Анри Волохонский – Том 3. Переводы и комментарии (страница 86)

ДИНА, ДОЧЬ ЛИИ, ВЫШЛА.

Ученые отмечают, что существует в высях множество сторон и ступеней, каждая отличная от другой, всевозможные змеи, причем всякая их порода стремится возобладать над другими и пожрать добычу по роду своему. А на стороне нечистого духа есть особенно много ступеней, и все они лгут, пытаясь найти обвинения одна против другой. Потому написано: «Не паши на воле и осле вместе» (Втор. гл. 22, ст. 10), ибо когда они соединены, то могут высказать обвинения против человечества. Обрати также внимание на желание нечистых духов отыскать причину для обвинения святых. И так как Иаков был свят, все они только и ждали повода, чтобы его обвинить. Сначала его ужалил змей, когда коснулся сустава бедра, а сейчас его укусил осел. Тогда сам Иаков боролся со змеем. Теперь же это были его сыновья, Симеон и Левий (Шимон и Леви), которые принадлежали «строгой справедливости» и должны были противостоять ослу, победить его и совершенно подчинить, о чем читаем: «И самого Еммора (Хамора) и Сихема (Шхема), сына его убили мечом» (Быт., гл. 34, ст. 26). Слово хамор означает «осел».

БРОСЬТЕ БОГОВ ЧУЖИХ.

Речь идет о золотых и серебряных сосудах, которые они взяли в Сихеме, а на них были изображения богов.

Иуда сказал:

— Сами идолы были сделаны из серебра и золота. А Иаков спрятал их там, чтобы его дети не увлеклись идолопоклонством, ибо человеку запрещено их иметь и каким-либо образом за их счет обогащаться.

Иуда и Хизкия шли как-то вместе по дороге, и второй из них сказал:

— Написано: «И взял Давид венец Малькама с головы его, — а в нем было золота талант и драгоценный камень, — и возложил его Давид на свою голову» (2 Цар., гл. 12, ст. 30). Кроме того, нас учили, что Мильхом, который является «мерзостью аммонитской» (3 Цар., гл. 11, ст. 5) тождествен этому Малькаму. Как же было допущено, что корона оказалась на голове Давида? И почему это изображение называется «мерзостью», а другие — «богами народов» или «чуждыми богами»?

Иуда отвечал:

— В действительности другие идолы также называются «мерзостью». Так читаем: «И видели мерзости их и кумиры их» (Втор., гл. 29, ст. 17). Что касается отождествления «Малькама» и «Мильхома», это, конечно, правильно. Тем не менее Давид мог использовать корону Малькама, так как Иттай Гиттит, перед тем как принял учение, сломал ее, то есть лишил изображение вида, который оно имело, а потому ее употребление стало возможным, и корона была помещена Давиду на голову. Идолом же аммонитян был змей, который был глубоко врезан в ту корону, потому она и называлась «мерзость».

Исаак же сказал, что приказ «бросить богов чужих» относится к другим женщинам, которые носили на себе украшения. Поэтому написано: «И отдали Иакову всех богов чужих», причем подразумевается, что отдали те женщины.

ВО ВРЕМЯ ПРЕБЫВАНИЯ ИЗРАИЛЯ В ТОЙ СТРАНЕ, РУВИМ ПОШЕЛ, И ПРЕСПАЛ С ВАЛЛОЮ, НАЛОЖНИЦЕЮ ОТЦА СВОЕГО. И УСЛЫШАЛ ИЗРАИЛЬ. СЫНОВ ЖЕ У ИАКОВА БЫЛО ДВЕНАДЦАТЬ.

Элиезер сказал:

— К тому времени Лия и Рахиль уже умерли, и в доме была новая хозяйка — Суть. Несмотря на слова текста, мы не должны думать, что Рувим (Реувен) действительно лег с Валлой (Бильхой). Истина же состоит в том, что пока Лия и Рахиль были живы, Суть над ними парила. А со смертью их Суть из дома уже не удалялась, ибо там нашла она пристанище, именно в шатре Валлы. И она не могла бы там пребывать, если бы Иаков вновь не сочетал мужского и женского. Но Рувим, недовольный тем, что Валла заняла место его матери, пришел и разорил постель, а так как там почивала Суть, написано: «преспал с Валлой».

Иессе сказал, что Рувим сам улегся спать на этом ложе, обнаруживая неуважение к Сути. Но он не был исключен из списка колен, поэтому Писание и говорит, что «сынов у Израиля было двенадцать».

В связи с этим Хийа привел стих: «Илий же был весьма стар, и слышал все, как поступают сыновья его со всеми Израильтянами, и что они спят с женщинами, собиравшимися у входа в Скинию собрания» (1 Цар., гл. 2, ст. 22).

