одного из домов. С нескольких балконов даже были прокинуты самодельные пешеходные мостки с аккуратными перилами.

Под большим навесом, вдоль опор которого тоже тянулись водосточные трубы, расположилась тяжёлая строительная техника. Я успел заметить пару гусеничных тракторов и автокран. Видимо, благодаря этим машинами местные жители и возвели данную «нефтебазу».

Территория так же была огорожена забором из бетонных плит, а на углу прилегающего здания виднелся особо укрепленный балкон, выступающий в роли наблюдательной точки.

Всё это казалось крайне любопытным, и нами завладело предвкушение чего-то волнующего и неизведанного. Карта, нарисованная шаманкой Ренас, была тщательно изучена и сейчас покоилась в бардачке. Толстая красная линия, аккуратно следующая изгибу дорог, упиралась прямиком в Раухаш, после чего бежала дальше, постепенно отклоняясь от маршрута к месту состязаний.

Нам же следовало забраться немного выше и уйти в сторону километров на пятьдесят, если масштаб карты не врал. Перепад высот, согласно отметкам, здесь был небольшим, но всё же Боливару предстоял подъем на возвышенность.

— Я же говорил, что Тохан справится, — хитро улыбнулся Мезенцев, когда я закончил рассказ о вечерних посиделках в палатке Разин.

— А с чего вы взяли, что мы там сразу переход найдем? — скептически заметил Вишняков. — Я вот ничего не понял, что именно нас там ждет.

— Что-то важное, — заключил я. — А что может быть важнее, чем вернуться домой?

— Логично, — заметил Гарик.

Вишняков задумчиво почесал подбородок.

— В любом случае иметь цель для движения намного лучше, чем просто бессмысленно крутиться по миру, — добавил я.

Потом, неоднократно обсуждая и фантазируя на тему всего услышанного, Гарик еще раз согласился с теорией о том, что в этом мире что-то блокирует способности медальонов. Во всяком случае, такая мысль, за отсутствием других объяснений, не была лишена смысла.

Караван сбавил скорость. Стоило выбраться на асфальт, как пылевая завеса за бортом буханки тут же рассеялась, и у нас появилась возможность как следует рассмотреть Раухаш.

Местные жители, облачённые в разномастную одежду, провожали гудящие грузовики и фургоны довольными взглядами. Старики о чём-то переговаривались, указывая пальцами в сторону прибывающих машин. Наверное, предвкушали обмен товарами и информацией.

Детвора радостной толпой бежала вдоль дороги, что-то выкрикивая и размахивая руками. Люди постарше кивали и делали приветственные жесты. После однообразного вида за окном было очень непривычно наблюдать красочные фасады зданий, яркие узоры на заборчиках и ослепительный блеск чистых стекол. Так что, быстро насладившись яркой картинкой, я переключил внимание на окружающих. К тому же мне не хотелось отставать от парней в этом вопросе. Я тоже хотел подметить что-нибудь важное для понимания местного уклада жизни, чтобы Вован с Гариком слишком не зазнавались своей наблюдательностью.

Было видно, что далеко не все люди ведут себя одинаково. Жители Раухаша выглядели весьма спокойными и приветливыми. Но разномастная толпа состояла не только из них. Были тут и небольшие группки людей, облаченных в схожую одежду на манер песочных брюк и безрукавок Красных Коней. Как правило, они держались вместе и провожали наши грузовики скорее оценивающими, нежели любопытствующими взглядами.

И больше всего среди них было мужчин в выгоревших коричневых накидках и с лысой головой, прикрытой чем-то, напоминающим небольшой тюрбан со свисающими тканевыми пыльниками. Держались они весьма вальяжно, словно торговый городок был их вторым домом. В отличие от воинов Пасида Песта, данные ребята носили элементы легкой брони, как правило, состоявшей из наколенников, налокотников и щитков, прикрывающих голени и предплечья. На торсе виднелась легкая защита, выполненная на манер игроков в американский футбол.

Позже, когда караван свернул в сторону расчищенной площадки, и мы выбрались из машины, подскочивший Рагат быстро объяснил, что это ребята из клана Костоломов. Они прибыли сюда день назад и уже успели провернуть несколько удачных торговых сделок. Помимо них, в Раухаше сейчас находилось еще два клана поменьше, а внушительная делегация Пыльников вчера покинула город, направившись к месту соревнований, оставив только нескольких наблюдателей, чтобы не пропустить какие-нибудь интересные новости.

Меня поражала скорость, с которой сын Великого Коня умудрялся оказываться в курсе дел. Казалось бы, мы только и успели, что занять почетное место рядом с грузовиком Пасида и подождать, пока припаркуются остальные машины, а паренек уже успел получить нужную информацию.