— Следует ли нам верить, что священники Господа действительно так и поступали? И каковы были их грехи на самом деле, если они запечатлены в Писании? Главное, что они делали, это «отвращали от жертвоприношений». Ибо «когда кто приносил жертву, отрок священнический, во время варения мяса, приходил с вилкою в руке своей, и опускал ее в котел, или в кастрюлю, или на сковороду, или в горшок, и что вынет вилка, то брал себе священник. <…> Даже прежде, нежели сожигали тук, приходил отрок священнический и говорил приносившему жертву: дай мяса на жаркое священнику: он не возьмет у тебя вареного мяса, а дай сырое. <…> Теперь же дай, а если нет, то силою возьму» (там же, 13–16). В действительности они лишь брали эти доли, принадлежавшие священникам, и из-за легкомысленного отношения к жертвам их наказали. Все же в Писании сказано, что они «спят с женщинами, собиравшимися у входа в Скинию». Конечно же, они не могли так поступать. Подобный смертный грех, да еще в таком месте, привел бы к восстанию всего Израиля и их поражению. Правда же в том, что они мешали женщинам входить и молиться до вознесения иных жертв, ибо из приношений женщин у священников не было доли. Об этом и говорится: «они спали с женщинами». Также и в случае Рувима не следует толковать слова «спал с Валлой» в буквальном смысле. Что он делал, так это препятствовал ей в исполнении совокупительного долга по отношению к отцу, потому он и разорил отцовскую постель. Он сделал это в присутствии Сути, ибо Суть всегда присутствует там, где супружеские отношения выполняются как религиозная обязанность, а кто им препятствует, заставляет Суть уйти из мира. Поэтому Писание говорит: «Но ты бушевал, как вода, не будешь преимуществовать. Ибо ты взошел на ложе отца твоего; ты осквернил постель мою» (Быт., гл. 49, ст. 4).

Хизкия однажды обнаружил, что Иосе готовит некое блюдо, а жир стекает в огонь, образуя облако дыма. Хизкия сказал ему:

— Если бы столбы дыма, восходившие когда-то от алтаря, продолжали бы подниматься как твой дым, ярость не снизошла бы в мир, и Израиль не был бы изгнан со своей земли.

В ответ Иосе стал рассуждать о следующем стихе: «Кто эта, восходящая от пустыни, как бы столбы дыма, окуриваемая миррою и фимиамом, всякими порошками мироварника?» (П. п., гл. 3, ст. 6).

— Когда Израиль, — сказал он, — блуждал в пустыне, Суть шествовала впереди, а они двигались следом. Суть сопровождали облака славы, и когда она выступала в поход, шли и израильтяне. Когда же Суть уходила кверху, восходило и облако, и все смотрели вверх и спрашивали: «Кто эта, восходящая от пустыни, как столбы дыма?» Ибо облако Сути выглядело как дым из-за огня, который разожгли Авраам и сын его Исаак. Дым был с ней рядом и никогда ее не покидал. Выражение «все порошки мироварника» указывает на Иакова или на Иосифа, чей гроб во время блужданий израильтян в пустыне двигался вместе с ними, а прозвище «мироварник» было дано ему за то, что он передавал отцу плохие вести о братьях. Так что Суть была связана с Авраамом, Исааком, Иаковом, а также и с Иосифом. При этом двое последних по существу едины, каждый из них является образом другого.

ВОТ ЦАРИ, ЦАРСТВОВАВШИЕ В ЗЕМЛЕ ЕДОМА, ПРЕЖДЕ ЦАРСТВОВАНИЯ ЦАРЕЙ У СЫНОВ ИЗРАИЛЕВЫХ.

Иессе рассуждал о стихе: «Вот, Я сделал тебя малым между народами, и ты в большом презрении» (Авд., гл. 1, ст. 2).

— Когда Бог, — сказал он, — создал мир, Он разделил его на семь областей соответственно семидесяти Начальствующим, которых поставил во главе семидесяти народов, и каждому из них Он дал в управление сообразный ему народ, о чем читаем: «поставил пределы народам по числу сынов Израилевых» (Втор., гл. 32, ст. 8). И из всех этих Начальствующих никто так сильно не презираем, как Начальник Исава. Ибо от Исава (Едома, то есть Рыжего) исходит скверна. А источник скверны презрен в глазах Святого Благословенного, ибо он истекает из тех нижних ступеней, которые находятся за порожними жерновами рыжих стражников. Обратите внимание, что эти нижние ступени расположены одна другой выше и сами образуют общность, члены которой один от другого отличны, но между собою связаны и переплетены. Так царство отлично от царства, но оба они между собою связаны. Так и ступени связаны между собой одной цепью некоей меры, которая, в свою очередь, подразделяется на три меньшие цепи, достигающие звезд и планет. Каждой ступени соответствует одна звезда или планета. Этими звездами, в свою очередь, управляют высшие ступени. Каждая ступень, таким образом, управляет своей областью, а когда они расходятся, образуется цепь, с помощью которой ступени соединены с соответственными сторонами. Стороны нечистых ступеней находятся слева. Они расходятся многими путями и дорогами, распределяя свою силу между тысячами и тьмами нижнего мира. Все эти ступени правили прежде царя в Израиле, ибо время тогда еще не пришло для царства небесного принять силу и связать себя с сынами Израиля. Когда же это время пришло, царство связало себя с меньшим из колен, которое было колено Вениамина, о чем сказано: «Там Вениамин младший, князь их» и т. д. (Пс. 67, ст. 28). И с ним царство начало восходить. И оно достигло своего места, было установлено и не будет сдвинуто.